Крылатое племя

Сборник

Крылатое племя: Воспоминания авиаторов трех поколений

– - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

Проект "Военная литература": militera.lib.ru

Издание: Крылатое племя. — М.: Воениздат, 1962.

OCR, правка: Андрей Мятишкин (amyatishkin@mail.ru)

[1] Так обозначены страницы. Номер страницы предшествует странице.

{1}Так помечены ссылки на примечания. Примечания в конце текста

Крылатое племя (Воспоминания авиаторов трех поколений). — М.: Воениздат, 1962. — 152 с. /

Редактор-составитель А. И. Воинов. Тираж 30.000 Цена 31 коп.

Аннотация издательства: В настоящий сборник вошли воспоминания летчиков трех поколений: ветеранов, стоявших у колыбели русской авиации, участников гражданской и Великой Отечественной

войн, а также той новой плеяды крылатого племени, с которой связано развитие нашего реактивного

самолетовождения. В книгу вошли рассказы ближайших друзей и родственников замечательных героев, прославивших своими подвигами не только нашу, но и мировую авиацию. Сборник подготовила группа

ВВС секции бывших фронтовиков Советского комитета ветеранов войны.

Крылатое племя: Воспоминания авиаторов трех поколений

С. Козлов. Над Камой и Волгой

А. Степанов. В окруженном Уральске

Н. Анощенко. Павло

А. Митрофанов. Встреча с Ибрагим-беком

М. Водопьянов. На арктических трассах

О. Чкалова. Призвание

Е. Смушкевич. Несколько штрихов

С. Губарев. Воспоминания о друге

А. Полянцева. На истребителях — девушки

А. Ворожейкин. Красноносые «яки»

А. Васильев. Операция «Зволен»

С. Уткин. Случай в Карпатах

Е. Кондрат. Конец «Червонного туза»

П. Головачев. Листая летную книжку...

В. Толстой. Начало конца

Н. Шмелев. Под крылом Будапешт

К. Гаранин. Прерванный рейс

А. Якимов. На могучих крыльях

Примечания

С. Козлов. Над Камой и Волгой

Неожиданная встреча

Года через полтора после окончания Великой Отечественной войны я приехал отдыхать на один из только

что открывшихся прибалтийских курортов. Прибывающих встречал сам начальник санатория. Взглянув

на мою путевку, он улыбнулся:

— Недавно к нам приехал почти ваш близнец: тоже генерал, тоже авиационный и даже ваш однолетка.

Меня это сообщение заинтриговало, и, устроившись на новом месте, я сразу же пошел повидать «почти

близнеца». На стук отозвался голос, показавшийся мне знакомым.

У окна, за которым открывалась панорама спокойного Балтийского моря, сидел генерал и старательно

прочищал трубку. Чуть склоненная налево голова и курчавая борода его были так знакомы, что я вместо

заготовленной фразы вдруг самым обычным тоном спросил:

— Стах, а что трубка у тебя, та же?

— Конечно, та же, — в тон мне ответил генерал, — только сейчас в ней хороший трубочный табак, а не

матросская махорка.

Хозяином комнаты оказался мой старый товарищ и сослуживец Станислав Эдуардович Столярский.

Впервые мы со Столярским — два матроса царского флота — повстречались в 1916 году на Гутуевском

острове. Потом революция и гражданская война раскидали было нас в разные стороны, но в 1919 году мы

снова встретились на Восточном фронте. С тех пор прошло 27 лет. И вот теперь в тиши прибалтийского

курорта мы с особой теплотой вспоминали боевые [4] будни кампании 1919 года и наши полеты над

Камой и Волгой.

А возвратившись после отпуска в Москву, я вскоре получил от Станислава Эдуардовича письмо. Когда

распечатал конверт, из него выпали пожелтевшие листки приказа Реввоенсовета Республики о

награждении меня орденом Красного Знамени за боевые полеты по разведке и охране Волжской военной

флотилии. И снова в памяти всплыли события далеких лет гражданской войны...

* * *

Еще не кончился весенний ледоход, когда воздушный дивизион Волжской военной флотилии отвалил от

причалов Нижнего Новгорода. Мы торопились на соединение с флотилией, которая в районе Чистополя

вела тяжелые бои с наседавшими колчаковцами.

На головном пароходе «Герцен» располагались штаб дивизиона и жилые помещения команды. В

нескольких кабельтовых за пароходом волжский буксир «Кольцов» привычно тащил нефтеналивную

баржу «Коммуна», приспособленную сормовскими рабочими для спуска и приема гидросамолетов. На

палубе баржи находилось несколько М-9, или, как мы их просто называли, «девяток», и три истребителя

«Ньюпор-17».

На корме «Герцена», в наиболее защищенном от свежего ветра месте, собрался почти весь летный состав.