Чтение онлайн

— Степан Борисович, — попытался тем временем перебить профессора Носов. — Понимаете, я вот считаю…

— Помолчи! — раздраженно бросил Бунин. — Ты сейчас находишься в классическом положении молодого ученого, еще не научившегося ставить дело, которому служишь, выше личного.

— Но Степан Борисович…

— Никаких «но», Носов! Никаких! Наука — дама ревнивая, она соперниц не терпит. Да и какая тут соперница, право слово? Смех один. Между прочим, эта девчонка, как я успел заметить, не обратила на тебя ровно никакого внимания. Скорее уж она благоволила нашему Илье…

Носов вскинул голову, резко выкрикнул:

— Это не ваше дело!

— Молодой человек! — повысил голос и Бунин, переходя на официальное «вы». — В общем, мне надоело вас уговаривать. Кстати, прошу отметить — я мог и вовсе не вести с вами никаких душеспасительных бесед, а просто взять Орла и… Ну, вы поняли. Поэтому извольте получить ультиматум: если до вечера вы не вернетесь к работе, я отчислю вас из группы… И вообще — отчислю к чертовой бабушке! Все, Носов, идите и думайте. Крепко думайте. До Зеленого города доберетесь на моей биотопливной моториссе.

Носов хотел что-то ответить профессору, но встретившись с ним взглядом, только махнул рукой. Едва не столкнувшись с застывшей без движения Марусей, парень прошел к краю платформы и рухнул на сидение не замеченного девочкой ранее странного экипажа. Это была помесь мотоцикла и дрезины. Носов нажал кнопку, тихонько заурчал двигатель и моторисса сорвалась с места. Из-под колес вылетело несколько искр, пятно света от фары скользнуло по бетонной стене тоннеля, и секунду спустя ангар опустел.

— Вот же дурень! — с чувством, смачно произнес Бунин вслед своему ученику. Маруся еле сдержалась, чтобы не рассмеяться — уж очень вот этот, истинный Бунин отличался от того благообразного ученого мужа, что еще несколько секунд назад вразумлял Носова.

«А ведь Нос ругался с профессором из-за меня», — подумала Маруся и на душе у нее потеплело.

Бунин, уже идущий к двери, неожиданно остановился. Видимо, Маруся все же издала какой-то звук, настороживший профессора. Сдвинув очки на кончик носа, он внимательно осмотрелся. Когда глаза Бунина встретились с глазами девочки, она похолодела от ужаса, вспомнив, что среди прочих предметов у профессора имеется Спрут, позволяющий видеть другие фигурки.

«Вот и все. Сейчас он засмеется и скажет: „Ну что, мадмуазель Гумилева, ты проиграла“. А потом… — Маруся зажмурилась. И тут же новая мысль сверкнула у нее в голове: — Глаза! У него нормальные глаза!»

Это было правдой. Бунин в настоящий момент не имел при себе предметов — наверное, оставил их все в своем секретном убежище. Профессор потоптался на месте, вздохнул, проворчал под нос что-то о старом параноике и двинулся к двери. Едва только очертания его приземистой фигуры исчезли, Маруся на цыпочках двинулась следом. Она успела проскользнуть в проем до того, как бетонная створка закрылась. Сердце гулко стучало в ушах, отчего-то безумно зачесался нос.

«Это нервное», — подумала девочка. Она остановилась на пороге стерильно-белой комнаты, в которой уже была однажды. Три дня назад. Или шесть?

Задумавшись над парадоксами путешествий во времени, она пропустила момент, в который профессор активировал сенсорный экран и набрал код вызова.

— Здравствуйте.

— И вам не хворать, — пробулькал искаженный специальной программой-шифратором голос. — Итак, вы не сумели…

Бунин неожиданно засуетился, начал оправдываться:

— Понимаете, это невозможно. Он выходил в прямой эфир с движущегося объекта и мы могли промахнуться. Вы же понимаете, что станет с человеком, оказавшимся без скафандра в безвоздушном пространстве в трех десятках километров над лунной поверхностью, да еще и на теневой стороне?

— Понимаю. Но это не снимает с вас вины. Впрочем, за это вы ответите позже. Стало быть, переходим к «плану Т».

— Это очень рискованно, — замялся Бунин. — При всем, как говорится, честном народе, в прямом эфире…

— Вы забыли, какой на кону куш, — булькнул собеседник профессора. — Или вас уже не интересует возможность стать ГЛАВНЫМ специалистом по изучению наших зверюшек? ГЛАВНЫМ на планете, Бунин!

Маруся не видела экрана и лицо человека, с которым общался Бунин, оставалось для девочки загадкой. Любопытство, как известно, не порок. Тем более для разведчицы. И Маруся сделала шаг вперед.

— Не шевелись, — прошипел в наушнике голос Исинки.

«Отстань», — мысленно ответила девочка и сделала еще один шаг. Теперь ей был виден экран, но увы — вместо изображения человеческого лица на нем дрожали лишь какие-то размытые пятна.

— Интересует, еще как интересует, — Бунин досадливо скривился. — Но риск…

— Кто не рискует… Ну, вы в курсе, — самодовольно пробулькал голос.

— Хорошо, — выдохнул профессор. — Итак, презентация начнется через… — он взглянул на старинные наручные часы, — менее чем восемь часов по Москве или в час ночи по среднепланетарному времени. Как только в эфир пойдет картинка из конференц-зала, мы с помощью Змейки перебрасываем двоих исполнителей на лунную станцию. И они…

— И они вычеркнут Андрея Гумилева из списка живущих, — захохотал тайный собеседник профессора.

Зеленый город,

борт вертолета Ка-44С

тот же день

Маруся стояла, как пораженная громом. Выходит, Бунин не отказался от своей идеи? Выходит, в готовящемся покушении на Андрея Гумилева замешан еще кто-то? Кто-то прячущий свое лицо и шифрующий голос, кто-то, перед кем заискивает и лебезит могущественный профессор?

Но зачем этим людям нужно непременно «вычеркнуть Андрея Гумилева из списка живущих»? Что он им сделал?

В полном соответствии с тем, о чем Марусе говорил Арк, она буквально тут же и получила ответ на свой вопрос. Диалог Бунина и таинственного «шефа» профессора, как обозначила про себя девочка обладателя булькающего голоса, продолжился.

— Сразу после устранения Гумилева, — Бунин явно избегал произносить слово «убийство», — мои люди с помощью все той же Змейки переносятся обратно на Землю. Служба безопасности не успеет им помешать. Естественно, пуск терроформирующего комплекса будет отложен — да без Гумилева он попросту невозможен! Все системы комплекса завязаны на него.