Чтение онлайн

– Я могу уйти?
– так же ровно спросила Аня.

– Нет, - резко сказал мужчина и вышел из комнаты, не заметив горькой усмешки на красивом личике.

Руслан спускался вниз и думал о том, что сказал Ане. Он не мог отпустить ее. Не хотел, а значит - не мог. Эта девочка его. И он обязательно добьется ее, искупит свою вину и загладит мерзкий поступок.

Первое, что сделал Руслан - так это избавил Аню от своего присутствия. Он не показывался ей на глаза, не заходил к ней в комнату, даже чтобы просто взглянуть на нее. Он почти не ночевал дома, занимая себя делами и развлечениями, чтобы не думать о том, что натворил. Мужчина и не подозревал, что его совесть так остра. Но то, что он сделал с Аней, не давало ему покоя ни днем, ни ночью. Он постоянно вспоминал ее запуганный и одновременно пустой взгляд. Вспоминал, как она дрожала от страха, а возможно и отвращения, к его прикосновениям. Он не мог не думать обо всем этом. Занимая себя работой и делами днем, вечером мужчина ехал в первых встречный кабак, где напивался и снимал шлюху. Вез ее в гостиницу и срывал свое раздражение и злость на ее покорном теле. А через пару часов выгонял, не в силах выносить непритворно довольный взгляд и стоны удовольствия, которые не смог подарить своей девочке, зато раздаривал направо и налево всем встречным. Он старался забываться, как мог - пил, участвовал в боях вместо своих ребят, позволяя избивать себя, а потом почти убивая в ответ своими ударами. Гонял на бешеной скорости по городу, наплевав на правила и не боясь расшибиться в лепешку.

Казалось, что злость никогда не стихнет. Но по прошествии пары недель он успокоился. И появился, наконец, дома. Его встретила встревоженная Наталья Дмитриевна, своими словами заставив его беспокоиться. Аня почти ничего не ела все это время, не выходила из своей комнаты, все время лежала на кровати и молчала.

Руслан, услышав все это, тут же стремительно повернулся к лестнице и пошел наверх. Он тихо вошел в комнату девушки, застав ее спящей поверх покрывала. Она как всегда сжалась в комочек и поджала под себя ноги. Мужчина лихорадочно впитывал в себя ее образ, попутно отмечая, как осунулось ее личико, появились круги под глазами и излишняя бледность. Она казалась сейчас такой крошечной, что он невольно стиснул зубы, вспоминая, что посмел обидеть ее.

Протянув руку к ее лицу, он нежно коснулся содранными костяшками пальцев ее щеки. И тут же удивленно и невольно отдернул руку, когда заметил, как Аня во сне потянулась за этим прикосновением. Это немного сбивало с толку. Вряд ли она переборола свой страх и отвращение к нему. Возможно, ей просто одиноко и холодно? И никого нет рядом, кто бы поддержал и помог.

Руслан скинул с плеч пальто, бросив его на пол, и осторожно лег рядом с девушкой, аккуратно и заботливо обвивая ее руками и прижимая к себе поближе. Аня безотчетно прильнула к нему всем телом и уткнулась носом в грудь. А на губах мужчины впервые за долгое время расцвела улыбка, легкая и едва заметная. Он вдыхал такой родной и любимый запах Ани, который успокаивал его не хуже алкоголя или драки. Вот сейчас, рядом с ней, он был спокоен. Хотя и боялся того, как отреагирует на его близость Аня, когда проснется и поймет, кто рядом с ней.

После того, как Руслан вышел из комнаты, сказав свое веское "нет", девушка просто завалилась на кровать и закрыла глаза. Слез уже не было. Ничего, по сути, не было. Было холодно, пусто и одиноко. И почему-то сейчас воспринималось это все как никогда прежде ужасно. Она всегда была одинока, всегда было холодно и пусто. Но сейчас, когда у нее отняли последние крохи желания жить, стало просто невыносимо. Она устала быть игрушкой, куклой и товаром для торговли. Устала ощущать себя бесправно рабой, униженной и позволяющей делать с собой все, что угодно. Но и что-то изменить было не в ее силах. Поэтому она просто сдалась. Она устала бояться и плакать, устала бороться и пытаться что-то изменить. Теперь она просто будет плыть по течению своей жизни.

