Чтение онлайн

Алексей тотчас разбудил дремлющих в прихожей лакеев. За считанные секунды ее связали, заткнули кляпом рот и оттащили на берег реки. Они поместили ее на быстрый ялик и поплыли по Темзе среди льдин.

Через несколько часов ялик причалил к безлюдному берегу, покрытому лесом, где их ждали лошади. И теперь отряд отправился на восток, навстречу восходящему солнцу, к месту, которое Алексей скрывал. Какова его цель? Юлиана пыталась ослабить веревку, сдавливающую запястья, натирающую ей руки. Она извивалась в седле, что вызвало гнев Алексея.

– Черт бы тебя побрал, сиди спокойно, дикая кошка, – приказал он.

– Тогда остановись, – попросила Юлиана, понимая, что с каждой минутой удаляется от Стивена. – Мне нужно отдохнуть.

Выругавшись, Алексей отдал распоряжение своим людям. Они свернули на тропу, ведущую в Кентский лес. Юлиана старалась задевать колючие кусты, оставляя то там, то здесь куски ткани от подола платья. Надеясь, что, по крайней мере цыгане найдут ее по этим приметам.

Они остановились на поляне, окруженной голыми деревьями, ветви которых качались на фоне серого зимнего неба. Здесь их ожидали еще четверо русских, те что-то быстро сказали о небольшом рыбачьем судне, ожидающем прилива в Грейвсенде.

Впервые Юлиана осознала всю опасность своего положения. Эти страшные люди убьют ее, или отвезут в Московию.

Алексей помог Юлиане спуститься с лошади, что было нелегко сделать ей самой, так как он не захотел развязать ей руки. Как только ноги Юлианы коснулись земли, она тут же отошла от Алексея в сторону и повернулась к нему спиной. Открывшийся вдали вид поразил ее.

Они были уже далеко от Лондона. Впереди виднелось широкое устье Темзы и скалистые морские берега.

– Через час мы достигнем моря, – произнес Алексей вкрадчивым голосом.

Юлиана повернулась к нему. Потеряв над собой контроль, она сказала:

– Я хочу знать, почему, Алексей? Почему? Почему ты убил мою семью и сжег дом? – Алексей удивленно приподнял бровь. – В течение всех этих лет я считала, что ты погиб, защищая мою семью. – Ненависть настолько переполнила ее, что ей трудно было говорить. – Но все произошло иначе, не так ли, Алексей?

– Какое значение имеет то, что случилось так давно?

– Ты приезжал в дом моего отца, ел за его столом, спал под его крышей, просил руки его дочери – и все для того, чтобы осуществить чудовищный замысел. – Она сжала в кулаки связанные руки, тряся ими в его сторону. – Прошлой ночью я наконец все поняла. Ты убил моих родителей и братьев. Твои люди сожгли дом. Долго ты искал меня той ночью?

– Нет, не слишком долго, – он засмеялся. – Твой отец глупец. На смертном одре князь Василий решил ограничить права. Ха! Права бояр, которые сражались за него...

– И хотели получить свою долю добычи, – прервала Юлиана. – Мой отец понимал, что как только князь Василий умрет, бояре разорят крестьян и сгонят их с земли.

– Ему не следовало сговариваться с умирающим князем, наследниками которого оставались сопливый мальчишка Иван да его полоумный братец Юрий.

Князь Иван. Мальчик был еще слишком мал, чтобы управлять государством, и его можно было использовать как марионетку в руках властолюбивых бояр.

– Для чего ты решил проделать весь этот путь?

– Когда мне стало известно, что тебе удалось доказать королю Англии, что ты Романова, я понял: я должен... найти тебя. – Он коснулся губами ее щеки. – Я мог бы полюбить тебя, Ульяна. В тебе есть страсть, чувство гордости. Ты могла бы стать украшением моей семьи.

Снова накатила тошнота. Он, наверное, с ума сошел, если думает, что Юлиана примет его предложение, будет спать с человеком, убившим ее семью.

– Что стало с поместьем моего отца?

Алексей пожал плечами.

– В запустении. Подходящая могила для твоего отца, не так ли?

Ей потребовалось собрать всю волю, чтобы не броситься на Алексея. Она ненавидела его и хотела убить, но не сейчас. Не в присутствии бдительной стражи.

– Их не отпевали и не похоронили?

– Они умерли как свиньи, и превратились в корм для волков и стервятников.

– Ты подлый негодяй, – произнесла Юлиана страшным голосом. – Ты сам стервятник. Трус, прокрадывающийся ночью, убивающий женщин и детей и питающийся беззащитной плотью. Меня от тебя тошнит.

Рукой в кожаной перчатке он нанес ей удар в лицо с быстротой опытного убийцы. Сначала Юлиана онемела и даже не сразу почувствовала боль в щеке. Во рту она ощутила привкус крови.

Но Алексей опомнился так же быстро, как и нанес удар. Он заговорил с ней почти заискивающе:

– Прости меня. Я хочу полюбить тебя, Ульяна, но ты должна повиноваться мне. Не сокрушайся о поместье. Когда мы поженимся, мы восстановим его и превратим в нашу летнюю резиденцию.

– Поженимся! – голова у Юлианы закружилась. Ее качнуло. Чтобы не упасть, она прислонилась к стволу липы. – Я вышла замуж по приказу короля Англии за знатного англичанина.

Алексей хитро улыбнулся.

– Кто знает, может быть, ты уже вдова?

Ответ Алексея причинил ей еще большую, чем удар, боль. Неужели это возможно? Неужели он или его люди могли убить Стивена, пока он спал?

Нет, твердо сказала она себе. Если бы Стивен был мертв, она бы это почувствовала. Он стал частью ее самой, властелином ее сердца и помыслов. Да, сначала они были врагами, но постепенно Юлиане удалось найти дорогу к его опустошенному сердцу. Они стали супругами, равно заботящимися о своем поместье. Они стали родителями, волнующимися об Оливере и радующимися его успехам. И они стали любовниками в полном смысле этого слова, доверяющими друг другу тайны своих душ, приносящими друг другу наслаждение, и, наконец, они связались самыми крепкими узами. Внутри нее рос его ребенок.

– Ты лжешь. Я люблю Стивена де Лассе.

Волчий оскал сверкнул в бороде Алексея.

– Любовь – это английская болезнь, которая поражает трусов прямо в сердце.

– Любовь ко мне была для Стивена поступком невероятного мужества.

Алексей сплюнул на землю.

– В России мужчина не станет растрачивать себя на сантименты. – Его рука, словно змея, протянулась и коснулась ее волос. – Как соболиный мех. И пока мы не поженились, я хочу, чтобы ты носила волосы вот так: распущенными, как у девственницы.