Крепы
Шрифт:
Оба они ждали телефонного звонка. Но ни в первый, ни во второй день звонка не было.
— Мусина, дурочка, залезла в гараж, села рядом с чужой машиной и сидит. Глаза большие сделала, в стенку смотрит. Она думает, они там. А их там уже нет! Переехали, — рассказывал Олег, когда вечером на третий день наконец зазвонил телефон.
— Тише, — сказал Алан Маркович. — Это мама наша звонит.
— Алан? Алан?.. — зазвучал в трубке почти забытый уже женский голос. — Алан, это ты?
— Марта?
— Алан, я не могу долго говорить. В общем, слушай. Гроб пришел. Не беспокойся, с похоронами мы подождем. Поместили пока тело в морг, в холодильную камеру. Пока не похороним, Олег может оставаться с тобой… Постарайся сделать все, что они от тебя хотят! Кажется, это действительно очень серьезно…
— Марта! — крикнул Алан. — Я не понял, кто от меня чего хочет? Что я должен сделать?
Но голоса Марты уже не было, на его место сквозь шорох и треск вошел другой, мужской голос:
— Простите, Алан Маркович, но межвременная линия не стабильна. Нас могут прервать в любую минуту.
— Кто это? Кто это говорит? Какого черта? Дайте трубку моей жене! Мы не закончили…
— Алан Маркович, положение очень серьезно! — Теперь он узнал искаженный голос Кириллова. — Готовится массовое изготовление крепов. Вам лучше пока оставаться на месте.
— Как я могу оставаться на месте? — Алан беспомощно смотрел на сына. — Я ничего не знаю. Что я могу сделать?
— Кстати, у вас гости, кажется? — сказал Кириллов. — Я думаю, вы разберетесь! Разберитесь, Алан Маркович, а как все закончится, милости просим, мы вам тут уже отдельную квартиру приготовили, в центре! Только…
— Какие гости? — спросил Алан.
В трубке стало пусто — ни гудков, ни шороха — будто отключили телефон, а напротив него, на месте мальчика, в кресле сидела Анна. Пристрастие этой женщины к красному могло удивить кого угодно. Теперь Анна, будто в комнате было холодно, куталась в яркий красный плащ.
— Я должна была вас убить еще тогда, осенью, — сказала она.
Следующего слова произнести она не смогла. Шелковая алая косынка, вспорхнув, скрутилась моментально в жгут и в следующую же секунду удавкой впилась в тонкое горло Анны. Губы Анны широко раскрылись, она захрипела, пытаясь пальцами отодрать удавку, глаза налились кровью.
— Олег, прекрати! — сообразив, в чем дело, попросил Алан.
Платок упал на дрожащие женские колени. Анна щелкала зубами.
— Стерва! Знаешь, отец, а я ее любил… Раньше, — возникая слева от кресла, сказал Олег, — она была лучшая моя учительница!
— Она хотела что-то сказать, а ты помешал! — Алан попробовал улыбнуться, но улыбки не получилось. — Ну, так я слушаю вас?
Женщина в красном плаще не растворилась в воздухе — просто вышла, сильно шарахнув дверью. Но не успел затихнуть на лестнице стук ее быстрых каблучков, как опять зазвонил телефон. Невозможно было перепутать междугородное соединение.
— Они бежали!.. — сказала Марта. Она громко всхлипнула. — Алан, они бежали от нас! Мы хотели им только добра, мы хотели им помочь! Алан!..
— Погоди, ничего не понимаю… Кто бежал, куда?
— Ты должен их перехватить, ты не должен позволить им соединиться. Ты должен убедить Тимура!
В трубке так щелкнуло, что Алан рефлекторно отбросил ее от уха. В голове зазвенело. Он осторожно послушал — в трубке была полная тишина.
— Все-таки они удрали! — сказал Олег.
— Кто?
— Тимур со своей куклой. Ты не знаешь: там весь город на ушах стоит уже третью неделю — боятся, кретины, что эти двое соединятся и получится еще один новый вид. Дураки! Они же просто любят друг друга.
III
Знакомые двери распахнулись, и Анна быстро пошла по коридору. Злость все еще кипела в ней: надо же, мальчишка, любимый ученик, — так глупо! — душил ее собственной косынкой! Шея все еще чесалась. Анна даже не расплатилась с таксистом; тот, бедный, так и остался сидеть с выпученными глазами и открытым ртом в своем салатовом такси. Только в приемной она взяла себя в руки. Ожидающих не было. Приемную только что проветрили, щелкали по клавишам длинные пальцы электронной секретарши. Секретарша подняла голову, и ее веко сомкнулось, имитируя веселое подмигивание.
— Проходите! Вас ждут!
В кабинете было прохладно. За столом — комиссия ГКАЯ в полном составе.
«Действительно холодно или меня знобит? — подумала Анна. — Если меня знобит, нужно понять, почему?»
— Действительно холодно, — сказал председатель! — Присаживайтесь! Я правильно понял — вы встретились с Аланом Марковичем?
— Встретилась! — Анна опустилась на свободный стул и скрестила ноги. Она почти успокоилась.
— И каковы же результаты?
— Нет результатов. Я ничего ему не сказала.
— Почему же?
Члены комиссии задавали вопросы по очереди, но она отвечала так, будто перед нею за столом всего один человек.
— Не получилось!
— Надо было убить его.
— Нет, я не способна!
В одной из бутылок, стоящих, как всегда, на столе, сидел маленький призрак, прижимаясь носом к стеклу. Он тоже смотрел на Анну. На призраке был мятый желтый костюмчик.
— Подтвердились ваши расчеты или нет? — спросила она, отводя глаза от крохотного наглого личика. — Я хочу знать, подтвердились ли ваши расчеты, и если да, то существует ли точная цифра? Число, когда это случится? — Она обращалась теперь только к председателю. — Дата?