Чтение онлайн

Давясь кашлем, девушка лихорадочным, неровным шагом спускается в темноту каменного колодца. Тревожно подрагивает в такт её шагам беспокойное алое пламя факела. Время от времени она поднимает голову — во тьме над её головой висит яркий круг посветлевшего неба, и на его фоне хищно чернеет неумолимо приближающийся силуэт.

— Vrazjo zalego, spadas v pekel, (Дьявольское отродье, твое место в аду.) — слова священника раскатываются по гулким камням многоголосым эхо.

Но тон, которым сказана зловещая фраза, до жути спокойный и даже благодушный.

— Да-да-да… — нервно бормочет себе под нос Бэла, не останавливаясь ни на секунду.

Бесконечно тянутся однообразно мелькающие ступени, спиралью уходя вниз. Судорожно скользит по шероховатой стене бледная девичья рука, а другая, держащая факел, рискованно балансирует над мрачной пропастью.

Наконец-то дно. Бэла едва дышит, но времени на отдых нет. Сверху неуклонно приближается звук уверенных тяжелых шагов.

— Spadas v pekel, (Твое место в аду.) — не отстает от Бэлы вкрадчивый голос.

Мельком взглянув на безжалостного преследователя, она отбрасывает факел и несмело склоняется над проёмом тайного хода. Поколебавшись мгновение, она прыгает вниз.

***

Голубые утренние сумерки вот-вот рассеются. Белое зимнее озеро, тёмный лес, пышно укрытый снегом, грозно полыхающий в неистовом рдяном пламени чёрный замок. Три фигуры, стоящие у чёрного прямоугольника проруби, застыли в безмолвном напряжении. В руке у доктора фонарь, и его луч направлен в глубь воды. Внезапно внимание стоящих привлекает выстрел. На башенной стене среди дыма и гари в абсурдной пантомиме движется человечек. Несуразно подрагивая, скачет по каменному краю. Снова выстрел, и, глупо дёрнувшись, человечек грязной растрёпанной кляксой слетает в бушующую пропасть огня.

Доктор как будто собирается что-то сказать, но в этот момент раздается оглушительный треск — стоявший у берега автомобиль начинает стремительно уходить под лёд. Доктор раздраженно шепчет невнятное ругательство. А Громов, которого вид горящего замка и гибель человека оставили безучастным, внезапно настораживается и привстает.

— Ne skrbite! To je samo zelezni voz, (Не беспокойтесь! Это всего лишь железная телега.) — стараясь смягчить охрипший голос, обращается к Громову доктор.

Драган снисходительно:

— Ne razume slovensko. (Он не понимает по-словенски.)

Вампир делает успокоительное движение рукой, и встревоженный Громов снова опускается на снег.

Троица сосредоточивает внимание на чернеющей проруби, устремив выжидательные взгляды на воду. Доктор снова направляет свет фонаря в смутную глубину. А тем временем по краю голубовато-белёсого неба нерешительно разливается слабый багрянец. В томительном предрассветном оцепенении замирает заснеженный пейзаж.

Лихорадочный всплеск. Судорожный вздох. Из-под стылой озёрной ряби выныривает Бэла и сейчас же бросается к ледяному краю. Мокрые волосы плотно облепляют голову. Руки зябкими неверными гребками тянутся к кромке проруби. И как только Бэла наваливается на лёд, сразу же пять проворных рук вцепляются в её плечи. Рывок! Куртка не выдерживает напора: трещит, расходится по молнии, слетает и остается в руках спасателей. Доктор и Громов теряют равновесие и валятся на снег. А Бэла, лишившись поддержки, соскальзывает с края и чуть не уходит обратно под воду. Драган отбрасывает куртку и успевает схватить девушку за плечо. Но его сил хватает лишь на то, чтобы не дать Бэле утонуть. Через пару секунд, оправившись от неожиданного падения, к спасению снова подключаются доктор и Громов.