Следующие несколько недель Аня тонула в своем отчаянии и пустоте. У нее пропал аппетит, напала меланхолия. Почти все время она была у себя в комнате и спала. И радовалась тому, что может это делать так часто и много - иначе просто сошла бы с ума.

Но сейчас что-то было по-другому. Она впервые за последнее время чувствовала спокойствие, умиротворение и надежность. Было тепло и уютно. Аня открыла глаза и поняла в чем дело - рядом спал Руслан, заботливо укрыв их одеялом и бережно обнимая ее.

Девушка не могла понять того противоречия, что чувствовала рядом с этим мужчиной. Сейчас он внушал ей доверие и надежность, но она еще слишком хорошо помнила ту ужасную ночь и помнила его безумные глаза. Она не знала, как объяснить то, что боится его и одновременно с этим чувствует себя спокойно в его руках.

Стокгольмский синдром. Так, кажется, это называется.

Аня рассматривала красивое лицо и думала о том, что его сожаление было искренним, потому как явно его терзала совесть. Он очень мало спал, что было видно по синякам под глазами. Черты лица стали резче, на щеках жесткая недельная щетина. И он снова избит. Не так сильно, но все же видно, что он снова дрался.

Руслан пошевелился, но не проснулся, лишь крепче прижал ее к себе. Она позволила, чувствуя, как по телу разливается тепло. Ей не хотелось сейчас думать над этими странностями своего разума и поведения. Поэтому она закрыла глаза и снова уснула, вдыхая неповторимый запах мужчины.

Руслан проснулся, чувствуя на шее сопение девушки. Она все так же была в его руках, близко и обнимая его за талию. Он снова невольно улыбнулся этому. Осторожно высвободил руку и глянул на часы. В желудке урчало, и он не сомневался, что Аня тоже голодна. Вот только тревожить ее не хотел - боялся увидеть в ее глазах страх и сомнение в его намерениях. Боялся, что испугается, стоит ей только понять, кто рядом.

Но через минуту девушка сама заворочалась и проснулась. Он не увидел того, что боялся. Она просто прямо смотрела в его глаза. Ее взгляд ничего не выражал, но отчаянной пустоты в нем не было. Так же как и страха и испуга.

– Голодная?
– спросил Руслан.

Аня только кивнула. Мужчина нехотя разжал руки и встал с кровати, потягиваясь своим ноющим телом. Кое-что болело, а кое-что просто устало. Он вымотал себя за две недели основательно. Но все равно повернулся и уверенно взял девушку на руки. Она попыталась что-то сказать, но под его укоряющим взглядом умолкла и просто обвила тонкими руками его шею, утыкаясь в нее носом.

Никто из них не заговорил о странности всего этого. Мужчина просто принес ее на кухню и усадил за стол. Потому как была ночь, никто кроме них самих их обслужить не мог, поэтому Руслан подошел к холодильнику и начал доставать еду. Перед девушкой на столе появились холодное мясо, несколько йогуртов, творог и молоко. Так же Руслан достал вилку. Одну. Аня не успела спросить ничего, как он снова подхватил ее на руки, посадил к себе на колени и начал кормить ее сам. Девушка чуть покраснела, что вызвало на его лице веселую усмешку, от чего она смутилась еще больше.

– Открой рот, - приказал мужчина.

Аня послушно раскрыла губы и сняла с вилки кусочек мяса. Так он и кормил ее и внимательно следил, как она жует. Девушка же не знала, куда взгляд девать. Когда он закончил с мясом, принялся за творог и йогурт, потом поил ее молоком с рук.

– Наелась?

– Угу.

– Больше голодовать не будем?

– У-у, - покачала головой девушка, стыдясь того, что ее упрекнули в этом.