Кукольник

Жизнь может быть веселой и грустной, страшной и спокойной. Почти у каждого человека она состоит из чередования, как белых, так и черных полос. Но есть и те, чья жизнь только серость. О них я и хочу поговорить. Знакомьтесь. Виктор Вяземский. Сейчас он спокойно спит в своей небольшой комнате. Здесь же находятся его игрушки, которые он делает сам.

Кто-то скажет, что шитье – не мужское занятие, а я скажу так: если у человека руки растут, откуда надо, то почему бы и нет. Одна из его необычных игрушек – это белый заяц-Джокер в оранжево-лиловом костюме. Его самая первая работа, для которой он старательно подбирал ткань, делал выкройки и даже рисовал с нуля костюм.

Сон Виктора перебил громкий будильник, стоящий рядом с зайцем. Просыпаться не хотелось, но он все звенел и звенел.

– Да встаю я, встаю, – вяло сказал Виктор.

Он неохотно поднялся и выключил будильник. У всех бывает такое состояние, когда встаешь, только потому, что надо.

– Вот и новый день, – пробормотал он и начал заправлять постель.

Дверь резко открылась.

– О, ты уже проснулся, – услышал он голос мамы, вошедший без стука.

– Да, куда я денусь, – пессимистично ответил Виктор.

– Виктор! – раздался крик отца. – Этот щенок встал?!

– Да проснулся он, проснулся! – громко и нервозно ответила вместо него мать.

В ответ – тишина, которая, впрочем, не пугала подростка. Он привык к крутому нраву отца. Тот был не очень хорошим родителем, и Виктор не испытывал к нему нежных чувств. Он очень хорошо понял эти дни, когда тот сильно напивался по поводу «еженедельного праздника» – пятницы. И в один из таких моментов поднял руку на маму Виктора.

– Завтрак еще не готов, ты успеешь одеться, – сказала мама Виктору, выходя из комнаты.

– Хорошо.

Он закрыл за ней дверь и посмотрел в сторону зеркала.

– Скоро, возможно, скоро все изменится, – сказал он своему изображению.

Виктор не спешил выходить из комнаты, не хотел лишний раз видеть своего отца. Все равно ему нужно одеться и, наконец, заправить постель.

В своих повседневных делах со стороны Виктор выглядел, как биоробот. Складывалось ощущение, что из него высосали все яркое и прекрасное. Не только сейчас. Такое состояние сопутствовало ему почти всегда.

Заправив постель, Виктор стал одеваться. Брюки, белая рубашка и красная шерстяная жилетка. В школе было, конечно, тепло, но на улице стояла осень.

После этого он пошел умываться.

– Завтрак готов! – известила мама.

Выйдя из ванной, он сел за стол, где его ждали с одной стороны – омлет с чаем, а с другой – полноватый отец, смотревший на сына с презрением. Отец был постоянно недоволен, что Виктор увлекается шитьем, ведь это дело, как он считал, «не для мужиков».

– Что так долго одевался? Со своим зайкой разговаривал?

Виктор лишь приподнял взгляд, ведь это было не правда.

– Отстань от него, пусть ест.

– Пусть ест, не возражаю. Но ты бы не занимался этой своей фигней. Ты что, девочка что ли?

Виктор не выдержал и, дожевав омлет, ответил:

– Это мое дело, оно никому не вредит. И вообще…

– Твое дело? – ухмыльнулся отец. – Твое дело – слушать меня!

– Вот именно, – тихо ответил Виктор про себя.

Отец плюнул на пол и вышел.

– Ой, да не слушай ты его, – сказала мама, когда тот покинул кухню.

Вяземский был очень хорошим и не капризным мальчиком, просто у него было очень депрессивное состояние… Когда ты главный «козел отпущения», ты сломлен в душе.

Позавтракав, Виктор тихо ушел в школу. Та была недалеко от дома, так что он мог вполне не спешить.

Признаться, если и существовали для нашего героя более ненавистные люди, чем его отец, то это точно были его одноклассники. При мысли о них по лицу Виктора привычно расползался оскал. Ему не нравились люди, которые осуждают других за отличия, выделились из толпы. Тяжело было признавать, но, как показывала сама реальность, самым бесчеловечным существом оказывался человек.

Войдя в школу, Виктор встретил в коридоре учителя.

– Здравствуйте, – поздоровался подросток.

– Здравствуй.

Это был историк, который должен был вести у них первый урок.

Виктор еще только-только повесил куртку, как его сразу же заметили.

– Вот и наша швейка явилась.

Это «отвесили комплимент» его одноклассницы, которые были в курсе его увлечения.

– И вам «доброе утро», – со злобой процедил он, нахмурив брови.

– Что злой такой? Не с той ноги встал? – снова раздался смех.

Виктор сделал глубокий вдох и нарочито мягко ответил: – Просто не трогайте меня, пожалуйста, – намекая на то, что все издевки ему надоели.

Одноклассницы замолчали, но главный сюрприз был еще впереди. Подросток шел, никого не трогая. Но это не означало, что его трогать никто не будет. Виктор сам не заметил, как упал. Один из одноклассников подставил ему подножку, пока тот не видит.

– Ха-ха. Смотри под ноги.

Ребята засмеялись. Встать Виктору никто не помог. Да и, если честно, было не нужно. Он сам поднялся без чей-либо помощи.

– Ха-ха-ха, как смешно, смотри, в штаны не наложи, – ответил Виктор.

– У тебя просто нет чувства юмора, – продолжали потешаться ровесники.

– Я бы на тебя посмотрел, – с серьезным видом бросил Виктор.

– Что, борзый такой, да? Слишком смелый для человека, который постоянно один и никому не нужен. Да у тебя даже девушки нет.

Запахло дракой. Все жаждали посмотреть, как будут дубасить главного «козла отпущения», но тут…

– Отошли от него!

– Гляньте, кто явился, – огрызнулся главный задира.