Ласточ...ка
Шрифт:
Вета в тот день поехала на дачу к матери.
– Мам, поехали домой. Хватит здесь сидеть, – предложила Вета.
– А ты что, переезжаешь? – удивилась мать.
– Нет, мы будем жить вместе.
– Ты же никогда не хотела со мной жить. Я тебе всегда мешала. Что вдруг? – Вета уже по тону поняла, что мать рада вернуться, но хочет, чтобы Вета ее поуговаривала.
– Мам, ну что ты такое говоришь? Я все равно целыми днями на работе. И скоро будет совсем холодно. А ты тут одна.
– Я не одна. Если что, к соседке тете Шуре схожу. Уж хлеба она мне всегда даст.
– Мам, поехали. Давай я тебе помогу собраться?
– Ладно, если тебе вдруг мать понадобилась, тогда понятно. Я уж думала, не дождусь от тебя благодарности. Я свой материнский долг выполнила.
– Конечно, мам.
Теперь они жили втроем – две женщины и старое пианино «Ласточка». Тоже вроде как женского пола.
– Знаешь, когда мы с Наташей были маленькими, – сказала как-то вечером Вете Ольга – она сидела в кресле и смотрела на пианино, – наша мать, твоя бабка, пела на ночь Наташе колыбельную. Она начинала: «Моя рыбонь…», а Наташа подхватывала: «Ка». «Моя детонь…» – «Ка». Я лежала на соседней кровати и тоже придумывала себе ласковые слова на «ка». Хотела, чтобы у меня было больше. «Ласточка», понимаешь. «Ласточ…ка» тоже на «ка».