Ксенофоб
Шрифт:
– Да-да, и скоты – тоже, но вас, в натуре, никто не слышит. И в данный момент вам ничего не угрожает. Так что имитировать истерику не обязательно. Давайте так: два вопроса, два ответа – разбежались.
Вторая барышня – стройная, со злым взглядом, залпом осушила стакан воды и неожиданно выступила:
– Мы не б...ди! Мы студентки! Знаешь, как живется студенткам?
– Вот только не надо мне рассказывать, каково быть студентом – я сам учился.
– А ты в общаге жил?
– Вообще-то нет, но я примерно в курсе...
– Значит, ни фига ты не знаешь! Москвич наверное, да? А в общаге всем хачи заправляют! Не дашь – выкинут из общаги или изобьют, об учебе можно сразу забыть. Вообще даже убить могут! Легко! А вы сразу – «б...ди»!
– Ну, если что не так – извините...
– «Извините»... Вы кто, вообще, такие?
– А вот это вам – необязательно. Ответьте на два вопроса...
– Да пошел ты! – воскликнула злобноглазая стройняга. – Как эти очнутся – нам что говорить им?! На нас – ни синяков, ни царапин, они же нас на куски порвут! Типа – навели, подставили... Короче, что нам теперь делать?
– Ноги в руки и валить отсюда, пока они не очнулись.
– А потом? Рустам в нашей общаге промышляет – через пару часов примчится на разборки!
– Может, вы их – того... – скромно предложила пышка. – А?
– Дура! – возмутилась стройная. – Тогда вообще убьют!
– Скажете, что эти бандосы – мы то бишь, силком увезли вас за город, отодрали во всех проекциях и выбросили на дорогу, – быстро нашелся я. – Кто такие – понятия не имеете, мы с вами не разговаривали, а только страстно и натужно любили.
– Ну... ничего, пойдет, – одобрила стройная. – А вы их грабить будете?
– Нет.
– Тогда мы у них все деньги заберем, ладно? Типа – вы ограбили.
– Валяйте.
– А вы, вообще, кто такие? – спросила пышка.
– Я уже спрашивала, дура! – сердито напомнила стройная. – Давай, задавай свои вопросы.
– Джигитов трое было?
– Четверо.
– Кто четвертый?
– Рустам. Это он нас сюда привез.
– И где теперь этот Рустам?
– Во двор спустился. К нему друг приехал, на машине – они наверное, анашу курят.
– Почему друг сюда не поднялся?
– Мага запрещает курить в квартире. Тем более анашу.
– Мага?
– Это который в коридоре лежит... Который дверь открывал. Он у них, типа, главный. Спортсмен, не курит, не пьет – и им не дает.
– Ясно. Хороший парень?
– Ну... Ничего, нормальный. Не беспредельничает.
– Понятно. Все, спасибо. Мы уходим.
– Погоди... – озаботилась стройная. – А вы за Рустамом пришли?
– Ну, в общем...
– То есть, вы его сейчас заберете?
– А вот это вам не...
– Так он тогда будет знать, что вы нас не забрали! Ну все – нам пи...!
– Слушай, ты вроде бы барышня...
– Да ну тебя на х..., нравоучитель ...ев! Ты лучше скажи, как нам теперь делать?!
– У нас две тачки, – соврал я. – В одной вас «увезем», в другой – Рустама. На кольце «разъедемся» – куда направилась вторая, вы понятия не имеете. Единственно: определитесь, где вас любили, а потом выкинули.
– А что с Рустамом...
– Про Рустама забудьте. Теперь он вас очень долго не побеспокоит.
– Ни фигасе... – тихо пробормотала пышка. – Вот это мы попали...
– Никуда вы не попали, – успокоил я. – Сейчас мы выйдем – давайте быстренько следом за нами, и уматывайте на все четыре. Во дворе темень, идите молча – никто на вас не обратит внимания.
– Ага – «не обратит»! – вскинулась стройная. – Ты в курсе – там полон двор обдолбанных косоглазых?
– Ну, в общем – да, но они вроде бы вполне миролюбивые...
– Миролюбивые?! Да тут ни одна нормальная девка не ходит после заката!
– Так... И что теперь...
Пышка подняла руку, как примерная ученица:
– А можно, мы с вами спустимся?
Вообще-то, я подозреваю, что это неправильно. Мы непозволительно долго добывали информацию, теперь чуть ли ни в обнимку со свидетелями будем уходить отсюда – и неизвестно еще, как на это отреагирует Филин.
С другой стороны: а что с ними делать? Это ведь по нашей вине они оказались в такой ситуации.
– Хорошо, давайте с нами. Секунду подождите, я посмотрю, как там...
Я выглянул в коридор и уточнил:
– Как там джигиты, не очухались?
– Они теперь долго не очухаются, – Федя с озабоченным видом кивнул в сторону приоткрытой входной двери. – Надо уматывать. Там, по-моему, люди собрались – наш консультант с кем-то общается.
– У вас минута на сборы, – бросил я девицам. – Давайте бегом, мы на площадке подождем.
Девицы прошмыгнули в зал, а мы с Федей направились к выходу.
Двери почти всех квартир на площадке были раскрыты и у каждой стояли люди: толстый дед с клюкой; пожилая пара в одинаковых пижамах; длиннющий хмырь с выразительной плешью; дамочка в халате и бигудях, и молодая, почти юная парочка – крепенький парнишка с растрепанной прической и беременная гражданка с ребенком на руках. На лестнице вверх были видны еще два лица, на лестнице вниз – одно, но большое. Видимо, соседи с других этажей.
О, боже... Конспирация у нас – ну просто обалдеть! Мало того, что девчат этих подцепили, так еще и общее собрание жильцов спровоцировали...
Филин проводил с публикой пресс-конференцию. О чем он вещал до нашего появления, я не знаю, но завершение было такое:
– ...Нет, я же сказал: такими вещами мы не занимаемся. Это не в нашей юрисдикции. Повторяю еще раз: это плановое профилактическое мероприятие – а то, что вы просите, не входит в наши обязанности. Будут заявки от населения – наше руководство рассмотрит их в порядке очередности. А вот такой волюнтаризм на местах – извините, это не наш стиль.