Чтение онлайн

Квартал «Аль-Кабар» невелик. В виртуальности он занимает не больше квадратного километра. Это, впрочем, ничего не значит. Некоторые фирмы — тот же «Микрософт», например — предоставляют сотрудникам для работы целые дворцы. Дёшево и эффектно. Другие обходятся такими стандартными комнатушками, что диву даёшься — зачем тут вообще виртуальность?

«Аль-Кабар» явно относится к их числу. Я заглядываю в одно из окон низкого каменного здания, мимо которого мы проходим.

Оборудование… слишком незнакомое, чтобы можно было его опознать. Несколько человек за столами. У одного в руках пробирка. Ха, химические опыты в виртуальном пространстве! Что-то новое. Имеет смысл, лишь если работа ведётся над очень ядовитыми веществами… или с бактериальными средами. Возьмём на заметку.

— Куда вы меня ведёте? — интересуюсь у охранника. Лысина не оборачивается, но отвечает:

— К директору корпорации.

Имени он не называет, но и без того сказано многое. «Аль-Кабар» — транснациональная корпорация, специализирующаяся на производстве лекарств, телефонной связи, кажется — ещё на добыче нефти… Несмотря на весь арабский антураж, контролируется она из Швейцарии. Директор её, Фридрих Урман — личность слишком значительная, чтобы беседовать с каждым посетителем.

Тёплая готовится встреча.

Мы останавливаемся у маленькой, увитой виноградом деревянной беседки, сзади меня подталкивают, и я вхожу. Охранники остаются за порогом.

Внутри помещение куда больше, чем снаружи. Огромный павильон, в центре бассейн, где медленно плавают сонные, блестящие рыбы. Рядом столик с двумя креслами. Очень много цветов, я даже начинаю чувствовать запахи.

И никого.

Что ж… подождём. Сажусь в кресло.

Лёгкая муть перед глазами… что и следовало ожидать. Сейчас прощупывают мой канал связи. Пытаются определить, откуда я пришёл, объём информации, которую могу принимать и передавать за секунду, присутствующие при мне программы…

Давайте, работайте. Шесть арендованных «на раз» роутеров, через которые пробегает сигнал. И все достаточно стойкие к взлому. А под конец — платный интернетовский гейт в Австрии, через который я и вошёл в виртуальность.

Следы останутся, но никуда не приведут.

Можно в любой момент оборвать связь, «вышвырнуть» меня из квартала. Только что им это даст… все вещички-программки, что находятся при мне, немедленно сработают. Мало что останется для изучения. А я им очень интересен, сомнений нет…

— Отслежен первый роутер, — сообщает «Виндоус-Хоум».

Быстро. Качаю головой — и в этот момент кресло напротив перестаёт быть пустым.

Господин Фридрих Урман пренебрегает арабским колоритом. Он в шортах, цветастой рубашке. Пожилой, сухопарый, серьёзный.

— Добрый день… дайвер, — произносит он. По-русски. Голос неестественный, пропущенный через программу-переводчик.

Вот и причина столь высокой чести.

— Боюсь, что вы ошибаетесь, господин директор.

— Когда полгода назад мы создали мост, это преследовало лишь одну цель, господин дайвер. Обнаружить вас. Человек, находящийся в виртуальности, не смог бы его преодолеть, — Урман скупо улыбается. — Я первый раз вижу настоящего дайвера.

Один-ноль… не в мою пользу.

— А я первый раз вижу настоящего мультимиллионера.

— Вот видите, наша встреча уже принесла первые плоды.

«Виндоус-Хоум» шепчет:

— Отслежен второй роутер.

Урман хмурится — похоже, и ему что-то сообщают. Потом интересуется:

— Простите, через сколько компьютеров вы прошли на пути сюда?

— К сожалению, я не помню.

Урман пожимает плечами.

— Как я могу вас называть?

— Иван-Царевич.

Секундная пауза — потом улыбка. Ему объяснили.

— О, русский сказочный герой! А вы сами — русский?

— Разве это имеет значение?

— Да, вы совершенно правы… Господин дайвер, как я понимаю, вы проникли в наш квартал незаконно…

— Разве? — поражаюсь я. — Честно говоря, просто искал работу. Прочитал ваше объявление, прошёл по мосту… подчинился этим странноватым охранникам.

Один-один.

Фридрих Урман всплескивает руками.

— Да… действительно! Но у нас и нет претензий в ваш адрес, господин дайвер. Разве что странные вещи, которые вы носите с собой…

Медленно, демонстративно, вытаскиваю всё из карманов. Расчёска, носовой платок, маленькое зеркальце.

— Вот. Отдать вам меч?

Урман машет руками:

— Господи, к чему? Мы же не собираемся устраивать потасовок, верно? Давайте поговорим…

— Отслежен третий роутер.

— Как жаль, что времени на беседу остаётся всё меньше и меньше, — вздыхаю я.

— Да, но времени всегда не хватает. Итак, господин дайвер, у меня есть основания полагать, что некоторые лица хотели бы получить ряд наших разработок. И даже ухитрились нанять дайвера… чтобы пожать чужие плоды.

— Яблочки, — уточняю я.

— Да, именно. У нас работает хороший русский программист, он сделал красивую форму для хранения информации… — Урман хлопает в ладоши, и рядом с нами воздух начинает мутнеть, сгущаться. Миг — и возникает маленькое деревце, усыпанное плодами. — Полагаю, что наибольший интерес вызывает вон то, маленькое зелёное яблочко на нижней ветке.

Я смотрю на вожделенный плод. Он мелкий, незрелый и червивый.

— Как вы думаете, дайвер, сколько могли бы заплатить наши конкуренты за этот файл?

— Тысяч десять, — несколько завышаю цену.

Урман недоумённо смотрит на меня. Уточняет:

— Десять тысяч долларов?

— Да.

— Честно говоря, даже сто тысяч были бы невысокой наградой… Хорошо. Допустим, я предлагаю человеку, пытавшемуся украсть файл, сто пятьдесят тысяч. При условии, что он начнёт сотрудничать с нами… за нормальную, хорошую плату.

— Это что, лекарство от рака? — спрашиваю я.

Урман качает головой:

— Нет. Тогда бы оно не имело цены. Это лишь средство от простуды, но очень, очень действенное. Мы готовимся начать его производство, но лишь после того, как будут распроданы запасы менее действенных лекарств. Так что вы скажете о моём предложении?