Чтение онлайн

Но мешало одно препятствие.

После того как Маркус упал с качелей, Уилла терзало жгучее чувство вины. Если бы не Марина, не ее глубокие серые глаза и нежный рот, он мог бы спасти брата. Но чем сильней его мучила совесть, тем больше он думал о ней. Два чувства, раскаяние и влюбленность, слились в одно. И вместе с виной росло и желание.

Чего он желал? Этому пылкому влюбленному было всего тринадцать. Пределом его мечтаний был поцелуй. Зайти дальше означало бы для него погибнуть сладкой смертью.

Уилл открыл дверь в класс, и в носу у него защипало. От запаха духов в воздухе словно стоял туман, аромат перебивал даже затхлый дух старых учебников. Опомнился Уилл уже за партой: он следил за учительницей, направлявшейся к своему столу, — смотрел на ее бедра, на подол абрикосового мини-платья.

— Ребята, это Уилл Ламент. Он из Англии. Думаю, от него можно узнать много интересного, — сказала учительница математики Франсина Байонар.

От ее улыбки сердце Уилла застучало, как мотор «Харли Дэвидсона». Ее каштановые волосы были причесаны на прямой пробор, длинным наманикюренным ноготком она то и дело поправляла выбившуюся прядь. Когда она рассказывала об обратных величинах, ее матово поблескивавшие губы слегка улыбались Уиллу. И, хотя в классе не было душно, Уиллу не хватало воздуха — его обдавало жаром, когда мисс Байонар перемножала дроби. Марина, сидевшая сзади Уилла, потянулась к нему и шепнула:

— Я за тобой слежу, Ламент.

Марина шептала ему на ухо колкости, мисс Байонар разжигала огонь в его чреслах — словом, Уилл не находил себе места.

— Что с тобой, Уилл? — забеспокоилась учительница.

— А?

— Должно быть, слишком много впечатлений — другая страна, новый класс.

— Да, мисс Байонар, — выдохнул Уилл. — Много всего.

В конце дня мисс Байонар отвела Уилла в сторонку и предложила несколько недель заниматься после уроков математикой.

— С вами? — выдавил Уилл.

— Да, со мной.

Два месяца пролетело с тех пор, как Говард вышел на работу, а Чэпмен Фэй все не возвращался. Из Индонезии от него пришла радиограмма, но сведения были обрывочны. Яхта нуждалась в ремонте. Он просил выслать денег. Судя по всему, он собирался продолжить кругосветное плавание, прежде чем вернуться в «Фэй-Бернхард». Это займет еще месяц-другой.

— Говард, за свою работу не беспокойтесь, — заверил Дик Бернхард, со времени их последней встречи отрастивший козлиную бородку. — Пока Чэпмена нет, собирайте новые идеи! Когда он вернется, будете во всеоружии.

С этими мыслями Говард изложил на бумаге свои теории по орошению Сахары. Затем разработал проект механического сердца с несколькими клапанами и крохотным источником питания. Говард задумал его еще после смерти отца, когда пересадку сердца делать не умели. Инженер из нижнего этажа «Фэй-Бернхард» собрал для него макет — чудесный прибор из прозрачной пластмассы и нержавеющей стали. Но Дик Бернхард отказался взглянуть на него:

— Знаете ли, я веду дела компании, а новыми проектами не занимаюсь. Подождите, пока вернется Чэпмен.

Говард начал опасаться, что Чэпмен Фэй — призрак, иллюзия, дразнящая его пылкое воображение. За обедом он старался увильнуть от разговоров о работе.

— Как тебе учительница? — спросил он Уилла.

— Ничего, — отвечал Уилл тем же жалким тоном, что и когда-то Говард на расспросы о «Пан-Европе».

Джулия выведала бы у него правду, если бы не беспокойство за Маркуса, который пытался положить себе на тарелку горошка, орудуя протезом. Всякий раз, когда он рассыпал горошек, Джулия рвалась помочь, хотя доктор велел не поднимать суеты вокруг Маркуса. Ужин превратился в мучение. Стряпня, неуклюжие попытки Маркуса обслужить себя, ревность Джулиуса — Джулия выбивалась из сил и ни от кого не чувствовала благодарности.

— Ой! — Маркус рассыпал ложку горошка, чуть не попав в Джулиуса.

— Ты нарочно! — крикнул Джулиус. — Он нарочно в меня кидался! Нарочно!

— Джулиус, хватит! — прикрикнула Джулия, метнув сердитый взгляд на Маркуса.

— Я не виноват, — оправдывался Маркус с блаженной улыбкой.

— Как зовут учительницу? — спросил Говард.

— Байонар. Мисс Байонар, — ответил Уилл.

— Хорошая? — спросила Джулия.

Уилл, чуть помедлив, кивнул, вспомнив, как мисс Байонар забирается в свою маленькую серую «Карманн-Гиа». Она приподнимала мини-юбку и, ерзая, устраивалась на низком сиденье. Задача была не из легких: ногой приходилось отталкиваться от тротуара, из-под юбки выглядывало персиковое белье, машина раскачивалась из стороны в сторону. Другим мальчишкам нравилось смотреть, как экскаватор роет посреди улицы канаву; Уилл хоть целую вечность готов был смотреть, как мисс Байонар залезает в спортивную машину.

Но грезы его были прерваны: новый град гороха полетел через стол.

— Это все крюк виноват — ничего не могу с ним поделать! — воскликнул Маркус.

— Перестань! — пригрозил ему Говард.

— Почему ему все прощается, а мне — нет? — Джулиус вытряхивал горошины из-за воротника рубашки.

— Потому что я несчастненький, — злорадно улыбнулся Маркус.

— Ешь, — велел Говард.

— Ох! — взвыл Джулиус, когда крючья на руке Маркуса сомкнулись у него между ног.