Чтение онлайн

— Полагаю, подадите прошение об отставке? И совместно с Сикорским займётесь делами на заводе? Или этим вашим новым прожектом, связанным с воздушными перевозками?

Ого! А он-то об этом откуда знает? Игорь кому-нибудь проболтался? Да понятно, кому…

— Так точно. И заводом, и прожектом.

— Удивились? Зря, Сергей Викторович, зря. Служба у меня такая, знать всё и обо всех, уметь сопоставлять факты, фактики и слухи. Хотите дружеский совет?

Кивнул головой в ответ.

— Трудно вам будет с новым проектом. Нет, не потому, что эта идея ничего не стоит, — остановил меня от возражений генерал. — А потому, что ходу вам не дадут. Сама-то идея довольно-таки неплоха. Но на государственные займы можете не рассчитывать. Не дадут, как я уже сказал. Придётся всё на свои собственные сбережения делать. А они у вас, насколько я знаю, недостаточно велики.

— Это моё дело и касается оно только меня…

— Ваше, ваше, кто же спорит, — примирительно проговорил Николай Степанович. — Я же не об этом, а вы сразу ершитесь. Хотели совет выслушать, так слушайте. Будьте мягче. Наверняка в разговорах с государём точно так же, как сейчас со мной себя вели? Ну разве же так можно, Сергей Викторович? Его Императорское величество хоть и помазанник Божий, но тоже человек, а кому может понравиться, когда правду-матку прямо в глаза режут? И довольно-таки неприятную правду, смею вам заметить…

Он-то об этих разговорах откуда знает? Нет, то, что знает кое-что, это-то понятно, но вот то, что знает о таких подробностях, это вызывает, мягко сказать, недоумение и заставляет насторожиться. Ещё одна значимая фигура на доске появилась? И если появилась, то на чьей половине она собирается играть? Или, может быть, Николай Степанович, как прекрасный аналитик, сам до всего допёр?

— Что вы так насторожились? Говорю же, служба у меня такая, всё знать. И, чтобы во совсем уж успокоились, разговор сей я начал по повелению Её Императорского Величества Марии Фёдоровны. Очень уж она вашей дальнейшей судьбой обеспокоена.

Стою, молчу. Сейчас действительно лучше всего промолчать. Пусть генерал говорит…

— И дело это не только ваше, и касается оно не только вас. Государственное оно! — припечатал Николай Степанович. — А прошение вам обязательно нужно подать. Если вы, конечно, не передумаете продолжать военную службу. Но, перспективы для вас я в ней не нахожу, тут вы правы. А вот помех может быть достаточно много. Производство же в следующий чин Государь вам не подпишет, несмотря на наличие ваших высоких заступников в его окружении. Не скажете, что же этакого вы ему наговорили, что он при малейшем упоминании вашего имени недовольно кривится?

— Правду…

— И? Всё?

— Как оказалось, этого достаточно. Но по мне, так лучше пусть кривится, но дело делает…

— Погодите, Сергей Викторович, — остановил меня Николай Степанович. — Следите за тем, что говорите.

— Само собой. Да я, в общем-то, всё сказал.

— Права Мария Фёдоровна, не уживётесь вы при дворе.

— Да я и не собирался…

— А как же дело? Кто его будет продвигать вперёд? Молчите? Вот именно это и просила передать вам Государыня Императрица…

Батюшин многозначительно помолчал, словно давая мне время и возможность проникнуться сказанным и через паузу добавил:

— Есть ещё одна неплохая возможность для вас. Перейти под моё начало…

Генерал прервался, словно давал мне этим возможность начать возражать и упираться, но не дождался, хмыкнул еле слышно, на самой грани слуха. Если бы я не был так напряжён, то, возможно, и вовсе бы не заметил этого, похожего на выдох, хмыканья. И заговорил Батюшин чёткими рублеными фразами, словно гвозди заколачивал в… Куда? Ну не в крышку же, а мне в голову…

— Выше полковника вам всё равно не подняться по ранее указанной причине, но у вас есть возможность остаться на службе и после выхода в отставку. Допустим, в качестве привлечённого специалиста… — и, опережая мой вопрос, пояснил. — Будете периодически заниматься своей работой. Той самой, которая у вас так хорошо получается и в которой вы достигли таких замечательных успехов!

Вполне понятный намёк на только что проведённую операцию. Ну да, психолог он ещё тот! Как же тут без ложки мёда! И Батюшин ещё сильнее удивил меня:

— Полагаю, вы обязательно захотите обсудить этот вопрос с Владимиром Фёдоровичем? Хочу вас заверить, что предварительно на эту тему мы с ним переговорили. А поскольку он действительно заинтересован в вашей судьбе, то тоже рекомендовал вам прислушаться к моему совету.

— Кроме Владимира Фёдоровича есть и другие, более важные персоны…

— А с чьей подачи я завёл этот разговор? Поверьте, так для всех будет лучше. Да, в отличие от ведомства Джунковского, наши возможности по обеспечению вашей безопасности гораздо выше…

— Мне нужно подумать…

— Думайте. Минуты достаточно? — хмыкнул уж вполне различимо генерал. И тут же улыбнулся. — Полноте, Сергей Викторович, что тут думать… С вашим-то умом… Всё вы уже успели просчитать и принять нужное для себя решение. Так зачем время тянуть? Озвучьте уже его.

— Но ведь я могу и обратно в Псков уехать? — решение-то я, действительно, принял. Но почему бы не воспользоваться возможностью и не поинтересоваться отношением генерала к каким-то дополнительным вариантам?

— Не можете. Нет, не в том смысле, что вы сейчас подумали. Никто не собирается ограничивать вашу свободу и передвижения. Я хочу сказать, что сами не захотите никуда ехать по зрелому размышлению. Ну что вы там будете делать? В довольно заштатном, пусть и губернском городишке? И дело своё, которое задумали, вы там не наладите. Сил-то вам, может быть, и хватит, но вот возможностей — нет. Поверьте моему жизненному опыту…

— Хорошо, я вас услышал. Но всё равно без разговора с Владимиром Фёдоровичем окончательного ответа я вам не дам.