Бэла, оказавшись наконец на льду облегченно переворачивается на спину и пытается отдышаться.

— Потом отдохнешь, — деловито командует Драган и достает свой нож.

Бэла не успевает испугаться, как он молниеносным точным движением разрезает мокрую одежду, а затем резко тянет девушку вверх, заставляя её подняться. Доктор спешит передать Бэле одеяло.

Бэла, уже одетая в средневековый женский костюм (два длинных свободных платья, широкий кушак под грудью, плащ-накидка с массивной застежкой), энергично притопывает голыми ногами, стоя на влажном одеяле.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт! Вот дубак! А повезло всё-таки с этими манекенами!

Доктор с готовностью снимает свое меховое пальто и накидывает Бэле на плечи, а на шею ей наматывает шарф. Но девушка сразу же перемещает шарф на голову и, прикрыв лоб и уши, стягивает его узлом сзади под волосами.

Драган тем временем с помощью Громова бредет прочь. Присев на снег и оперевшись спиной о невысокий склон берега, вампир неловко сдёргивает с плеча свой рюкзак. Громов садится рядом и тревожно наблюдает, как Драган перебирает вещи, вынутые из рюкзака. А тот, отыскав тонкую книжечку какого-то документа и связку ключей, сует их в карман Громову. Затем вампир снимает с пояса ножны. Громов вопросительно смотрит на своего спасителя и, когда тот многозначительно кивает ему, молча забирает оружие. Поднявшись, Громов ещё пару секунд смотрит на слабеющего Драгана и, так и не сказав ни слова, уходит.

Между тем доктор и Бэла всё ещё стоят поблизости от проруби. Доктор занят своей обувью: завязывает шнурки на одном ботинке. А другой, не зашнурованный, пока ожидает своей очереди.

— Je ze v redu, notri so krzneni, (Ничего-ничего, они внутри меховые.) — бормочет он, по-видимому, в ответ на какую-то реплику Бэлы.

Бэла в чёрных мужских носках. Сочувственно глядя на доктора, она поспешно натягивает на ноги короткие мягкие сапоги.

И тут доктор, только что принявшийся за другой ботинок, замечает удаляющуюся фигуру Громова. Тот прихрамывая идет по нежно-серебристой глади озера прямо на восток, навстречу густо разливающемуся румянцу утренней зари.

— Pocakajte! Pocakajte! O, hudic! (Постойте! Постойте! А, чёрт!) — нервно кричит доктор вдогонку путнику, но не привлекает его внимания.

Громов продолжает медленным неверным шагом двигаться к горизонту, оставляя на свежем снегу цепочку синеватых следов. Доктор неуклюже спешит за уходящим, несуразно подпрыгивая на одной ноге, пытаясь на ходу затянуть шнурки.

Посмотрев вслед доктору, Бэла некоторое время мнется на месте, трёт ладонью о ладонь, согревает руки дыханием. Вокруг проруби царит беспорядок. Снег изрыт, истоптан, испещрен пятнами чёрной крови, среди которых неприкаянно алеют две чужеродно ярких капли. Брошенный фонарь мутнеющим жёлтым глазом уткнулся в чей-то смазанный след. Ничком зарывшись в снежную кашу, безжизненно валяется обнаженная кукла-манекен. Ближе к берегу хищно ощетинились осколки льда вокруг тёмного пролома. Тут и там разбросаны части мокрой одежды.

Бэла начинает потихоньку собирать свои вещи со льда и скидывать их в одну кучу на одеяло. Оглядевшись, она находит взглядом куртку, которая валяется неподалеку от Драгана. Бэла нерешительно направляется за курткой, по пути подобрав со снега маленький кожаный мешочек, видимо, выпавший из её кармана.

Наклонившись за курткой, Бэла невольно встречается глазами с Драганом.

— Удачно! Кажется, твое настоящее призвание — это спасение замерзающих. Двое за одно утро! — бодрый тон не может скрыть напряженной неуверенности.