Чтение онлайн

— Все-таки эта победа — как в «Собачьей жизни»! — радостно воскликнула она, когда встретилась у ворот ринга с восхищенным Хозяином. — Но минуту-другую было ужасно неприятно, правда?

Так вот, Ангус Макгилед, эсквайр (родом из Линлитглоу, Шотландия), обладал таким пониманием колли, которым могут похвастаться лишь очень немногие, и именно поэтому судил он из рук вон плохо, о чем Кинологический клуб, наслышанный о его познаниях и впервые нанявший его на это мероприятие, очень скоро узнал. Из превосходного юриста порой выходит отвратительный судья, анналы права хранят немало свидетельств этого парадокса; то же самое относится и к знатокам собак. Они судят не рассудком, а сердцем.

Макгилед не горел любовью к ультрамодным, специально выведенным, похожим на борзых колли, которые откровенно попирают стандарты породы. С первого же взгляда он увидел в Лэде собаку, соответствующую его идеалам, собаку, которая всколыхнула в его душе воспоминания о хмурой магии шотландских болот. Он отметил крутую грудь, мощные плечи, крошечные белые лапы, невероятное богатство меха и подшерстка, хвост, величественную голову и душу в глазах. Именно такого пса предки Макгиледа принимали как равного у очага и за столом, именно такого — по уму, силе и красоте — пса шотландский пастух продал бы не раньше, чем родного сына.

Вот зачем Макгилед велел Лэду отойти в сторону, пока шла оценка менее выдающихся собак его класса: чтобы избежать соблазна смотреть на прекрасного колли больше, чем на других. И в конце концов он с радостью присудил победу тому, кто ее заслуживает.

В тот день безутешный Лэд провел в своей клетке долгие мучительные часы, уткнувшись носом в лапы, пока мимо двигался поток зрителей. Памятуя о Законе Гостей, он не показывал зубы, когда кто-то из проходящих людей замедлял шаг перед ячейкой, чтобы погладить его или, сверившись с номером, прочитать о нем в каталоге. Но никого из них он не удостоил хотя бы взглядом, не говоря уже о том, чтобы подать кому-нибудь лапу.

В испитой им горькой чаше была одна капля сладости. Он, похоже, сделал нечто такое, чем Хозяин и Хозяйка теперь очень — очень! — гордились. Лэд не знал, чем они гордятся, ведь он не сделал ничего умного. Наоборот, он был вял и скучен. Но они гордились им, никаких сомнений, и это его радовало, несмотря на все его черное отчаяние.

Даже владелец колли стал смотреть на него с большим одобрением, чем раньше, хотя Лэда это вовсе не волновало. И два-три участника Выставки пришли специально, чтобы посмотреть на победителя. Один из них рассказал Хозяйке о правиле собачьего соревнования, которое было ей доселе неизвестно.

Ей сказали, что собака, выигравшая в том или ином классе, обязана вернуться потом на ринг, чтобы состязаться среди особой группы собак, называемой «Победители», куда входили победители всех классов от «Новичка» до «Открытого». Если в двух словах, то в этом состязании определяли, какой из всех победителей является лучшим колли. Ему затем начисляли некоторое количество очков, приближавших его к званию чемпиона. Таких победителей было восемь.

В нынешней Выставке принимали участие один или два всемирно прославленных чемпиона прошлых лет, но выступали они только «показательно». А вот все остальные обладатели синих лент должны были соревноваться в классе «Победители», и Лэд из «Солнечного берега» в их числе. От этой новости у Хозяина упало сердце.

— Вот ведь незадача! — сказал он. — Понимаешь, одно дело — выиграть как новичок у своры неопытных собак, и совсем другое — состязаться с лучшими псами Выставки. Я бы предпочел избежать этого.

— Ничего! — отвечала Хозяйка. — Лэд выиграл свою ленту. Этого они у него не отнимут. Правда… в классе «Победители» дают серебряный кубок. Жаль, что у новичков не было такой награды.

День медленно подходил к концу. Наконец раздался зов: «Победители!» И во второй раз бедняга Лэд неохотно поплелся за Хозяйкой на ринг. Но теперь вместо неопытных собак его окружали сливки породы.

Подавленное состояние Лэда в такой компании стало гораздо заметнее. Хозяйке больно было видеть его таким удрученным. Она думала о предстоящих трех днях и трех ночах — ночах, когда они с Хозяином не смогут быть рядом с Лэдом, когда ему придется лежать и слушать неумолчный вой и лай, когда никто не поговорит с ним, за исключением какого-нибудь равнодушного и небрежного смотрителя. И это она навлекла на него столько страданий — и ради чего? Ради куска синей ленты!

Хозяйка приняла неожиданное и в высшей степени неспортивное решение.

Опять собак повели парадом по периметру ринга. Опять судья изучал их из-под полуприкрытых глаз. Но на этот раз он не отозвал Лэда в сторону. Хозяйка за прошедший день заметила, что Макгилед всегда, перед тем как объявить свое решение, кладет ладонь на голову победившей собаки. И сейчас она с замиранием сердца ждала этого жеста.

Одну за другой собак отсеивали, пока не осталось только двое. Из этих двух одним был Лэд (сердце Хозяйки бешено забилось), а вторым — чемпион по кличке Гвардеец из Колдстрима. Чемпион был видным псом, золотисто-белого окраса, с прекрасной шубой и безупречного сложения, и сочетал в себе все, что было лучшего в старых и новых идеалах колли. Голову он нес благородно откинутой назад без помощи ошейника-удавки, а его уши в форме тюльпана загибались ровно так, как надо.

Лэда и Гвардейца из Колдстрима поставили на платформу плечом к плечу. Даже Хозяйка не могла не признать, что несчастный вид ее питомца очень уступает обаятельной живости чемпиона.

— Лэд! — произнесла она, когда Макгилед сравнивал претендентов, произнесла очень тихо и очень настойчиво. — Лэд, мы едем домой. Домой! Домой, Лэд.

Домой! При этом звуке восторг пронизал все существо большого колли. Плечи напряглись. Голова вскинулась кверху, приподнялись уши. Темные глаза буквально светились нетерпением, когда он с надеждой посмотрел на Хозяйку. Домой!

И все же, несмотря на преображение Лэда, вторая собака была лучше — если смотреть строго с точки зрения выставочных требований. Хозяйка это понимала. Даже новый угол наклона ушей Лэда не сделал их такими же идеальными по форме, какими были уши Гвардейца.

Почти с сожалением Макгилед возложил руку на голову Гвардейца из Колдстрима. Хозяйка прочитала в этом жесте еще не озвученный вердикт и приняла его.

— Пойдем, милый Лэд, — сказала она нежно. — И все-таки ты второй. Резервный победитель. Это… тоже кое-что.