Чтение онлайн

– Он точно спит?

– Да, проспит еще пару часов, а когда проснется, обнаружит себя без трусов, пьяным и без дамы.

– Пойдем.

– Зачем он тебе? – нахмурился Энди.

– Посмотришь.

Толстяк действительно спал, вольно раскинув свои телеса на помятой постели. Лисбет брезгливо поморщилась, потом хмыкнула, достала из сумочки помаду, жирно подвела губы и приложилась сначала к рубашке героя, потом к его лбу, а потом этой же помадой написала на зеркале в ванной: «Дорогой, ты был бесподобен!» Ненужный риск, но бывали минуты, когда и ей хотелось рискнуть.

Энди потянул за руку:

– Пойдем, достаточно уже. Могут увидеть.

– Все вымыли?

– Все.

– Диану убрать немедленно, ты в офисе не появляйся. Даже если он проспится и решит сдаться полиции, ничто не должно подтвердить его слова.

Поздно вечером Энди получил эсэмэску с одним-единственным словом: «Жду». Это означало, что через час он должен быть в условленном месте.

Он сидел перед телевизором, уставившись на экран и держа банку пива на вытянутой руке, но так и забыв открыть ее. Вызов мог означать одно: у Лисбет не все в порядке, вернее, у них не все в порядке. Неужели этот идиот все же отправился в полицию? И что там сказал, что кого-то задавил своей тушей во сне?

Если честно, то сердце ныло от мрачного предчувствия. Неужели что-то упустили? Пока одевался, спускался к машине, ехал на место встречи, все вспоминал, где мог что-то упустить. Нет, все сделано хорошо, настолько хорошо, что Лисбет даже похвалила, несмотря на первоначальный прокол.

Ее фигуру заметил не сразу, Лисбет стояла, одетая в темную курточку и черные джинсы в тени большого дерева. Остановился совсем рядом, чтобы поскорей села. Она скользнула в салон, осторожно прикрывая за собой дверь, и тут Энди словно током ударило: они забыли о маленькой камере за боковым светильником! Забыли потому, что та не работала, но сама камера осталась! Лоб покрыла испарина, неужели Лисбет об этом узнала? Но как?!

Работавший в номере парень о существовании Лисбет не знал и вообще не ведал о том, для кого и почему эти камеры устанавливает. Ему было сказано, что ревнивая жена хочет застукать супруга, зная, что тот встречается с любовницей именно в этом номере, заказала установку камер. Муж разоблачен, все нужно срочно убрать. Парень работал нелегально, приходил и уходил через черный вход, вычислить его невозможно. И все же…

Лисбет здесь, значит, что-то случилось. Спроса за сеанс с Тэншими Энди не боялся совсем, это была его вотчина, он имел право трахнуть любую. Диану убрали тоже чисто, проблем не будет… Что же еще?

Они отъехали подальше, женщина вдруг попросила:

– Останови.

Как он мог пропустить это мгновение?! Только потому, что мысли заняты другим. Энди не услышал ее движение, только почувствовал холодный металл, приложенный к затылку. Знал, что Лисбет не передумает, не промахнется, и все же попытался урезонить:

– Тебе же больше некому доверять, кроме меня.

Пистолет с глушителем, хлопок слабый, да и кто услышит, если в морозную ночь улицы пусты?

– Я доверяю только себе…

Темная фигура скользнула из машины, тихонько прикрыв за собой дверь, и растворилась в тени деревьев. Почти сразу послышался всплеск от упавшего в воду предмета, не очень большого, но тяжелого.

Через полминуты по мосту уже шла женщина в светлой куртке и такой же шапочке. Она явно спешила, но это неудивительно, сильно похолодало, и вообще гулять посреди ночи даже в Стокгольме не слишком приятно. И все же женщина остановилась, присела, чтобы перевязать шнурки у кроссовок, если бы кто-то наблюдал, то снова услышал всплеск, но вокруг никого, в морозную ночь люди предпочитают спать в своих постелях, а не присматривать за одиноко гуляющими женщинами.

Лисбет могла вздохнуть спокойно. Она избавилась от Энди, кстати, единственного связующего звена ее с группой, работавшей с девушками по вызову. Потом по частям выбросила пистолет, чтобы не смогли достать весь сразу, также по частям утопила телефон Энди и следом свой телефон, по которому с ним связывалась. Теперь если вопросы и возникнут, то все они будут адресованы мертвому Энди.

Энди и вся группа для нее больше не существовали, значит, не существовала и сама Лисбет. Остались пять других ипостасей. Потеря доходов, людей, налаженных связей и бизнеса? Конечно, но лучше так, чем видеть небо сквозь окошко тюремной камеры всю оставшуюся жизнь.

Лисбет вполне способна не только как ящерица отбросить хвост, чтобы спастись, но и как лиса отгрызть собственную лапу. Жизнь дороже.

Однажды она вовремя отказалась от очень доходного дела – снафф-видео. Полиция зависла в полуметре от настоящих виновников, уничтожила многих из тех, кого Лисбет намеревалась уничтожить сама. Если бы тогда не бросила, сейчас лежала на дне Меларена или на тюремной кровати.

Бросить вообще все? Исчезнуть, раствориться, уехать далеко… Денег достаточно, чтобы вольно прожить не одну жизнь. Что будет с теми, кого она бросит? Ей все равно.

Но остался должок – еще два человека, которые знают ее настоящее имя и которые не простят ей Энди. Значит, прежде чем она исчезнет, эти двое последуют за Энди. Но они не должны догадаться, что час пробил, потому Лисбет, вернее, теперь Марианна-Этель-Кристи-Лорен-Линда будет существовать, постепенно разбираясь с одной проблемой за другой.

Кроме девочек по вызову и клиники в Италии у нее есть наркотики, оружие, нелегалы и контрабанда лекарственных препаратов, конечно, запрещенных. Так много у одной женщины? Нет, она просто во главе, а работают помощники. Что будет, если она вдруг исчезнет? Ничего, ведь каждое звено способно существовать само по себе, они даже не сообразят, что у всех сразу исчезла хозяйка. Когда поймут, она будет далеко.

Кстати, не стоит забирать все деньги, нужно вывести только свою часть, потому, что преступный мир воровства у своих не прощает. Если не хочешь, чтобы тебя вычислила не полиция, а бывшие подельники, не воруй, скромно забери свое и, никого не обижая, исчезни. Она так и поступит, оставит налаженные связи, организованные поставки, деньги, базу… – все оставит и уйдет. Конечно, бывших не бывает, но ее не в чем укорить и некому.

Будет некому, если она разберется с теми двумя…

По ночному холодному Стокгольму спешила женщина в двухцветной куртке (одна сторона темная, вторая светлая), такой же шапочке, и никому не пришло бы в голову, что это глава огромнейшего преступного синдиката. Да и как, если даже сами члены синдиката не ведали, что они члены, а не отдельные группировки с разными женщинами во главе?