Кружка с сердцем

«Чтобы ты не промокла, я буду твоим плащом», – пел бархатный баритон по радио. За окном сыпал снег, разбавленный дождем, хотя по календарю весна наступила неделю назад.

«Господи, как время летит, завтра в детском саду праздник, а у меня утренняя смена! – вдруг вспомнила Валентина и привычно расстроилась: – Что ж, значит, на утренник пойдет бабушка. Вот только Катюшка обидится. Дочка всю неделю в саду песенку учила, а мать вместо ее пения будет бормашину слушать…»

Валентина вздохнула и выглянула в коридор. Редчайший случай: возле кабинета никого, не считая рыбок в аквариуме.

«Хоть здесь повезло. Наконец-то пораньше домой уйду. Кстати, Маша опять куда-то пропала, а ведь вышла буквально на минутку.»

Машей звали медсестру, которая работала с Валентиной в паре. Юной хохотушке с пушистыми пшеничными волосами без конца звонили по мобильнику молодые люди. Маша успевала с ними кокетничать, прижав трубку плечом к уху, и одновременно замешивать растворы для пломб.

«И где только она с ними знакомится? – размышляла Валентина с тайной завистью. – Тут не только о женихах – о себе подумать некогда. Хорошо, если успею сегодня маникюр сделать и голову вымыть перед завтрашним «утренником в белых халатах». Интересно, кто из начальства решил, что присутствие на Дне лицемерия для всех обязательно? Боже, как я ненавижу этот идиотский «гендерный праздник» 8 марта! Мужчины уже с утра будут лицемерно улыбаться, места в метро уступать, женщины с работы поедут с тюльпанами. Поневоле придется соответствовать. Зато нынче мужики не напрягаются, особенно в городском транспорте. Днем в автобусе один бугай такой синяк на ноге своим портфелем поставил, что пришлось перед сменой в процедурный забежать, повязку наложить. А другой придурок? Послал меня в вагоне метро так далеко. что я дар речи потеряла. Наконец третий хам так толкнул на эскалаторе, что я едва не упала. Зато завтра все будет иначе. Сахарные улыбки, дежурные цветы, льстивые речи… Все-таки странные существа эти мужчины! Думают, будто один день нормального человеческого поведения может затмить целый год привычного хамства».

Валентина с раздражением пристроила в шкаф коротенький белый халат, на нагрудном кармашке которого красовался коренной зуб-шестерка в полный рост. Гигантский мутант задорно улыбался, но сегодня даже это ее не забавляло. Мол, вечно начальство пыль в глаза пускает. Нарядили всех – и врачей, и медсестёр в красивую форму, накупили разных фирменных пелерин-салфеток, а зарплату опять не прибавили. Похоже, даже в честь 8 марта премия не светит. «Значит, красная кофточка в магазинчике возле «Пушкинской» меня так и не дождется. Ну и ладно, все равно под халатом не видно», – привычно успокоила себя Валентина и начала переодеваться. Натянула любимый темно-синий свитер, что так шел к ее фиалковым глазам, и сменила белые врачебные брюки на голубые обтягивающие джинсы. Теперь недавняя докторша выглядела совсем юной, длинноногой, никому бы и в голову не пришло, что на днях ей стукнет тридцать и что у нее серьезная профессия. Поклонница спортивного стиля, Валя по-прежнему ловила на себе заинтересованные мужские взгляды, да и друзей из числа мужчин у нее было много. «Много – значит никого», – вдруг вспомнила она мамину любимую поговорку и горько улыбнулась. И вправду, все ее романы были в последнее время какими-то поверхностными, ненастоящими. Валя в глубине души понимала, что после мучительного расставания с мужем она побаивается серьезных отношений с бойфрендами. Наверное, не прошел еще восстановительный период после развода, о котором ее не раз предупреждала однокурсница Наташа, недавно выучившаяся на психолога. Она советовала не спешить с новыми отношениями. Надо сделать выводы из неудачного брака, пересмотреть взгляды на мужчин и вообще немножко отдохнуть от них. Наташа уверяла, что разведенным женщинам требуется помощь психолога не меньше, чем жертвам аварий и катастроф. Может, и хорошо, что завтра будет праздник, который располагает как раз к таким легким, ни к чему не обязывающим улыбкам и комплиментам. Плохо только то, что все известно заранее, как при просмотре второстепенного фильма.

Конец ознакомительного фрагмента.