Лёд
Шрифт:
— Есть одна любопытная пленка. Я думаю, за ее просмотр можно брать деньги.
Скалли ответила ему скептическим взглядом. Но Молдер уже выходил из кабинета.
— Надеюсь, это не связано с коррупцией в нашей администрации и сокрытием правды о внеземных цивилизациях? — поинтересовалась Дэйна по дороге в компьютерный зал, который Молдер почему-то выбрал для просмотра пленки.
— Кто знает, кто знает, — неопределенно произнес Фокс, входя в комнату. Включил видеомагнитофон .
Сначала на экране возникли полосы цветовой настройки, потом появилось изображение, подернутое сеткой помех.
Пятеро мужчин на фоне загроможденной аппаратурой комнаты улыбались в объектив, держа в руках стаканы. Высокий плотный мужчина с небритым лицом выдвинулся чуть вперед:
— Здравствуйте, говорит капитан Джон Рихтер.
Стоящий за его спиной парень с длинными волосами, в клетчатой рубахе, приобнял за плечи темнокожего коротышку и помахал зрителям рукой.
— Мы уже впали в отчаяние, — продолжал Рихтер, оглядывая свою команду: коренастого старика с седой бородой, длинноволосого парня, коротышку-негра и худенького азиата. — Но, проковырявшись здесь черт знает сколько времени, мы теперь с гордостью докладываем:
полчаса назад мы установили новый рекорд в бурении ледяного покрова.
Мужчины с восторженными воплями принялись хлопать друг друга по плечам и ладоням. Молдер остановил пленку.
— Это группа ученых. Проект называется «Ледовая кора». Посланы на Аляску федеральным центром по финансированию научных исследований, — объяснил он, продолжая глядеть на картинку, замершую на экране. — Примерно год назад они начали бурение в зоне вечной мерзлоты.
Молдер встал и повернулся к Скалли.
— По образцам, которые извлекают в ходе бурения, определяют, как изменялось строение земной коры.
Дэйна уселась перед телевизором и раскрыла папку.
— Их работа продвигалась успешно, — продолжал Фокс, — она близилась к завершению. Никто даже не думал, что могут возникнуть какие-то осложнения, до тех пор пока примерно неделю назад мы не получили вот это, — и он нажал на кнопку пульта дистанционного управления.
На экране появилась надпись: «Проект „Ледовая кора". Связь осуществлена пятого ноября 1993 года. 20:44 по времени арктической станции».
Экран был опять покрыт сеткой помех. Узкий пучок света выхватывал из темноты человека. Точнее — плечо и половину лица. Скалли с трудом узнала это залитое кровью лицо — Джон Рихтер.
— Мы — не те, кто мы есть, — тяжело дыша, невнятно проговорил Рихтер. Потом, подняв голову, он произнес отчетливей, с трудом шевеля разбитыми губами: — Мы — не те, кто мы есть. Но дальше этих стен оно не пойдет.
Скалли напряженно вглядывалась в изображение.
— Все кончится прямо здесь. И прямо сейчас. Потом мелькнула чья-то рука, схватила Рихтера за шею и передача прервалась. Скалли расширенными глазами продолжала глядеть на пустой экран.
— Что там произошло? — после короткого молчания спросила она.
Молдер слез с края стола и выключил видеомагнитофон.
— Из-за плохой погоды не было никакой возможности добраться до станции, — ответил он и присел рядом с коллегой. — Нас позвали либо потому, что мы гении, либо потому, что нами можно пренебречь. Потому что так легли карты.
— Может быть, у них синдром замкнутого пространства? — предположила Дэйна. Призрак сходу разрушил эту версию:
— Это лучшие ученые. Их специально тренировали для этого проекта и проверяли всеми возможными способами, включая тесты на психологическую совместимость. Завтра мы вылетаем сюда, — Молдер подошел к карте и ткнул в красную точку на оконечности Аляски. — Мы встретимся с тремя учеными, которые знакомы с проектом «Ледовая кора». А потом, — Фокс провел пальцем по жирной красной линии, соединяющей аэропорт Дулиттл с мысом Ледяной, — мы направимся на север, на мыс Ледяной. Национальная служба прогнозов погоды обещает нам три ясных дня. Мы как раз успеем туда и обратно, прежде чем разразится очередная арктическая буря. И не забудь надеть варежки.
Молдер вышел, а Скалли с тихим ужасом смотрела на карту. «Черт побери, — подумала она, — это же так далеко за Полярным кругом». Тяжело вздохнув, она покачала головой.
Аэропорт Дулиттл
Ном, Аляска
14 ноября 1993
Путешествие в Сиэтл было утомительным, но последовавший за ним перелет Сиэтл — Ном оказался сущим кошмаром. Старенький DC-10 болтало в воздухе, и Дэйну пару раз начинало подташнивать. Молдер же, как и в полете до Сиэтла, преспокойно спал — он вообще умудрялся засыпать в любом положении. Лишь при заходе на посадку он потянулся и открыл глаза.
Нелюдимый здоровяк в диспетчерской аэропорта глянул на агентов исподлобья и пробурчал:
— Едва ли кто согласится вас везти на этот треклятый мыс Ледяной. Не любят у нас это место, очень не любят.
— А почему? — спросил Молдер. Здоровяк еще больше набычился.
— Вам этого не понять, вы оттуда, — здоровяк мотнул головой на юго-восток. — Вы предполагаете и заключаете, а мы здесь все, — он ткнул большим пальцем себя пониже спины, — ориентируемся вот этим местом. Может, кому не нравится или кто считает, что все это чушь, но я привык верить предчувствиям. А сейчас мой агрегат говорит мне, что все не слава богу.
— А если пнуть? — чуть улыбнулся Молдер. Здоровяк пожал плечами.
— Пнуть можно. Даже кой-какой толк из этого выйдет — для вас. Да и то — ненадолго. Зато потом… — Он красноречиво махнул рукой. — Да ладно, не вы одни такие. Тут еще трое обещали мне все прелести жизни, если я не предоставлю им транспорт до Ледяного. Какие-то ученые, мать их, извините, мэм. Болтали, что работают на федеральное правительство. Видать, по тем же делам, что и вы.
Молдер кивнул:
— Да, они должны лететь с нами.
— Угу, — буркнул здоровяк, — только не говорите, что я вас не предупреждал. А сейчас идите и ждите у шестого ангара. Я попробую найти кого-нибудь. Но не обессудьте, если ждать придется долго.
Молдер пожал плечами, открыл дверь, пропуская Скалли вперед, и, выходя, оглянулся на здоровяка. Тот прикрыл глаза и помотал головой. Молдер вновь пожал плечами и вышел.
— Ни фига себе сервис! — возмутилась Скалли, когда они зашагали по бетонированному полю к ангарам, — Неизвестно, сколько мы проторчим в этой дыре, прежде чем сумеем добраться до станции.