Кукольник
Шрифт:
– Пр-р-р! – мотнула головой лошадь, пытаясь отогнать надоедливую мошкару, вьющуюся вокруг нее с самого утра.
– Невероятно! – ужаснулся Октавио. – Скажи на милость, чем я заслужил столь высокую честь?
– Благодаря вертепу, хранящему в своих недрах целую вселенную. Фактически каждый его хозяин – всемогущий Бог, устанавливающий порядок, а куклы – обыкновенные обыватели, заискивающие перед ним.
– Очень странная аналогия. Хотя и не лишенная определенного смысла. Однако меня сейчас мучает совершенно другой вопрос. Ответь, зачем понадобилось так долго играть со мной в молчанку?
– Ты же сам просил вернуться к последней теме нашего разговора, когда наступит полдень.
– Хочешь сказать, что обещанная пьеса готова?
– Да, приятель! И пока я ее не забыл, советую вооружиться письменными принадлежностями.
– Хорошо.
Не особо веря в талант существа, чьи деревянные мозги были, мягко выражаясь, далеки от совершенства, Октавио остановил повозку, достал из специального ящичка листок бумаги с гусиным пером и принялся записывать под диктовку, постепенно приходя в смятение. Казалось, это дядюшка Пио завладел сознанием длинноносой куклы, дабы подарить миру новое творение, сплошь наполненное теми же поучительными мыслями, что присутствовали и раньше. Плюс на поверхность всплыла одна немаловажная деталь из сна, заставляющая усомниться в его иллюзорности. Ведь сон не может раскрывать моменты будущей жизни. Он всего лишь отражение пережитых ситуаций, приправленных бредовыми фантазиями, прячущимися от человека во время бодрствования.
– Не понял, – кончик пера замер внизу листка, оставив там жирную точку. – Здесь же говорится о шатуне?
– И что тебя смущает? – переспросила кукла.
– Очень многое.
– Можно поконкретней?
– Ночью мне приснился кошмар, где ты поведал, о ком пойдет речь в твоей пьесе.
– Забавно! Так о ком же я поведал, если не секрет?
– Издеваешься?!
– Нисколько.
– О шатуне, конечно! Или это был не кошмар?! Немедленно признавайся!!!
– Тут и признаваться не в чем, коль в моей памяти ничего не отложилось.
– Как же тогда объяснить такое удивительное совпадение?
– Мне на ум приходит единственный вариант ответа.
– Поделишься?
– Обязательно!
– И? – вернув перо обратно в ящик, Октавио приготовился услышать нечто более-менее разумное, но никак не то, что прозвучало через секунду.
– Выходит, приятель, ты провидец! Ха-ха-ха!
– Какой еще провидец?
– Умеющий предсказывать судьбу! Хи-хи-хи! Вот уж не думал, что однажды смогу повстречать обладателя столь ценного дара.
– Опять издеваешься?
– Неа! Лучше скажи, понравился ли тебе сюжет пьесы?
– Сюжет замечательный. Правда, персонажей слишком много, и не до конца ясен род занятий тапера.
– Таперами называют музыкантов, играющих на клавишных инструментах.
– Теперь понятно. Придется мастерить макет клавесина.
– А с количеством персонажей что не так?
– Понадобится куча специфической одежды. Боюсь, на всех старых запасов не хватит.
– Впереди нас ждет целых два дня пути. За портняжной работой время пролетит незаметно.
– Кому-то легко говорить, – недовольно пробурчал Октавио, щелкнув поводьями. – Кто-то будет всю дорогу прохлаждаться на дне повозки.
– Вовсе нет! – обиженно пискнула кукла. – Мне тоже предстоит хорошенько поработать!
– Интересно, над чем?
– Хотя бы над созданием следующей пьесы. Да и поддерживать беседу я большой мастак. В общем, со мной не соскучишься.
– Уже успел заметить. В твой нарисованный рот палец не клади – мертвого заболтаешь.
– Точно подмечено. Только нарисованный ли он, вот в чем вопрос!
– А ты сам, как считаешь?
– Вы посмотрите, каков хитрец! Так я сразу все карты и раскрыл!
– Неужели трудно ответить? Мы же партнеры.
– Пока нет. Сперва нужно услышать вердикт достопочтенной публики, и уже потом делиться сокровенными тайнами.
– Ладно, подожду окончания представления.
– Молодец! Терпение – залог успеха!
Вскоре выяснилось, что помимо умения чесать "несуществующим" языком кукла отлично ориентировалась в пространстве и видела все вокруг, будто ее глаза принадлежали настоящему живому существу или, того хуже, имели колдовское зрение, которым обычно хвастаются люди, продавшие душу дьяволу. Ко всему прочему, Октавио начал постоянно получать дельные советы касательно изготовления недостающих нарядов для персонажей, тем самым окончательно уверовав в правильности принятого решения сохранить жизнь этому порождению зла.
– Предлагаю осчастливить нашего святошу шляпой с широкими полями! – затараторила носатая кукла, не выдержав затянувшейся паузы. – Иначе публика примет его за восточного торговца, набросившего на плечи халат и прикрывшего голову тюрбаном.
– Не смей так называть священнослужителя! – прозвучало в ответ строгим тоном. – Тем не менее ты прав. Ободок вокруг этого закругленного цилиндра придется весьма кстати.
– А егерю необходимо обзавестись волосатой жилеткой.
– Прекрасная идея! Был у меня тут кусок барсучьей шкуры. Надеюсь, на жилетку хватит.
– Уменьшенная копия мушкета случайно нигде не завалялась?
– Тоже егерю?
– Ага!
– Нет, не завалялась. Позднее попробую выстругать его из какого-нибудь подходящего по форме сучка.
– Срочно возьми в руки поводья и держись левой стороны тропинки!
– Зачем?
– Когда обогнем ближайший холм, справа должен возникнуть крутой спуск. Тебе же не хочется скатиться по нему вниз?
Действительно, сразу за поворотом дорога и вправду резко уходила вниз, и если бы не предупреждение носатой куклы, дело вполне могло закончиться долгим кувырканием.
– Откуда ты об этом узнал?! – в испуге воскликнул Октавио.
– Интуиция меня пока ни разу не подводила.
– Перестань молоть чепуху! В жизни не поверю такому глупому оправданию.
– Мне кажется, таперу подойдет черный камзол.
– Не перескакивай на другую тему, паршивец!
– Странная благодарность за спасение имущества. Представляешь, во что превратилось бы наше добро? Да от него остались бы мелкие щепки. Включая дорогостоящий вертеп, который при падении с большой высоты запросто раскололся бы на две половинки.