Чтение онлайн

Мэлоун бросила на нее сердитый взгляд, но Кейси поняла, что ей удалось зацепить журналистку на крючок. Ее интересовало одно – документальные кадры.

– Я сама установлю камеры, – сказала Мэлоун.

– Охо-хо… – пробормотал Роули.

– Я должна иметь право утверждать, что на борту была наша аппаратура, – добавила Мэлоун.

В конце концов Кейси добилась компромисса. «Ньюслайн» устанавливает в любом месте салона две неподвижно закрепленные камеры. Их сигнал транслируется на землю. Помимо этого, программа получает в свое распоряжение записи всех остальных камер. Наконец, «Ньюслайн» получает разрешение снять выступление Рирдона на фоне здания номер 64, в котором находилась сборочная линия.

Компания «Нортон» оплачивает переезд съемочных групп в Аризону и проживание в местном мотеле, за свой счет доставляет их утром на испытательный аэродром и к вечеру отправляет назад в Лос-Анджелес.

Мэлоун подтолкнула документ к Фуллеру.

– Договорились, – сказала она.

Озабоченно поглядывая на часы, Рирдон вместе с Мэлоун покинул комнату и отправился записывать свое выступление. Кейси осталась в боевой рубке наедине с Фуллером и Роули.

Фуллер вздохнул.

– Надеюсь, мы приняли верное решение. – Он повернулся к Кейси. – Я сделал все, что ты велела, когда звонила мне из видеоцентра.

– Да, Эд, – ответила Кейси. – Ты был великолепен.

– Но я видел запись, – сказал Фуллер. – Это настоящий кошмар. Боюсь, что, каков бы ни был результат испытаний, зрители запомнят только эти кадры.

– Если их вообще кто-нибудь увидит, – заметила Кейси.

– Больше всего я боюсь, что «Ньюслайн» покажет запись, как бы ни обернулось дело.

– Вряд ли, – сказала Кейси. – Они забудут о ней, как только станет ясна истинная причина аварии.

– Хотелось бы надеяться, – со вздохом отозвался Фуллер. – Уж очень высоки ставки.

– Да, – согласилась Кейси. – Ставки высоки.

– Посоветуйте им запастись теплой одеждой, – сказал Тедди. – Да и ты, крошка, не забудь. И вот еще что. Я следил за этой дамочкой. Похоже, она твердо намерена лететь.

– Может быть.

– И ты тоже?

– Может быть, – ответила Кейси.

– Советую хорошенько подумать, – произнес Роули. – Ты видела запись, восстановленную по данным экспресс-анализатора. Самолет испытал перегрузки, в полтора раза превышающие допустимые пределы. Пилот подверг машину напряжениям, на которые она не рассчитана. Завтра я собираюсь повторить то же самое.

Кейси пожала плечами.

– Доэрти проверил фюзеляж, – сказала она. – Просветил его рентгеном, и…

– Да, он проверял, – ответил Тедди. – Но не слишком тщательно. Как правило, фюзеляж исследуют около месяца, прежде чем вновь пустить его в эксплуатацию. Просвечивают каждое соединение. В данном случае это не было сделано.

– На что ты намекаешь?

– Завтра я подвергну самолет таким же перегрузкам, и нет никакой гарантии, что он их выдержит.

– Пытаешься испугать меня? – спросила Кейси.

– Нет, всего лишь предупреждаю. Это очень серьезно, Кейси. Самолет может развалиться на куски.

– Ни разу в истории ни одна компания не допускала журналистов к летным испытаниям, – сообщил Рирдон. – Однако их результат настолько важен для будущего «Нортона», а его руководство настолько уверено в том, каков будет исход испытаний, что нам дали разрешение на съемку. Сегодня мы впервые увидим документальные кадры, снятые на борту самолета, выполнявшего рейс «Транс-Пасифик» 545, печально знаменитого аэробуса N-22 производства компании «Нортон Эйркрафт». Представители компании считают его надежным и безопасным. Критики называют его «летающим гробом»…

Рирдон выдержал паузу.

– Тебе нужны заготовки голоса за кадром?

– Пригодятся.

– Кстати, где проводятся испытания?

– В Юме.

– Ясно, – сказал Рирдон.

Стоя на залитой вечерним солнцем площадке перед зданием номер 64, он посмотрел на носки своих туфель и заговорил негромким доверительным тоном:

– Мы находимся на испытательном полигоне компании «Нортон» в городе Юма, штат Аризона. Сейчас пять утра, и наземная бригада «Нортона» заканчивает последние приготовления перед тем, как Пятьсот сорок пятый поднимется в воздух. – Он поднял лицо. – В котором часу рассвет?

– Откуда мне знать? – ответила Дженнифер. – Давай все возможные варианты.

– Мы чувствуем, как в предрассветной тьме нарастает напряжение… Мы чувствуем, как с первыми лучами солнца нарастает напряжение… Мы чувствуем, как в ярком утреннем свете нарастает напряжение…

– Достаточно, – сказала Дженнифер.

– Как будем комментировать исход испытаний?

– И так и эдак.

– Ты имеешь в виду успех и неудачу?

– Давай оба варианта – на всякий случай.

Рирдон вновь посмотрел на свои туфли.

– Самолет совершает посадку, и техники «Нортона» поздравляют друг друга. Нас окружают радостные лица. Испытания завершились успешно. Компания отстояла свою правоту. По крайней мере, в этот раз… – Рирдон набрал полную грудь воздуха. – Самолет совершает посадку, и голоса вокруг нас подавленно стихают. Компания «Нортон» вынуждена признать свое поражение. Летные испытания со всей наглядностью продемонстрировали серьезные недостатки конструкции N-22… – Он поднял лицо. – Хватит?

– Давай еще промежуточный вариант, но со съемкой на фоне зданий «Нортона». Пожалуй, его-то мы и выпустим в эфир.

– Хорошая мысль.

Больше всего Рирдону нравилось то, что он вновь появится на экране. Он выпрямился, словно пружина, выпятил подбородок и посмотрел в объектив.

– Здесь, в этом здании, где строят самолеты N-22… нет, не так. За моей спиной находится здание, в котором… нет. Подожди минутку. – Он покачал головой и вновь посмотрел в объектив. – Итак, репутация N-22 по-прежнему остается под вопросом. Вот здание, в котором собирают самолеты этой марки, рабочие и инженеры уверены в надежности N-22, однако переубедить критиков не удалось. Соберет ли смерть очередной урожай в небесах? Будущее покажет, С вами был Марти Рирдон, «Ньюслайн», Бербэнк, штат Калифорния.