Чтение онлайн

На другом конце станции Бэттерси-Пауэр, похожей на перевернутый бильярдный стол, располагалась пара труб высотой в три сотни футов. На фоне черного неба они тянулись вверх, словно гигантские стражи из забытой машинной эпохи. Из них уже давным-давно не шел белый дым, который заменили серные воскурения, делая это место идеальным для изложения Чаймзом своего кредо ордену Новой Эры.

Тем временем появился сам император в одежде цвета старого золота, блистая и позвякивая металлическими пластинами. Постепенно шепот стих, и все глаза устремились к одинокой фигуре на возвышении.

— Именем Господина Вселенной, именем Изиды, — произнес он высокопарно, не оставив равнодушными даже задние ряды, — я стою здесь перед вами, членами нашего ордена, в час, предшествующий нашему триумфу.

Недобрым взглядом он обвел собравшихся, требуя от каждого внимания к себе.

— Я уже говорил вам о целях нашего ордена. И говорил о необходимости убрать все препятствия, которые стоят на пути к нашей победе. Старый мир, который многие из вас покинули, пережил себя. Кто теперь разделяет взгляды доктора Залиана с его мирным сообществом, которое предоставляет убежище всем, покидающим жестокий мир городских улиц? Друзья мои, мы все знаем, что происходит в стаде с больными животными. Их пожирают более сильные. Те, кто верит в себя и свое могущество.

Помните! Мир, который вы оставили внизу, ушел навсегда. Вера, милосердие, терпимость, совесть — отжившие понятия в современном городе, где компьютер вытеснил карандаш.

Переводя взгляд с одного бледного лица на другое, он продолжал говорить:

— От тех, кто внизу, больше не потребуется помощь слабым, бедным, больным, потому что впервые в истории нашего города таких просто не будет.

Залиан считает наш орден мерзким творением, но когда он в последний раз видел то, что творится внизу, то, что сталось в последнее время? Теперь там живут одни шакалы. В цепи не должно быть слабых звеньев. Только та цепь крепка, из которой удалены все ненадежные звенья. Когда-то во имя Империи мы взяли на себя заботу о людях, теперь же все разобщены. В этом я согласен с доктором Залианом.

Злобный ропот пробежал по толпе. Но все смолкло, едва Чаймз поднял руку, на которой отполированные металлические пальцы отливали призрачно зеленым светом.

— Залиан считает, что во всем виновата людская жадность, но он не прав. Я вам скажу, почему общество, которое живет у нас под ногами, не может больше сохранять порядок. Потому что чистое национальное чувство перестало быть чистым. Его загрязнили всякие фальсификаторы. Чужестранцы правят нашей страной, и пришел наш час смыть грязь с запачканного здания. В этом наша задача. Мы должны все исправить.

Некоторые из вас думают, будто наши ритуалы и наши символы ничего не значат, но они не правы. Каждый из них был определенной точкой на пути к духовной дисциплине, которая даст нам силы вытеснить самые варварские и разложившиеся сообщества. То, что скрыто в Пламени Мудрецов, сделает нас эмиссарами Новой Эры. Когда мы станем хозяевами над миром крыш, наступит час полного перевоплощения. И только потом мы сможем приступить к очищению Земли. Завтра ночью мы совершим последние обряды. Двенадцать ближайших сподвижников Залиана будут принесены в жертву. Доктор и весь его мир погибнут. Тогда придет час Новой Эры.

Чаймз сделал несколько шагов назад и оглядел слушавших его людей. Было очевидно, что его страстное видение чистого и жестокого сообщества убедило немногих. Мало было таких, кто хоть что-то понимал в его планах на будущее, и еще меньше — кто осознавал, что конечная цель Чаймза, о которой он молчит, не больше и не меньше, как завоевание всей Земли. Его ученики знали лишь то, что Чаймз платит им за верность и что в борьбе за власть лучше быть с тем, кто сильнее. Они уже ощутили, как слаба оппозиция, и поэтому не сомневались в победе. Чаймз покинул крышу. Пусть сейчас они не все поняли, но со временем им придется осознать масштаб его притязаний. Старая система, которая существует внизу, падет, но поначалу придется действовать медленно, разделяя и уничтожая ее изнутри, зато конечным итогом будет возрождение национального духа. Тогда возгорится свет истинного разума!

Император Чаймз будет его творцом.

Когда-нибудь все до единого скажут ему спасибо.

“Дейли мейл”, 20 декабря, суббота

ФАРС!

ПОЛИЦИЯ НЕ СПРАВЛЯЕТСЯ С “ВОЗДУШНЫМ РЭМБО”

Еще один выстрел лондонского снайпера-маньяка. Убиты уже пять человек, включая одного журналиста, тем не менее, полиция продолжает отрицать существование сумасшедшего стрелка, обосновавшегося на крышах Лондона. Вплоть до настоящего времени так и не определена дата слушания дела.

Все пять жертв маньяка были хладнокровно им расстреляны, когда они шли по своим делам по улицам Лондона.

Однако полиции придется признать сокрытие фактов. В заявлении, сделанном вчера вечером старшим инспектором Иэном Харгривом, известным своим фиаско в деле лестерского вампира, сказано, что нет никакой необходимости волновать публику возможными убийствами.

ВОЙНА ГАНГСТЕРОВ

“У нас есть все основания полагать, что эти убийства стали результатом разборок между гангстерскими группировками, — заявил расстроенный Харгрив. — Погибший репортер был тесно связан с одной из банд и, раскрыв ее тайны, стал ее жертвой”.

Однако более высокие полицейские чины недовольны темпами расследования. Мы хотели бы задать несколько вопросов:

ПОЧЕМУ прессу не допускают к источникам информации?

ПОЧЕМУ затягивается опознание трупов?

КАК удается тайно избавляться от жертв?

КТО истинный подозреваемый в убийствах?

До сих пор полиция получила около двухсот донесений о снайпере.

Сегодня утром Управление лондонским транспортом сообщило об уменьшении числа людей, отправляющихся за рождественскими подарками в Уэст-Энд. “Я куплю подарки своим внукам рядом с домом, — заявила миссис Элизабет Спрэгг из “Шепердс-Буш”. — Не дай Бог, кто-нибудь притаился на крыше и выслеживает меня с заряженной винтовкой”.

СМОТРИТЕ: личный арсенал “воздушного Рэмбо”. Пользуется ли он таким же оружием?

— Ужас, сколько ерунды они печатают, — заявила Джэнис Лонгбрайт, смяв газету и выкинув ее в корзину. — Если бы они хоть взглянули на трупы, они бы не задавали вопрос, почему их нельзя опознать. Куда ты теперь?