Чтение онлайн

Князь подошел к митрополиту.

– Благослови, отче, в поход на ворога, – и опустился перед ним на колени.

Все остальные встали со своих мест, ощущая торжественность минуты. Митрополит снял с себя крест, перекрестил князя.

– Иди и не бойся ничего. С тобой Бог и весь люд православный. Иди, сын мой, иди к войску, и пусть не дрогнет рука твоя, – отнял крест от губ князя и отступил на полшага, отрывая проход к выходу из палаты.

Князь поднялся и пошел к дружине.

***

К крыльцу подвели коня с притороченным щитом. Конные ратники стояли с двух сторон от крыльца уже на лошадях. Кони нетерпеливо перебирали ногами. На восходящем солнце ярко блестели доспехи дружины. Колыхался на легком ветру княжеский стяг.Князь посмотрел в небо. Два орла как будто ждали его, не улетали, кружили над городом.Дмитрий Иванович легко вскочил в седло. Гаврила подал поводья. Конь послушно развернулся под знакомым седоком в привычном направлении.

– Добудем победу, братья мои, – князь едва тронул коня, и тот пошел к кремлевским воротам. За князем потянулась дружина и остальные всадники.

За воротами, несмотря на ранний час, толпились люди. Везде вдоль улиц, по которым проезжали всадники, стояли москвичи. Он стояли молча, они смотрели на них, на своих защитников. Они молили их о победе, они молили их всех вернуться домой живыми, но они молчали, не смея нарушить эту прощальную тишину. Было слышно пение птиц, беспечно встречающих новый день.Под этот щебет они молча ехали через свой город мимо тех, кого оставляли ждать, какделали это десятки раз их предки, как вновь приходиться делать им. Вдруг на одной из улиц тишину разрезал детский голос.

–Тятя, тятя, не уезжай, останься!

Мальчишка лет трех в одной рубахе до колена вырвался от матери и бросился к одному из всадников прямо к лошадям. Мощные руки подхватили его с земли. Отецподнял его на руки перед собой и выехал из колонны.

– Ну что ты, сынок. Мы же с нашим князем, мы вернемся, – и отдал его подбежавшей жене. Потом нагнулся и поцеловал свою любимую.

– И ты, жена, не бойся, мы вернемся. Слышь, люд московский? Мы вернемся! Мы вернемся с победой! – и поскакал вслед товарищам.

Как бы подхватывая его слова и стараясь донести их до всей земли, зазвониликолокола. Заиграло на церковных куполах лучами солнце, а в ярко синем небе продолжали кружить два орла, провожая в поход русское войско.

***

В походном порядке, на лошадях, Дмитрий Иванович разговаривает с одним из дружинников:

– Поскачешь вперед до Коломны, передашь окольничему, что я в город заходить не буду. Пусть сам вдвигается к Оке. На всякий случай пусть будет готов к переправе. На месте все решим. Все понял?

– Понял, княже. А мне обратно к тебе возвращаться или с воеводой до Оки?

– С воеводой. Скачи.

Дружинник умчался вперед, поднимая пыль. Колонна легкой рысью продолжала движение. Ветер стих. Пыль тысяч копыт не успевала ложиться на землю, поднимаясь над ратниками. Поэтому нельзя было рассмотреть, сколько их и где кончается эта бесконечная вереница конных, выныривающих на бугорках и вновь исчезающих в серой бесформенной массе. Только по дрожи земли можно было догадаться, что это идет не княжеская сотня. Идут конные полки Руси Московской среди бескрайних полей в бескрайние поля без конца и без края.

***

Коломна. Двор коломенского кремля. Раннее утро. Возле крыльца окольничий разговаривает с дружинником князя, посланным предупредить о выдвижении к Оке. Недалеко во дворе на коне крутиться Прохор, рядом с ним два его товарища, вернувшиеся из разведки.

– Илья, возьмешь еще двоих, – воевода, зевнул,– и дуй обратно. Скажешь, что разведка сообщила, что Бегич двигается по рязанским землям. С тобой поедет Прохор. Даже если тебя убьют, он должен доехать до князя. Понял? Мы его здесь ждали, но раз не приехал, значит, надо в пути сообщить, вести очень важные, и знать их никому до поры не положено. Понял?

– Понял, воевода. Так, может, вот тех двоих и возьму? – дружинник кивнул наразведчиков с Прохором.

– Нет, эти пусть отдохнут. Пять дней в дороге. Прохор возьмет из моей охраны. Я распоряжусь, пока ты ешь. И не затягивайте, время дорого.

***

Коломна. Городские ворота. Из ворот выехали четверо. Все в доспехах княжеских дружинников. Прохор едет в паре с Ильей, за ними еще двое. С правой стороны от них видно раскинувшийся лагерь. К нему со стороны города подъезжает десяток телег, нагруженных оружием, продовольствием, одеждой. В лагере утренняя суета. Где-то у костра варят кашу, кто-то примеряет новые доспехи. Немного в стороне фехтуют на мечах трое ратников в чистых белых рубахах.

– Ты посмотри, – замечает Илья, – с утра пораньше мечами машут.

– Это сотник серпуховской своих гоняет. Там такие пришли, что хоть сейчас с ними в драку. Одно не пойму, поштопешие, – сообщил Проша.

– А обозы с города?Или наши уже подошли?

– Это Тимофей Васильевич постарался. Купчишек местных уговорил. Он у нас, знаешь, как уговаривать умеет?

–Знаю, Проша. Да ведь им деваться-то некуда. Мертвым деньги не нужны. А от ордынцев либо смерть, либо рабство.

Илья немного подхлестнул коня, и вся четверка перешла на галоп, удаляясь от города.

***

Лесная едва заметная дорога. Небольшая опушка среди леса. К опушке подъехала наша четверка. Прохор остановился на опушке и слез с коня.

– Давай здесь перекусим. Да мне коня глянуть надо, что-то захромал.

Проша соскочил с седла, остальные тоже остановились и стали спешиваться. Илья достал из седельной сумки кожаный бурдюк для питья. Вдруг остановился, прислушиваясь.

– Ты что, Илюша?

Проша сразу насторожился, мельком глянув по сторонам.