Чтение онлайн

— Слушаюсь, — не задумываясь, согласился я, но быстро опомнился: — Надеюсь, мне не придётся помогать ему силой выгонять из дома некредитоспособную старушку или описывать игрушки у голодных детишек-домовят?

— Нет, всё куда проще. Вам предстоит отправиться в небольшой отель «У призрака», знаете такой?

— Увы…

— Это в южной части города, за вокзалом, — пояснил комиссар Базиликус, придвигая к себе большую кружку остывшего кофе. — Их, видимо, будут закрывать в судебном порядке, слишком много нарушений санитарных норм. Собственно, пристав просто вручит им бумаги, осмотрит ещё раз помещение, сделает несколько фото, а дальше как решит суд.

— Тогда зачем там я?

— Положено. Ну и мало ли… Ситуации бывают разные. Через час будьте на парковке, мэтр Чудофф заедет за вами.

Я кивнул и вышел. Помнится, ещё за своим рабочим столом спокойно заполнил двенадцать бланков по предыдущему делу, написал короткий отчёт о ненасильственной смерти мадам ля Гулю и дважды попросил Флевретти не лезть в мою личную жизнь. Но он канючил и упрашивал взять его с собой на семейный ужин к Эльвире, обещая вести себя прилично и первым со стола ничего не хватать. Но кто же ему поверит?! Ох как был прав мой краснокожий друг, мгновенно окрестивший капрала Скользким Братом.

Кое-как отвязавшись и дав категорический отказ, я наконец захлопнул папку с делами и в указанное время вышел на стоянку. Почти минута в минуту подкатил чёрный «мумер» с тонированными стёклами, передняя дверца распахнулась, едва не стукнув меня по колену.

— Сержант Брадзинский, — представился я мрачному длинноволосому упырю с круглым высокомерным лицом и глазами навыкате.

Он даже не глянул в мою сторону и без предупреждения дал газ. Я успел захлопнуть дверцу уже на ходу…

— Мы не опаздываем? Зачем так гнать?

В ответ всё то же отталкивающее молчание. Мне, конечно, приходилось слышать, что работа приставов накладывает на психику определённый отпечаток, но не до такой же степени, правда? Всю дорогу ехали молча. Пару раз я едва удерживал себя, когда этот тип бесцеремонно нарушал правила дорожного движения. Один раз он едва не сбил коляску с младенцем, молодая рогатая мама чудом успела отскочить, но, когда я уже кипел от ярости, оказалось, что мы приехали.

— Говорю я, ты — молчишь. Вопросы, сержант? — неожиданно обернувшись, тяжело выдохнул он. — Вот и молчи.

— Послушайте, — начал я, — как офицер полиции я не имею права закрывать глаза на…

— Отвали. — Пристав выполз из машины, не дожидаясь меня, быстро толкнул тонкую кружевную дверь маленького одноэтажного отеля.

Я на минуту приостановился у входа, так вот что это за отель «У призрака». На вид вполне ухоженный домик, чистый тротуар, вовремя подрезанные розы, ненавязчивый аромат уюта и тления. Не понимаю, с чего их решили закрыть? Всё разъяснилось в следующую минуту…

— Вот постановление! — орал пристав-упырь на рецепции, тыча лист бумаги в нос краснеющему скромному привидению. — Если до завтрашнего вечера все недочёты не будут исправлены, у вас изымают лицензию на гостиничный бизнес. Ясно?

— Но, мэтр Чудофф, мы работаем всего три месяца и аккуратно платим налоги в местный бюджет. Это уже шестнадцатая проверка, мы не можем…

— Все могут, а вы не можете?! Пока все санитарные и противопожарные нормы не будут соблюдены, вам запрещено работать.

— Но у нас…

— Ничего не знаю. Моя обязанность — вручить вам исполнительный лист. Распишитесь здесь и здесь.

Бедное привидение обратило на меня умоляющий взор. Увы, как представитель закона я ничем не мог ему помочь. Понятия не имею, какими законодательными актами руководствуется мэрия, выписывая такие решения и доверяя их исполнение таким хамам, с которыми лично я, как честный полицейский, и рядом стоять не стал бы. Но стою же…

— Вы будете расписываться или нет?

— Да, конечно, но, право, мы не понимаем…

— Ваше дело — исполнять, а не понимать. — Судебный пристав махнул мне рукой. — Иди сюда, подпиши вот здесь.

— Что именно? — уточнил я.

— То, что ты здесь присутствовал, дубина! Ради чего вообще на такие разборки приглашают тупоголовых полицейских?! Только ради того, чтобы был свидетель со стороны правоохранительных органов, ясно? А ты покажи мне отель.

— Вы… не могли бы… не грубить? — неожиданно тихо протянул призрак.

От столь скромной просьбы широкое лицо Чудоффа просто перекосилось от ярости. Он сжал кулаки, но, видимо, вовремя вспомнил, что грубой силой бестелесному привидению никак не повредишь. Поэтому демонстративно сплюнул на ковёр и, не оборачиваясь, потопал по коридору мимо четырёх маленьких номеров. Я виновато кашлянул…

— Прошу извинить меня. Я впервые присутствую при работе судебного пристава.

— Не извиняйтесь, месье Брадзинский. — Призрак вежливо улыбнулся мне, поправляя несуществующие очки на зыбком подобии носа. — Я наслышан о вас. Вы не так давно в Мокрых Псах, но уже стали в некотором роде местной знаменитостью…

— Из-за чего вас закрывают?

— Честно?! Понятия не имею. Но боюсь, что, кроме обычных налоговых муниципальных выплат, нам непрозрачно намекают на дополнительные финансовые вложения.

— Взятка? — не поверил я.

— Вы ещё очень молоды, сержант. Но не берите в голову, видимо, это общая беда и с этим ничего нельзя поделать, подобная порочная практика принята почти повсеместно. К сожалению, мы сейчас на мели и не можем…

— Я могу обо всём доложить комиссару!

— О чём это?! — Громкий рык пристава прервал наш разговор. — Не лезь не в своё дело, мальчишка! И на будущее запомни: зарплата вашего отделения целиком финансируется местными органами власти. Нет денег в бюджете, значит, ты пойдёшь под сокращение первым! Вопросы? Вот и заткнись. А ты, хозяин отеля, двигай за мной. Поговорим с глазу на глаз…

У меня перехватило дыхание от обиды и возмущения. Хорошенькую же работёнку подкинул мне старина Жерар! Но если эта чиновная скотина сию же минуту не извинится передо мной, то я его прямо здесь и…

Из коридора раздался грохот упавшего тела и слабый вскрик привидения:

— На помощь! Помогите, сержант! Ему плохо!

Когда я пролетел эти шесть или семь шагов, то даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять — слишком поздно… для всего. Судейский пристав валялся на полу, поджав под себя левую ногу, его руки, видимо, пытались расстегнуть ворот рубашки, губы высохли, а выкатившиеся глаза приобрели стеклянный оттенок перегоревших электрических лампочек…