Чтение онлайн

Лис почуял неладное, только когда Мустафа уже оказался позади него. Он начал разворачиваться и застыл, потому что Мустафа уже положил руку ему на плечо.

– Влад? – Антон не знал, кем именно был падший, с которым столкнулся Влад, но любой падший – это смерть.

Влад не ответил, откликнулся Дацик – короткой очередью по тому месту, где Антон только что стоял. Попытка оказалась бы удачной, если бы Антон за мгновение до этого не стартанул к Владу и Мустафе. В последнее время Антон был очень быстрым. Теперь Дацику, чтобы вмешаться, понадобится спуститься на этаж ниже – Антон оказался в мертвой зоне, с этим у здания обстояло все очень хорошо, а, как известно, даже самые лучшие автоматы не стреляют за угол.

Мустафа боялся. С самого начала операции он меньше всего хотел одного – оказаться рядом с Антоном. В худшем случае, если бы у Лиса и Дацика ничего не получилось, он мог бы просто уйти. Сейчас Мустафе уже не нужен был Лис, что бы он ни сделал и кем бы он ни был, не нужен был и Антон. Мустафа хотел одного – просто оказаться подальше отсюда. Антон не успел вмешаться, да и нужды не стало: Мустафа сделал один шаг, одно движение – и очутился уже вне досягаемости и Лиса, и Антона. У Мустафы было и время, и возможность убить Лиса. Вероятно, все же страх у падших сильнее голода.

Влад выстрелил – мимо.

– Так ты его не возьмешь, не трать зря патроны.

– Привычка.

Выстрелом в надежде, что кто-то возьмет и выбежит достаточно далеко, чтобы сунуть голову под пули, напомнил о себе Дацик.

– Упорный, – Лис засадил очередь тупо вверх, не считаясь с рикошетом, просто чтобы что-то ответить. Дацик снова смолк.

– Что ты тут делаешь? – В последнее время у Антона появился большой опыт по части галлюцинаций, и ему не хотелось его пополнять. – Как ты вообще оказался здесь и кто за тобой охотится? Это ведь не еще один падший – наверху?

– Не падший. Приятель мой.

Антон, конечно, подозревал, что Влад не самый обычный человек, но выяснение отношений с приятелем путем перестрелки? В Москве? Понимая невозможность объяснить все в двух словах, Влад все же попытался:

– Антон, мы все охотимся за тобой. А то, что один из охотников вдруг оказался лучшим другом жертвы, – ну на войне, как на войне!.. Дацик! Прекращай огонь! Закрываем контракт!

Но Дацик то ли плохо слышал, то ли просто любил стрелять больше, чем говорить. Лис с Антоном предпочли перебраться еще ближе к стене, несмотря на то что, с точки зрения баллистики, это было невозможно, пули пролетали все ближе. Мрамор было жаль, но ему хотя бы не больно.

– Дацик, я отдам тебе свой аванс!

Ответ в виде очередного выстрела прозвучал достаточно красноречиво. Впрочем, Дацик наконец заговорил:

– Ты в меня стрелял, ублюдок! – Судя по голосу, Дацик уже спустился на второй этаж.

– Но ведь не попал!

– Промахнулся.

– Не хотел попадать, вот и не попал.

– Лис, у меня контракт, либо не мешай, либо молчи.

Лис не ответил, он был занят, сейчас он очень старался не делать никаких движений и не издавать звуков. Что-то похожее на змею – только змеи не изгибаются под такими углами: прут, сломанный в трех местах, смотрел на Влада, и Влад был уверен, что если этому «пруту» он не понравится, то это станет последним, что он видит в своей жизни. Змея (наверное, все-таки змея?) медленно спустилась с плеч Антона и бесшумно скользнула вверх по лестнице.

– Антон, что это было?

– Ты ее тоже видишь?

– Еще как!..

– Мне кажется, что это змея, она ко мне перешла от предыдущего хозяина.

– Ты факира замочил?

Сверху раздался крик, резанула очередь, и снова все стихло. Через минуту снова показалась змея.

– Она стала больше.

– Ну да. И о твоем дружке, наверное, можно больше не беспокоиться.

Влад рванул вверх – к Дацику. Антон за ним. Беспокоиться действительно было уже не о чем. В Дацике было столько дыр, словно на него напала не змея, а стая голодных сверл.

Черт, черт, черт…

– Влад, минуту назад он пытался нас убить…

– Все так. Только… если бы все повернулось совсем немного иначе, на его месте был бы я. И я точно так же выполнял бы контракт.

Последние дни Кривой не выходил из подвала приюта. Сначала Михаил пытался найти стены. Собирался серьезно – запасся водой, едой… Реквизировал по случаю у директора электромобиль.

На пятом часу поездки в один конец кар сдох. Аккумулятор Кривой проверял перед выездом лично, должно было хватить минимум на сутки. С учетом того, что еще по дороге перестали ходить часы, удивляться было особо нечему.

С учетом скорости – возвращаться Кривому было километров двести, не меньше. Если не сбиться и идти по прямой, через пару дней Кривой дойдет до Лифта.

Михаил отправился в обратную дорогу, пытался ориентироваться по мозаике пола. Поначалу оглядывался на электромобиль. Ему казалось, что так он будет понимать хотя бы приблизительно, туда ли он идет и сколько уже прошел. Когда единственный ориентир исчез, шел наугад. Сейчас он пожалел, что не подумал о таком надежном методе, как хлебные крошки…

Без ориентиров Кривой шел минут пятнадцать. Даже понервничать не успел. Ориентиров появилось сразу два – лаборатория и директор.

Встречали бы двое дюжих санитаров со смирительной рубахой на изготовку… и Миша даже и не сопротивлялся бы.

Если ты в одну сторону едешь почти пять часов, а обратно идешь без малого час, и при этом едешь на скорости километров в пятьдесят, а идешь со скоростью человека, а не атакующего гепарда… Скорее всего у тебя что-то с мозгом. Что именно – вариантов много, и только в самом конце обширного списка неврозов и расстройств будет версия твоей нормальности и проблем с местным пространством и временем.

Директор как-то не удивлялся:

– Аккумулятор сел?

– Ну да.

– Обратно шел долго?

– Не особо. Я не первый? – Теперь вся эта затея показалось Кривому глупой, раздражало то, что он не понимал – директор сочувствует или издевается.

– Электромобиль вытянем. Не первый… Даже не пятый.

– А если бы я не вернулся?

– Тогда у тебя бы получилось то, чего не смогли все остальные. Ты мог идти от машины в любую сторону и все равно пришел бы сюда. Скривился чего?