Крюк
Шрифт:
В конце концов он повернул к воротам, через которые вбежал сюда. Но там, на самом верху, стоял и поджидал его Руфио. Предводитель Потерянных Мальчиков спрыгнул вниз, вытащил меч и поднял его кверху. Питер, споткнувшись, остановился.
Руфио подошел и встал перед ним. Он играючи плашмя хлопнул мечом Питера по плечу:
— Ты убит, весельчак.
Питер, моргнув глазами, проговорил:
— Какого черта!
Теперь и Эйс спрыгнул вниз, придерживаясь за лозу. Как только он приземлился, он отпустил ее, выхватил свою дубинку и также слегка стукнул ею Питера.
— Бум-м-м! — гаркнул он.
Руфио схватил озадаченного Питера и оттолкнул к забору. Питер старался подняться, совершенно сбитый с толку и уже подумавший было, что он попал в сумасшедший дом. Он безуспешно хватался за бамбуковые стойки и снова съезжал вниз. Потерянные Мальчики окружили его. Они колотили его дубинками, ставили подножки, насмехались, дразнили и победно кричали.
Руфио одним движением опять поставил Питера на ноги:
— Слушай, если ты — Пэн, докажи это. Мы хотим посмотреть, как ты летаешь!
Толпа поддержала его, и Питер услыхал сначала шепотом произнесенные слова «полетай! полетай!», которые затем опять переросли в крики.
— Лети! Лети! Лети! — кричали все в ожидании, что будет дальше.
Питер беспомощно оглянулся назад.
— Тогда можешь ты хотя бы драться? — требовательно спросил Руфио.
Потерянные Мальчики вытащили свои мечи и ножи и наставили их на Питера. Эйс сунул ему в руку широкий меч. Питер стоял, опустошенный, и держал его, пока Руфио не потерял терпение и не выбил меч у него из рук.
— Последний вопрос, пупсик, — сказал Руфио. — Ты умеешь кукарекать?
Питер набрал в грудь побольше воздуха и воспроизвел звук, сильно напоминающий куриное кудахтанье. Руфио с презрением заткнул уши. Потерянные Мальчики покатились со смеху.
Перед ними снова появилась Тинк.
— Глупые ослы! Я же говорила вам, что он не может делать ничего такого! Он даже не может играть в простейшие игры! Он забыл, как это делается! Все дело в том, что Хук украл у него детей. А у меня есть только три дня, чтобы подготовить его к поединку с капитаном! Ему нужна ваша помощь, помощь каждого из вас!
Откуда-то из толпы послышался тихий изумленный голос:
— У Питера Пэна есть дети?!
— Семья, обязанности и несколько лишних фунтов, — серьезно сказала Тинк. — Но он все еще наш Пэн.
Руфио прорычал что-то непонятное, отодвинул всех Потерянных Мальчиков от забора и прочертил мечом линию на земле. Потом он перешагнул ее, встав за чертой, и указал на Питера.
— Он не может летать, драться, кукарекать… Поэтому каждый из вас, кто скажет, что это — не Пэн, должен пересечь эту черту и встать рядом со мной!
Питер сразу же направился в сторону Руфио, но Тинк схватила его за подтяжки и потянула назад.
— Ты мне мешаешь! — кольнула она его.
Потерянные Мальчики смотрели то на Руфио, то на Питера, а потом стали один за другим пересекать черту, пока на этой стороне не остался один Покетс, глядевший на Питера из-под своей мягкой кепки. Он неуверенным шагом направился к Питеру и подергал его за рубашку. Питер наклонился к нему так, что они оказались лицом к лицу. Покетс серьезно посмотрел в измученное, помятое лицо Питера, и стал методически разглаживать на нем морщины и складки, оттягивать назад обвисшие щеки и подбородок, растирать и массировать все его лицо. Вдруг он прекратил свои манипуляции, все еще держа руками лицо Питера, и его физиономия расплылась в широчайшей улыбке.
— О, это ты, Питер, — заявил он.
Несколько Потерянных Мальчиков рванулись к ним, внимательно вглядываясь в изменившиеся черты.
— Это он? — шепотом спрашивали они друг друга. — Это — тот самый Пэн? Питер, это ты?
— М-ф-ф-т-т, м-ф-ф-т-т, — только и смог сказать Питер своим перекошенным ртом.
— Но, Питер, ты вырос! — пожаловался Лэтчбой. — Ты же обещал никогда не взрослеть!
— А нос! Не нос, а огромный шнобель, а? — разглядывал его Доунт Аск.
— Добро пожаловать в Страну Никогда, Большой Пэн! — сказал Ту Смолл.
В каждом лице светилась надежда, и вскоре она перекинулась и на лица тех, кто еще стоял рядом с Руфио по ту сторону черты. Они тоже стали приближаться и подходить к границе.
Один Руфио отказался от каких бы то ни было сомнений в собственной правоте, и его глаза сверкали злобой.
— Не слушайте эту помешанную фею и этого толстопузого. У меня меч Пэна. Я теперь — Пэн. Вы думаете, этот парень сможет забрать его у меня.
Эйс, Ноу Нэп, Тад Батт и Лэтчбой опять перешагнули черту и присоединились к Руфио.
— Погодите, — сказал Покетс. — Раз Тинк верит в это, возможно, так оно и есть.
Эти четверо опять перешли к Питеру.
— Вы собираетесь последовать за этим болваном и пойти против капитана Хука?
На этот раз все шагнули к Руфио, кроме Покетса, Тада Батта и Ту Смолла.
— Но что он делает здесь, если он не Питер Пэн, а? — серьезно спросил Покетс. — По нему не скажешь, что он счастлив здесь. И кто тогда те дети, которых украл Хук? Дайте ему шанс.
Питер воспрянул духом, стоя в окружении трех своих сторонников.
— Это — мои дети, и если я не помешаю ему, Хук убьет их. Помогите мне, пожалуйста!
Покетс посмотрел на него снизу вверх:
— Ты сказал слово «пожалуйста», — прошептал он, нахмурившись.
В это время стали быстро сгущаться тени, рассыпая свои ночные узоры сквозь ветви Дерева Никогда. Солнце почти скрылось, оно погрузилось так глубоко в океан, что от него осталась только оранжевая полоска глазури, которая таяла на глазах. Тинк летала в тишине над головами и зажигала фонарики, которые отпугивали темноту. Питер и Потерянные Мальчики молча наблюдали за ней.