Шрифт:
Художественное оформление: Редакция Eksmo Digital (RED)
В оформлении использована фотография:
Глава 1
Все за ягодами!
– Идем в лес, мама? – радостно спросила бойкая девчушка со светлыми кудельками.
– Верно, за черникой пойдем, – звонко ответила мать, стройная блондинка с голубыми глазами.
– Любишь чернику, а, бесенок? – потрепал дочь по роскошным куделькам отец, подтянутый шатен среднего роста.
– А то как же, папа, особенно с сахаром, – обрадовалась шестилетняя Света.
– Ну, собирайся, хитрюга, – слегка подкинул ее в воздух отец. – Через полчаса выходим.
– Готовы, Софья Карповна? – с затаенным унынием спросил тещу Максим Ильич.
– Сейчас, Максим, подожди, я уже не такая шустрая, – голос «любимой» тещи напоминал Максиму Ильичу скрип плохо смазанного замка.
«Да я вообще-то никуда и не спешу», – подумал зять, а вслух сказал:
– Конечно, не торопитесь, Софья Карповна, закутайтесь поплотнее, а то эти комары такие – вмиг искусают!
– Да вот я и мажусь, Максимушка, чтоб этим кровососам легко не сдаться, – объяснила причины задержки Софья Карповна.
– Ну что, я готова. Вперед! – минут через десять объявила она.
Вооружившись двумя пятилитровыми бидонами и пакетами под грибы (на всякий случай) врач-реаниматолог Максим Ильич Егоров и его пятидесятидевятилетняя теща отправились на покорение полянского леса.
– Куда тебе такая большая корзина, Артамон? – с иронией поинтересовалась у благоверного интересная импозантная дама, которую ничуть не портила полнота.
– Как всегда хочу собрать весь лес, Элиза, – весело в тон супруге откликнулся Синицкий.
– Долго будем собираться? – тщательно заправляя штаны в шерстяные носки, поинтересовался двоюродный брат Синицкого Цельский, голос его звучал спокойно и даже по-деловому.
– И каково будет расстояние, что нам надлежит пройти? – моментально вставила свои пять копеек практичная парикмахер Инна Андреевна Цельская, супруга Николая Антиповича.
– Километров пять-шесть, а может быть – пятнадцать-шестнадцать, – рассеяно-лениво ответила Элиза, поправляя модный берет. – Это уж как Артамон Георгиевич решит: весь лес ему собирать или что-нибудь оставить, – добавила она, стараясь чтобы ее голос звучал нарочито тускло.
– Не волнуйся, Коля, от трех до пяти будем мотать, – откликнулся уже надевший плащ Синицкий. – Я имею в виду часов, конечно, – успокоил он брата.
– Мне лично грибы больше интересны, чем ваши дурацкие ягоды, – Цельский совершенно не был взволнован.
– Как это дурацкие?! – тут же взвилась парикмахер. – А варенье зимой за обе щеки я одна буду уплетать?!
– Мне лично хватит и за одну, Инночка. А вот грибками хрупать тебе будет не слабо?
– Мы уже уходим, касатики, – холодно улыбнувшись, сообщила родственникам Синицкая.
– Я готова, – тут же откликнулась Цельская. – А ты, Коля?
– И я тоже, моя горлинка, только нож грибной возьму. А вот и он. Идем?
Четверка потенциальных опустошителей леса покинула дом. Артамон запер дверь на висячий замок, с силой подергал его и положил ключ в глубокий карман, который тут же и застегнул.
– Ну как, экипировались по полной программе, Екатерина Антоновна? – поинтересовалась у бывшей начальницы Ольга Анатольевна Саврасова, сотрудница Лужского краеведческого музея.
– Да вроде добротно, Оля, – внимательно разглядывая себя в зеркало, медленно проговорила Гляссер.
– Ну тогда пойдемте. Часа три-то выдержите?
– Шутишь, Оленька, – рассмеялась бывшая директор краеведческого музея высокая сухощавая женщина, слегка за шестьдесят с породистым красивым лицом.
– Извините, Екатерина Антоновна, – слегка смутилась Саврасова. – У нас, знаете, в лесу не везде легко пройти.
– Ладно, пошли, – улыбнулась Гляссер. – А то все грибы соберут.
– Ну, я в первую очередь ягодами интересуюсь. Но в конце-то концов, мы идем не за этим.
– Верно, мы идем на рекогносцировку, – с удовольствием употребила мудреное слово Гляссер. – Карта у тебя с собой?
– А то как же, Екатерина Антоновна.
– А ягоды ты на самом деле собираешь?
– Конечно, не упущу такой возможности, варенья-то тоже хочется, да и витамины пригодятся. А вы грибы взаправду искать собираетесь или корзинку с ножом берете для конспирации? – тоже щегольнула словцом Саврасова.
– Это уж как пойдет. А впрочем, почему бы и нет? Ты места-то, небось, знаешь. Покойная тетушка наверняка показывала?
– Да я уж всё позабывала, Екатерина Антоновна, – рассмеялась Саврасова.
– Ну вот, Оля, и вспомнишь. Вперед, сокровища ждут нас! – и Гляссер ободряюще хлопнула невысокую Саврасову по плечу.
Через несколько минут, закрыв дом, всесторонне экипированные краеведы отправились в ту часть леса, где находился самый крупный и популярный среди полянцев черничник.
– Кажется, сегодня весь Полянск собрался в лес, а, Юра? – довольно похлопывая себя по оттопыренному поллитровкой карману поделился наблюдениями с музыкантом Дудкиным Рулеткин.
– Твоя правда, – ответил собутыльник, в этот поход отвечавший за благополучную доставку закуски. – Коробочка, смотри, как затарилась, точно весь лес хочет вынести.
И действительно, в это пригожее субботнее утро Пелагея Егоровна Цепкина отправившись на промысел, затарившись дочерью, тащившей две пока еще пустые корзины, зятем, за спиной которого высился короб в человеческий рост. Сама же Цепкина запаслась рюкзаком, в котором помещались корзина и два пятилитровых бидона.
– Держу пари, Юра, Амфитрион найдет возможность к нам присоединиться, – весело подмигнул Дудкину Толян.