Чтение онлайн

— Смерти. Физической боли.

— А ты?

— Я? — Антон на секунду задумался. — Нет, я не боюсь. Но что-то все же случилось после сканирования памяти. Я стал опасаться, что не успею узнать правду, не отвечу себе на все заданные вопросы.

— И все?

Светлов смотрел на нее, пока Дана не повернула голову.

— Еще я боюсь потерять тебя. Отчаянно боюсь. — Глухо признался Антон.

Дана не ответила. Она чувствовала то же самое, понимала, что способна отдать за него жизнь, но не понимала — почему?

Издали раскоп выглядел как давно заброшенный карьер: цепочка оплывших холмов обозначала зону отвалов, куда вывозился грунт, непосредственно руин пока еще видно не было, но окружающая обстановка по мере приближения «Ланцета» к загадочному городу менялась с каждым пройденным километром: повсюду датчики сенсорных систем фиксировали множество очагов энергетической активности, их становилось все больше и сигнатуры, идентифицированные бортовым компьютером по базе данных, вовсе не радовали, — вокруг кроме бесчисленных рагдов сканеры фиксировали пять хитваров, более сотни олонгов и еще несколько неопознанных крупных механоформ.

Не требовалось большого ума и глубокого знания истории колонии, чтобы взаимосвязать два явления. Чуждые формы механизмов явно концентрировались над зоной раскопок, они контролировали ее, защищали от вторжения, — видимо неосторожные действия археологической экспедиции затронули места их исторического базирования, пробудив сонмища механизмов от спячки энергосберегающего режима.

На борту «Ланцета» напряжение ожидания постоянно росло, по мере сокращения расстояния до древнего города.

Машину по-прежнему вел Фриенбагер, — только он мог в критической ситуации взять ручное управление, остальным вольно или невольно приходилось лишь наблюдать.

Светлов чувствовал, как непонятные, но необратимые изменения не просто вторгаются в рассудок, порождая смутные, полуосознанные и по большей части незнакомые образы, — в душе нарастал надрыв, слом, еще немного и его воля уже не сможет противостоять необъяснимому воздействию.

— Дана, ты чувствуешь внешнее воздействие?

— Нет.

— Странно. — Светлов посмотрел на экраны, где, как по заказу, почти у самой земли пронеслась стая рагдов, затем перевел взгляд на Миллера и Хоука.

— Вы тоже ничего не ощущаете?

Энтони скривился.

— Я ощущаю, что нам здесь не место! — Грубо ответил он.

Ясно. Этот ничего, кроме собственной злобы, не чувствует.

— Док?

— Я не могу ничего ответить, Антон. Внешнего воздействия на меня нет, разве что видеоряд жуть нагоняет.

— Клаус, что у тебя, доложи.

— Все в норме командир. Фогель немного нервничает, а так порядок. Фантом-генераторы пока справляются, рагды спокойно летают мимо, как видишь. Посмотрим на реакцию крупных механоформ. Я немного изменил курс, пройдем в километре от группы олонгов, в зоне эффективной работы их сканеров.

— Добро. — Светлов еще раз взглянул на экраны, и приказал: — Всем экипироваться.

— В смысле? — Миллер вопросительно посмотрел на Антона.

— По полной боевой. — Ответил Светлов.

— Вообще бред! — Хоук не знал, на ком сорвать свою злость. Он не понимал, зачем его притащили сюда? Чтобы дать возможность героически подохнуть?! Ради чего?!

— Энтони, я не намерен спорить с тобой. — Тон Светлова был глухим, угрожающим, ему едва хватало сил, чтобы противостоять усиливающемуся давлению на разум, а тут еще Хоук ведет себя как…

А как он ведет себя? — Мысленный вопрос вдруг больно задел за живое. — Может это со мной не все в порядке, а реакция Энтони на сонмища чуждых, агрессивных механоформ, как раз нормальна с точки зрения здравого смысла?

— Короче, Хоук, решай, или ты с нами, и выполняешь приказы, или иди в каюту, закройся там и причитай, сколько влезет. В крайнем случае, тебя спасет автоматика.

— Ага, заморозит на неопределенный срок… — Фыркнул Энтони. — Буду себе лежать, постепенно песочком засыплет, и нормально… Когда-нибудь найдут. Нет уж… Драться — значит драться.

— Тогда поступай, как решил, и не доставай меня больше. — Светлов чувствовал, что балансирует на грани срыва.

Несмотря на сделанное предупреждение, Хоук все-таки не унялся.

— Ну, ответь, Антон, за каким… мы лезем в самое пекло? — В очередной раз угрюмо осведомился он, проверяя работу коммуникационного канала боевого шлема.

Светлов ответил не сразу.

Он прислушивался к внутренним ощущениям и, нужно сказать, испытывал в этот момент немалое облегчение: непонятный прессинг исчез, как только заработали электронные системы экипировки.

Значит, я не ошибся. Воздействие внешнее. Вот только вопрос: как оно пробивало защиту «Ланцета» и почему исчезло сейчас?

А что если стороннему воздействию не нужно было преодолевать экранирующие поля систем фантом-генераторов? — Светлов невольно обернулся, посмотрев на Дану.

— Что? — Спросила она, включив выделенный канал связи. [14]

— Я минуту назад спрашивал тебя о внешнем воздействии.

— Я же ответила, что не ощущала и не ощущаю никаких посторонних сил.

— У тебя не было в тот момент смутных видений? Как будто ты что-то пытаешься вспомнить, но образы выходят расплывчатые, непонятные, и тревожные?

— Да. Я и сейчас ощущаю нечто подобное.

Антон вздрогнул.

Значит, это она воздействовала на меня. Вот почему защитные поля «Ланцета» не имели возможности защитить мой рассудок…

— Дана, твой имплант подключен к кибернетической системе экипировки?

— Да.

— Включи телеметрию данных на выделенном канале. Сеанс связи — десять секунд. Потом выключаешь трансляцию.