Чтение онлайн

Цвельфы-эльфы... Я так и знал. А в пещере впереди, наверное, гномы. Или тролли. Или драконы. И еще этот, как его, хонгор наверху. Печень клюет.

Мир, полный опасности. Как говорили женщины в моей прошлой жизни «Как страшно жить».

Я шагнул в темно-зеленый мрак пещеры, Марвин поспешил за мной. Лошади протиснулись следом и шли сзади. Арма догнала меня и тыкалась мордой в мое левое плечо. Она недовольно фыркала. У нее-то встроенного в шлем фильтра не было, а пахло, судя по всему, не очень приятно.

Проход был почти квадратным, примерно три на три метра, и шел под небольшим уклоном вниз. Дождевая вода из ущелья стекала под ногами тонкими ручейками вглубь пещеры.

Звуки тоже уносило ветром вперед по проходу. Я увидел еще один скелет цвельфа. Одежда на нем почти полностью истлела, скорее всего, это был простой матрос. Он лежал лицом вниз, раскинув руки в стороны. Затылочная кость была раздроблена, что называется «от удара тупым тяжелым предметом».

Что эти моряки-эльфы делали в этом глухом ущелье? Клад искали? Или наоборот, прятали. Пираты, наверное. Очень давно здесь лежат. На всякий случай я вынул саблю из ножен.

Мы шли молча. Коридор плавно загибался вправо. Оглянувшись, я не увидел входа за пологим поворотом. Марвин тоже обнажил короткий трофейный меч.

Черт, надо было считать шаги. Я совсем потерял ощущение времени. Здешний мир в целом отличался непонятным и непривычным его течением.

Захотелось пить. Жестом показал Марвину и мы остановились. Лошадей поить не стали, сами сделали по три глотка из фляг. Арма поняла, что поилку распаковывать никто не собирается и стала пить из ручья, в который превратились ручейки дождевой воды. Он журчал посередине, все увеличиваясь. Снаружи дождь превратился в ливень, такой напрашивался вывод.

Марвин начал заметно беспокоиться. То ли клаустрофобия у него и стены пещеры давят на психику, то ли боязнь воды. Он старался не наступать в ручей, прижавшись к стене. Другой дороги у нас в любом случае не было и мы пошли дальше.

Скоро проход резко завернул налево, и через сорок метров раздваивался. И на этой развилке лежала целая куча костей.

Мы остановились.

— Направо пойдешь, коня потеряешь, — сказал я, показывая на большие, явно не человеческие кости, которые валялись в воде в правом проходе.

— Это мул или осел, — заявил Марвин, ногой разгребая какие-то металлические обломки рядом. — На нем наверное золото перевозили, мне так кажется — это тележка была.

Золото везде в цене — это ежу понятно. Похоже Марвин разделял мою точку зрения, что эти цвельфы были пиратами, закопавшими клад.

— Куда пойдем? — спросил он. — Ты сказал, направо коня потеряем? А если налево?

Чуть не ответил ему, что это поговорка такая, присказка. Но вовремя спохватился. Если у них такой поговорки нет, устанешь объяснять, где я ее слышал. Не знаю, что на самом деле думает Марвин обо мне, как о воскресшем Крысобое, но про свою прошлую жизнь распространяться мне точно не стоит.

Левый проход немного поднимался вверх и воды здесь не было.

— Давай проверим, — сказал я и шагнул налево.

Непонятных костей на полу здесь было полно. Метров через тридцать я наступил на какую-то клавишу или большую кнопку. Где-то в глубине прохода раздался гулкий звон не то колокола, не то удара железом об рельсу. Мы насторожились, прислушиваясь, но ничего не услышали и осторожно сделали еще шагов десять вперед.

«Пробило восемь склянок» — ни с того, ни с сего вдруг пронеслось у меня в голове. Древняя мысль какого-то пирата или странная реакция моего организма на резкое движение двух теней навстречу нам.

Лошади захрапели и попятились. Я занес руку с саблей, приготовившись отразить нападение.

Тени приблизились и стали похожи на больших крокодилов, только лап по шесть и эти лапы были длиннее, как у варанов. Крокодило-вараны быстро бежали по проходу плечом к плечу, полностью его заполняя. От таких шестиногих спринтеров не убежишь.

Опыта охоты на крокодилов у меня не было, и как их сподручнее успокоить, я не представлял. Чисто автоматически сработала реакция. Трудно сказать, чьей заслуги было больше — Крысобоя или Бешеного пса. Перехватив саблю левой, правой рукой я вынул из ножен тесак и метнул его в раскрытую пасть твари. Она резко остановилась, поперхнувшись.

Вторая тварь бросилась на Марвина. Он, подражая мне, бросил в ее глотку короткий меч. В отличие от моего тесака, меч вошел вертикально, острием вниз, и тварь сомкнув челюсти, зажала его, как подпорку.

Марвин отпрыгнул назад к Дэзу и схватил копье. Я в это время накинулся с саблей на тварь с застрявшим между челюстями мечом, потому что она оказалась ближе, и стал наносить рубящие удары сбоку по голове и глазам.

Марвин с копьем наперевес подбежал ко второму крокодилу и колющими ударами стал отгонять его назад.

Разрубив башку своего крокодила в четырех местах, так, что ошметки мозгов разлетелись в стороны, я бросился помогать Марвину. Вдвоем мы одолели второго крокодила довольно быстро. Марвин продырявил тушу в нескольких местах копьем, отвлекая от меня. Я запрыгнул сбоку и, схватив рукоять двумя руками, стал бить клинком вертикально вниз в основание черепа. После третьего удара крокодил дернулся и затих.

Схватка вымотала меня очень сильно. Все-таки до этого была долгая бешеная скачка, а еще раньше я провалялся неделю в коме. Пока Фреха с Хильдой подыскивали кандидата и дожидались моей казни.

Иногда я начинал думать о себе, как о Крысобое, а про свою прошлую жизнь вспоминал, как про жизнь какого-то другого, постороннего человека. Раздвоение личности? Шизофрения? Не, не слыхал.

Я сел, опершись спиной об стену, и смотрел, как неутомимый Марвин саблей выковыривает меч орка из пасти мертвого крокодила. Мне было бы лень делать это. Но Марвину меч явно очень нравился. Когда он его наконец достал, взял в руку и торжествующе ткнул несколько раз вверх.

Самое интересное, что потом он перевернул второго крокодила копьем, используя его как рычаг, и стал вспарывать брюхо, чтобы достать мой тесак.