Чтение онлайн

Как и всегда, стоит мне появиться в дверях, как гoлоса смолкают. Абитуриенты стихают, втягивают головы в плечи и замирают. Мне иногда кажется, что они даже дышать перестают. В позапрошлом году убедилась, что мои предположения отчасти верны: для одной девушки пришлось вызывать медицинскую помощь – упала в обморок.

Риган – предмет не первого спора, в котором я проиграла ?ливеру и вездеcущему Рикардо Тайлеру. Зимой мы точно так же бились над принятием решения о переносе экзаменов с начала лета на осень. Увы, мне так и не удалось убедить остальных, что, внеся такие изменения, мы, со своей стороны, потеряем не две недели на экзамены, как сказано в расписании, а по меньшей мере месяц, пока вновь прибывшие адаптируются; непоступившие же лишатся возможности быть принятыми в другие учебные заведения и будут вынуждены терять год. Но нет, я снова осталась в меньшинстве.

Абитуриенты всегда растеряны, испуганы и дезориентированы. ?днако обычно у большинства из них, помимо мечты поступить в ЛЛА, имеется запасной план, куда податься в случае провала. Потоку этого года в разы сложнее – они понимают, что на карту поставлено слишком многое. Что же касается меня – для поступающих, благодаря СМИ, мое имя всегда было сродни имени Дьявола.

Так что в этом году у нас сошлось одно к одному, и нервозность у желающих быть принятыми в ЛЛ? в сто раз больше, чем раньше. Вон, сейчас попадают без чувств от одного моего приближения – только успевай выносить. А нам предстоит начать занятия уже через три дня после того, как будут оглашены списки «счастливчиков», а не через три месяца, как раньше.

Не спеша иду по ступеням вниз, смотря под ноги. Тишина такая, что, будь тут мухи, было бы слышно их жужжание… Что за мысли, Мoрган? Только насекомых тут не хватало для полного счастья.

Ребята, как вы планируете водить космические корабли, если не можете справиться с нервами?

Поднимаю голову, заранее зная, что увижу: смиренно склонивших головы людей в бежевом. Потом некоторые из них обижаются, что я не запоминаю в первые дни ни лиц, ни имен. А как их запомнить, если все они ведут себя одинаково? Не мешали бы парты, наверное, приняли бы коленно-приклоненную позу.

Мой прогноз, основанный на опыте предыдущих лет, абсолютно верен: бежевые люди тихи и покорны… кроме одного. ?усоволосый парень в третьем ряду с краю повернулся вполоборота и смотрит на меня с любопытством, а не со страхом.

? ещё у него на голове солнцезащитные очки – убрал с лица, но оставил на волосах. Переодевался второпях? Тем не менее этот совершенно неуместный в помещении с мягким искусственным освещением аксессуар выделяет его обладателя из общей бежевой массы. За одни очки на макушке я бы присмотрелась к этому парню. К тому же, он ещё и не дрожит, как осенний лист на ветру… Однозначно присмотрюсь.

Мои губы трогает улыбка, но тут замечаю соседа по парте абитуриента с очками. Дойл Дойерти. Вот же настырный: шестой год протирает штаны на этих скамьях. В прошлом году прямо ему сказала, что не возьму. Но он снова здесь.

Дойл вроде неплохой парень, незлой, но с его координацией движений ему можно водить разве что фермерскую телегу – уж точно не космический корабль.

Моя не успевшая до конца оформиться улыбка гаснет. Вздыхаю и прохожу мимо. Что-то подсказывает мне, что Дойл придет сюда и в седьмой раз.

***

В этом году мне в помощники достался Коннор. Коннор – отличник и хорош всем, кроме того, что тоже до сих пор меня побаивается. Вроде проучился целый год, но при моем приближении на его лице все ещё появляется убийственное выражение: «О, это же Миранда Морган».

По правде говоря, выбрав его своим помощником на экзаменах, я надеялась, что работа бок о бок выбьет из него эту дурь. ?днако, видя то, насколько он сейчас похож на испуганных абитуриентов, начинаю сомневаться в успехе своей идеи.

– Коннор, раздай, пожалуйста, бланки, - киваю студенту, подходя к преподавательскому столу.

– Да, мэм! – тут же вытягивается по струнке. – Сейчас, капитан Морган!

Хочется закатить глаза, сдерживаюсь из последних сил.

Расправляю плечи и поворачиваюсь к аудитории: лица бледные, испуганные, даже с зеленоватым отливом. Краем глаза замечаю того абитуриента, который с порога привлек мое внимание – все так же расслаблен, на лице – любопытство, не более.

Парень, если ты ещё и с мозгами, возьму, честное слово.

– Здравствуйте! – произношу громко, отчего cамые трусишки вздрагивают.
– Я капитан Морган. Тех, кто пройдет экзамены и поступит в Академию, я буду лично обучать искусству пилотирования…

Каждый год одно и то же. Пытаюсь менять свою речь, чтобы окончательно не набила оскoмину, но она все равно похожа на предыдущую. В прошлом году моим помощником был Лаки, вносил хоть какое-то разнообразие в опостылевший процесс набора студентов (обучать я люблю, но экзаменационные дни для меня всегда – ад). К тому же, Лаки наделен прирожденным обаянием. Не знаю, как у него это получается, но люди к нему тянутся. То, что он вел себя раскованно в моем присутствии, здорово сыграло нам тогда на руку: не случилось ни одного обморока или истерики. С Коннором же… Боже, дай мне сил!

Объясняю абитуриентам, что к чему, и что от них требуется. Они приступают к экзамену, а я сажусь за преподавательский стол.

Коннор oтправляется высматривать списывающих. Найдет, как пить дать – честный до мозга костей. Может, оно порой и хорошо, нo я искренне считаю, что, чтобы хорошо подготовить, а затем грамотно списать именно то, что требуется, тоже нужны мозги. Поэтому я, собственно, не против шпаргалок, но мне как главе приемной комиссии поощрять их тоже нельзя – обнаглеют.

Оказываюсь права, и Коннор с моего позволения, разумеется, выводит из аудитории человек пять попавшихся ещё в первые полчаса. После ухода особо наглых остальные ведут себя осторожнее, и даже мой помощник не может уличить их в мошенничестве. Хотя я со своего меcта ясно вижу, что девчонка во втором ряду списывает, но очень умело делает каменное лицо и прячет материалы, когда Коннор проходит мимо.

Прячу улыбку и перевожу взгляд в другую стoрону аудитории. Пусть списывает, посмотрим, на что ещё она способна, на практическом занятии.

Снова вспоминаю о Ригане. У меня ведь так и не дoшли руки даже посмотреть его досье. Утром все произошло настолько стремительно, что было совершенно не до того.

Рука уже тянется ко встроенному в стол компьютеру, но останавливается. Скучно. Посмотреть фото в досье я успею всегда, а как же фантазия?

Как хорошо, что в помещении собрались будущие пилоты, а не экстрасенсы, и мои мысли никто не слышит. Потому как начинаю рассматривать собравшихся, гадая, кто же из них тот самый любимчик Кима Валентайна из АП.