Чтение онлайн

Предрасположенность к кризисным состояниям велика у детей, подростков и пожилых. Помимо биологической ранимости, для этих возрастных периодов характерны психологические кризисы, которые подробно изложены в главе 2. К группе риска развития кризисных состояний относятся также лица с сомато–неврологической патологией, с физическим истощением, имеющие в анамнезе психотравмы.

Вопрос о роли биологических факторов в этиопатогенезе кризисных состояний далек от разрешения. Высказывается предположение об участии эндогенных опиоидов в механизмах формирования кризисных состояний, отмечается повышенный уровень катехоламинов и изменения ГАМК нейротрансмиссии. Нейроанатомическими исследованиями установлена дисфункция структур лимбической системы и височных корковых зон. Нарушения на ЭЭГ сходны с таковыми у лиц с эндогенными депрессиями (J. A. Gray, 1982; R. Hoehn–Saric, 1982; E.R. Kandel, 1983).

Однако ценность обнаруженных биологических маркеров относительна, так как до сих пор не установлено, отражают ли они действие причинных факторов или их последствия.

Большое значение имеет характер и интенсивность стрессовых ситуаций. Стрессовые факторы могут быть острыми, внезапновозникающими, опасными для жизни (природные и техногенные катастрофы, войны) и хроническими, постоянными, растянутыми во времени (социально-экономические трудности, конфликтная ситуация в семье или на работе, экзистенциальная пустота). Стрессы подразделяют также на единичные, множественные и периодические.

Выделяют также ятрогенные (острое или хроническое заболевание, хирургическое или нехирургическое вмешательство, диагностические процедуры, госпитализация, болезнь членов семьи, новые диагнозы, рецидивы) и неятрогенные (межличностные кризисы, супружеские ссоры, разводы, трудности в работе, денежные затруднения, трудность в учебе, столкновение с законом). Кроме того, каждому этапу человеческой жизни присущи специфические стрессогенные ситуации (начало учебы в школе, специализированном учебном заведении, служба в армии, вступление в брак, выход на пенсию и т.п.).

Как правило, острые, жизнеопасные стрессы потенцируют развитие реакций на тяжелый стресс (острых и посттравматического стрессового расстройства). Хронические, пролонгированные стрессовые состояния чаще влекут за собой развитие невротических и соматоформных расстройств, в возникновении которых существенная роль принадлежит социальным и личностным факторам

К макросоциальным факторам, потенцирующим развитие кризисных состояний в популяции, относятся факторы, формирующие на протяжении нескольких поколений ментальность населения, его морально-этические установки и идеалы. Коренное, навязанное извне, изменение национального сознания носит характер хронической психотравмы и постепенно изменяет и ухудшает психологическое состояние населения в целом, что является благоприятной почвой для развития психических и поведенческих расстройств. К макросоциальным факторам могут быть отнесены:

Изменение национальной мотивации.

Изучая социальные этнокультуральные особенности различных популяций во второй половине 80–х годов 20 столетия голландский ученый Хофстид пришел к выводу, что для разных национальностей характерен различный тип мотиваций. (А.Н. Наумов, 1995).

Первую группу составили североамериканцы, австралийцы, британцы и ирландцы. Они «мотивированы на достижения». Для них характерно стремление к лидерству, богатству, рационализм. Приоритетной проблемой являются деньги.

Вторую группу составили жители Австрии, Бельгии, Италии, Греции, Японии и ряда других стран. Они ориентированы на «защитную мотивацию» и ценят прежде всего стабильность и традиции, тщательно ограждая свой мир от посягательств извне.

Третью группу составили Югославия, Испания, Бразилия, Чили, Израиль, Турция, Россия, Украина. Для жителей этих стран характерен «уравнительный подход», желание улучшить качество жизни, но при этом «ничего не менять, чтобы не стало хуже».

Четвертую группу составили жители стран Скандинавии. Они «социально мотивированы», их приоритетной задачей является постоянное, неуклонное улучшение качества жизни.

Смена или ломка «мотивации нации» является фактором риска развития кризисных состояний.

Социокультуральные изменения.

Стремительные политические, социально-экономические и культуральные изменения всегда сопровождались ухудшением психологического состояния населения. Многочисленные примеры связи критических периодов истории с ухудшением психического состояния здоровья населения подтверждают это.

Анализируя психологические последствия революции 1905 года, русский психиатр Ф.Е. Рыбаков (1906 г.) пришел к выводу о том, что у лиц, переживших эти события и непосредственно принимавших в них участие (особенно у «пассивно участвующих»), возникали тревога, страх, «подавленность в действиях», острый бред.

Своеобразной моделью изменения общественного сознания является психологическое самочувствие населения Украины в постсоциалистический период. Данные социологических опросов свидетельствуют о нарастании тревожности, пессимистических установок, «экзистенциального вакуума», чувства социальной невостребованности и потере перспективы у подавляющего большинства респондентов. Социокультуральные изменения повлекли за собой также и изменение массового сознания с тенденцией к иррациональному восприятию действительности и с включением механизмов аутистического и архаического мышления (В.И.Полтавец, М.К.Белинская, 1994; Б.С.Положий, 1995; Е.И.Головаха,1997).

В американской психиатрии для описания психической дезадаптации, вызванной социальными потрясениями, используется понятие «кризиса идентичности». Под термином «идентичность» понимают восприятие личностью самое себя, а под «кризисом идентичности» — потерю чувства самое себя как личности, неспособной принять роль, которую ему предписывает общество на данной стадии своей истории, либо приняв ее — адаптироваться к ней.

Проявления «кризиса идентичности» клинически полиморфны, но их объединяет социально-стрессовый механизм возникновения. Б.С. Положий (1994, 1995) выделяет 4 варианта кризиса идентичности.

1. Апатический вариант — составляет около 40% всех выявленных случаев кризиса идентичности. Клинически он проявляется тревожно–депрессивными расстройствами, потерей жизненной перспективы, снижением активности и целеустремленности, уходом в мир своих переживаний, снижением самооценки, замкнутостью, пассивным ожиданием решения своих проблем. Этот стереотип поведения способствует развитию социально-бытовой и профессиональной дезадаптации.

2. Диссоциальный или агрессивно-деструктивный вариант — составляет около 12% от всех выявленных случаев кризиса идентичности. У этих личностей преобладает аффект злобы, дисфоричность, тенденция к разрушительному поведению и бескомпромиссным суждениям. Мышление приобретает сверхценный, а в некоторых случаях и параноидный характер. Следует отметить, что с одной стороны, они легко внушаемы и легко индуцируются лидерами, а с другой стороны, они сами являются мощным индуктором в толпе. В силу этих особенностей, данные личности часто примыкают к экстремистски настроенным группам, являются активными участниками различных акций, придавая им агрессивно-деструктивный характер. Кроме того, их часто можно видеть в криминальной среде.