Чтение онлайн

Надо сказать, что к «Мосфильму» я тогда приблизилась вообще в первый раз в жизни. Трепеща, сунула голову в окошко бюро пропусков и сообщила свою фамилию. Тетка равнодушно глянула в бумажки и сказал, что мой фамилии в списках нет.

Мобильных телефонов тогда не было.

Я понимаю, что Хуциев меня ждет, а пройти на студию я не могу. Я побродила вдоль открытых ворот и в какую-то секунду, я даже сама не успела понять, что происходит, я побежала. За мной бежали и вслед кричали охранники, только что, кажется, не стреляли – но я понимала, что сейчас решается моя жизнь и я поставила мировой рекорд.

В смысле, я от них убежала.

И нашла здание, и павильон, и познакомилась с Хуциевым и оператором Калашниковым и смотрела, как снимаю сцену с Ростиславом Яновичем Пляттом – уже потом я увидела, в фильме, что это была сцена где тесть вытягивается в струнку, когда по телевизору идет военная хроника: военные корабли и все их орудия бьют, безостановочно, раз за разом.

Следующий день был рабочим, и я доложилась Люсе о своих киноуспехах. Описание в лицах моего побега от охраны развлекло нас на целый день.

Марлен Мартынович по телефону удивлялся и говорил, что пропуск точно был заказан.

Думаю, что так и было. Просто это такая мосфильмовская традиция – не пущать.

Несколько лет назад мы снимали в одном из тамошних павильонов клип для дочкиной фирмы к 23 февраля, и на этот раз нам в бюро пропусков, конечно же, опять сказали: идите-идите, девочки, для вас никакого пропуска нет.

Пока не прибежала ассистент и не провела режиссера на площадку.

Что такое экзамены во ВГИК показывали во всяких кинофильмах. Объективно могу сказать, что на 500, по-моему, абитуриентов, для москвичей было одно место. Остальных набирали по направлению национальных киностудий.

Мы все, 499 обреченных на неудачу стояли под дверью, тряслись и кидались к каждому прошедшему экзекуцию.

Подружка моя торчала со мной на втором этаже и болела вместе со мной. А два красавца-юноши из абитуриентов развлекали нас анекдотами и романсами: «Отцвели уж давно хризантемы в з- аду»

Один из них был сыном ну вот очень пробивного режиссера.

Дальше было так: Хуциев ставил мне 5, а ему 2.

Папа шел к ректору, после чего оценки менялись на прямо противоположные.

В конце концов Марлен Мартынович позвонил Люсе и сказал: я хочу ее взять, она мне нравится, но он, этот отец, такой негодяй, вы не представляете. Я не знаю, как этот студент собирается у меня учиться… Но я ничего не могу сделать.

И, конечно, я пролетела.

Спохватившись и вспомнив о семье, я побежала на факультет журналистики, изложила свою историю .

Все страшно прониклись и потащили меня к Засурскому. И я услышала от Ясена Николаевича: Мы вас взяли бы без проблем, но слишком поздно: ваши уже пятнадцать минут как пишут сочинение. Приходите через год.

Многочисленным родственникам я, конечно, в этом своем безумии не призналась, до сих пор считается, что я просто второй раз не поступила в МГУ. Поступила на третий, и хорошо, что так получилось, потому что профессия дала мне возможность выжить, вырастить и выучить дочку, вообще продержаться и при этом всегда любить свою работу, а в кино и тогда, да и сейчас было… известно, что.

В 45 лет я окончила режиссерскую мастерскую на Высших курсах сценаристов и режиссеров.

Мои подружки расценили это следующим образом: сбылась мечта идиота.

С Люсей мы давным-давно потерялись, с Марленом Мартыновичем с тех пор не виделись.

А телефон у меня был. И мне так хотелось позвонить ему и сказать: Марлен Мартынович, вы не ошиблись тогда. Я все-таки стала режиссером, через 25 лет. Спасибо Вам.

Но всегда в таких случаях начинаешь думать: человек занят, чего зря беспокоить, да и помнит ли он, да и чересчур высокопарно все это прозвучит…

В общем, все откладываешь и откладываешь.

Пока не приходит день, когда уже поздно.

Дневная красавица

Как всегда, смешно. Хотя и чуть-чуть грустно. Кино на самом деле веселое, как кино. Развлекательное. Как жизнь – не то чтобы очень. Случайно вспомнила, чужой пост навел.

"Дневная красавица", 1967 год. Франция. Режиссер Луис Бюнуэль. С Катрин Денев. По роману Жозефа Касселя. Золотой лев венецианского кинофестиваля.

Там по сюжету дамочка живет тайной жизнью. Без нужды работает проституткой. Фильм о внешнем лоске и о внутренних пороках буржуазии. О детских травмах. О том, что душа женщины – загадка. Но. На этот раз расскажу не о том.

Короче, интересно бывает. Все эти идеи в реальной жизни примерить на себя. Забавно. Не столько пожаловаться, сколько поудивляться.

Ну и о внутреннем каком-то ощущении. Которое возникает в фильме. И вообще возникает. Что ничего, кроме отвратительного к себе отношения, ты, в общем, не заслуживаешь. Будь ты хоть какой красивой. Хоть Катрин Денев. Впрочем, отвратительное к себе отношение тоже нужно еще и заслужить.

Это меня мой кавалер называл в юности – Дневной красавицей, потому и вспомнила. Многозначительно так. Нашел, понимаете ли, образ. Был поэт.

Короче, у меня был роман. Почти настоящий. Как полагается, тайный. Причем, в тайне нужды никакой не было, так получилось. Было мне при этом чуть за 20 лет.

И действительно, дома у меня была больная мама и злые родственники, и встречаться на предмет любви я могла только тайком. И только днем. Но, правда, и без мамочки он так ни разу ко мне вечером в гости не приехал и ночевать тоже не остался. Дело было не в этом.

Это была такая – дружба с фараоном. Чтобы фараон всегда первышал других ростом. (Физически меня трудно было бы превысить, но это здесь не при чем))