Чтение онлайн

– Иола… Это имя, как ни одно другое, вам подходит. Как никакое другое! Оно необычно и единственно в своем роде. Если выбирать между формой и содержанием, то Иола – это содержание. Все сказано именем. Оно загадочно и неповторимо.

– Андрюшенька, уж коль я вашими устами провозглашена самим совершенством, то я готова приказывать.

– Любой каприз, – вымолвил Андрей.

– В таком случае требую, чтобы вы немедленно проводили меня из этого бедлама домой.

– О таком приказе я и мечтать не мог.

– Тогда подождите меня на улице, у центрального входа. Вместе нам не стоит выходить, мало ли что могут подумать любопытные, заприметив вас с девушкой, которая снимает трусики у всех на виду. Боюсь, что я уже и так малость подпортила вам репутацию: как минимум полдискотеки таращатся на нас. Многие ведь знают, чей вы крестник.

– Вы, к моему удивлению, знаете меня? Признаться, я полагал, что моя персона не заслуживает такого внимания, но раз даже несравненная Иола меня знает… Я-то думал, что для вас я просто рядовой зритель, никто из местной публики не реагировал на ваши выходы так бурно, как делал это я, тому свидетельство отбитые ладошки.

– Я это знаю, а о том, кто вступился за бедную девочку, мне рассказали подруги. Так бы я в жизни не узнала, кто вы. Только не подумайте, что в этом случае вы остались бы неоцененным воздыхателем! – вывернулась Иола, сердитая на свой не в меру развязавшийся язык.

– Тогда спасибо случаю! Я иду на улицу ловить такси.

– Да, если вас не затруднит, – улыбнулась Иола.

В укромном пролете вестибюля Клауса, прижав к колонне, держали два сержанта ОМОНа. Глядя на это зрелище, казалось, что, стоит этому детине отряхнуться, омоновцам не избежать твердой посадки.

Старший патрульный, уже немолодой, но довольно хорошо сложенный капитан, никак не решался вызвать со двора коллег из патрульно-постовой службы, чтобы наконец сунуть этого громилу в каталажку и отвезти в участок. Начальник охраны дансинга отвел капитана в сторону и уже двадцать минут просил, чтобы громилу отпустили. Капитан не стал бы даже разговаривать об этом, но в роли просителя был человек, в ладонях которого всегда находился «корм» для его «клюва». Хотя капитану было сейчас не до аллегорий, он молча слушал и просчитывал про себя последствия: что будет, если он согласится отпустить задержанного? Да нет, невозможно. У детины изъято огнестрельное оружие, подчиненные могут заложить. Если бы он вызвал по рации подкрепление, не было б этого неприятного разговора с шефом вышибал, громилу бы вмиг отволокли в РОВД. Как назло, решил управиться собственными силами, дернула нелегкая!

– Не могу, Жека, – полушепотом оправдывался капитан, виновато хлопая веками, – он же стрелял, пушку вот забрали. Ну ты что, меня ж под суд, я из-за этого козла не хочу нары греть, не проси даже, не могу. Да и ребята мои, сам знаешь, когда трое знают…

– Шо своих-то подметать… С ребятами договоримся, все ж свои… – У шефа дискотечных вышибал были весомые причины не остаться в стороне от проблем Клауса. Дискотека исправно выплачивала дань Роланду. Такая услуга человеку Роланда давала лишний повод владельцу дансинга мягко намекнуть рэкетирам о досаждающем бремени непомерных налогов. Услуги подобного рода ценились высоко. Роланд не любил оставаться в долгу. Малость скостил бы свои поборы.

С сержантами договорились, сперва было трудно им что-либо объяснить, но, глядя на увлеченно изучающего потолок капитана, они вдруг вспомнили, что тоже любят кушать хлеб с маслом.

Спустя мгновение Клаус был без наручников и при пистолете. Он хотел было вернуться в дискозал и разыскать своих подопечных, но капитан и шеф вышибал насилу его удержали. Капитан потребовал от него немедленно скрыться подальше от дансинга, если он не хочет снова оказаться в наручниках.

– Нельзя так нельзя, – согласился Клаус, – придется ждать малолеток на свежем воздухе. – Изливаться в благодарностях Клаус не стал. – За мной должок, – мигнул он шефу вышибал и потопал к выходу. Глядя на удаляющуюся спину громилы, капитан облегченно вздохнул и как бы ненароком пощупал прибавивший в весе карман брюк, а начальник охраны поспешил к своему боссу доложить о непредвиденных расходах, которые при правильном подходе обернутся прибылью. На ходу он сочинял завуалированный панегирик самому себе, твердо рассчитывая не только на возмещение наличности, но и на причитающиеся премиальные.

Однако строить прогнозы об уступчивости Роланда по части поблажек с еженедельной мздой было преждевременно. События повернулись иначе, а для Клауса эта расчетливая услуга стала роковой.

На улице перед центральным входом Клауса дожидался его молодой напарник в подержанном белом «Опеле». Парнишка балдел от включенной на полную катушку магнитолы. Клаус резко дернул дверцу, от неожиданности напарник схватился за руль.

– Я вижу, ты здесь неплохо устроился, – зло проворчал Клаус. – И, конечно же, не сообразил узнать, где эта засранка припарковала свою «восьмерку», куда тебе додуматься? А ну, вылазь из машины, дуй к боковому входу, погляди, может, там стоит. Давай, давай, живо, да смотри не потеряйся.

Напарник метнулся к боковому входу. Клаус вытащил из машины свой скомканный плащ, накрапывал дождик, он аккуратно поправил кобуру, затянул пояс плаща и взглянул на часы. «Придется ждать здесь. – Клаус раздраженно плюнул. – Эти выродки могут фестивалить до утра».

Едва Клаус прислонился к машине спиной и принялся лениво наблюдать за центральным входом, как тут же заметил спускающуюся по ступенькам смазливую девочку в замысловатой распашонке-колоколе. «Ножки что надо, – оценил Клаус, – мордашка вышак. Трахает же ее кто-то, сюда бы ее. Ба! Да это стриптизерша… Иола… Кому это она там машет? Голосует, что ли? Вот и такси. Не понял… – Клаус сощурился, чтобы лучше разглядеть: кавалер, который усаживал стриптизершу в такси, был очень похож на Андрея. – Точно… он».

Клауса словно прошиб электрический разряд: «Уйдут, сволочи!» Он прыгнул в машину и повернул ключ зажигания. «Не выйдет, ребятня, Клаус свою работу знает. Засранец на крючке, но где ж засранка?!» Клаус не сомневался, что надо ехать за этим такси, ибо твердо полагался на пословицу о погоне за двумя зайцами. Пусть теперь напарничек посуетится, пусть пасет птичку возле ее «восьмерки». «Навалились вы на мою голову!» – выругался Клаус и нажал на газ. Стоявшая неподалеку неприметная белая «Таврия» плавно тронулась следом.

На следующий день в Днепре нашли труп Клауса, на груди у него был вырезан полумесяц. Крестник Родионовой исчез бесследно.

Приняв благословение Матушки, Роланд крушил всех без разбору. По всем гостиницам вылавливал чеченцев. Люди Кутателадзе разведали, что в отеле «Днипро» на Майдане незалежности остановился Ваха Мудаев – родной брат Алхана Мудаева – главаря чеченского землячества и куратора залетных вайнахов, приезжавших в Киев по делам. Ваху забили до полусмерти, а потом, невменяемого, отвезли на заброшенную загородную дачу и засадили в холодный погреб. Роланд решил попридержать такую добычу.