Чтение онлайн

Когда Кэйт и Кэйтлин ушли, Рэтчет снова опустился в свое кресло. Все ясно. Кэйт Барроуз даже не подозревает о том, какого могущественного союзника приобрела в лице Патрика.

Кэйт с жадностью принялась за сандвич с говядиной и ломтиком помидора, удивившись тому, как сильно проголодалась. Пока Кэйтлин, болтая с барменшей, заказывал выпивку, она не спеша, с аппетитом жевала. И все время ее не покидала мысль о том, что во всей этой истории есть что-то, чего она не знает. Вернулся Кэйтлин с бокалом виски и тоником для нее и большой кружкой пива «Гиннесс», смешанного с виски, для себя.

— Что же все-таки происходит, Кэнни? — Кэйт редко называла его по имени, по сейчас хотела придать своему вопросу особую доверительность.

Прежде чем ответить, Кэйтлин отпил из кружки немного пива.

— Вот что, Кэйти: может, ты и не понимаешь, но идею тестирования пробил у старшего констебля твой дружок. Кстати, весьма влиятельный.

Кэйт была ошарашена, даже перестала жевать и уставилась на Кэйтлина: значит, все уже знают! Знают о ней и Патрике Келли!

— Ладно, Кэйт, не расстраивайся! Полицейский участок — не весь белый свет, сама посуди! Стоит появиться в подразделении новому сотруднику, будь то мужчина или женщина, и уже на следующий день о них все известно: женатые они или холостые, замужние или разведенные. В общем, все абсолютно! Что же в таком случае говорить о твоем приятеле? Ведь он персона заметная и у всех на виду. Рядовым сотрудникам вряд ли что-нибудь Известно. А вот мы с Рэтчетом знали. Теперь и старший констебль знает. Полагаю, твой друг его вчера навестил. Но у Келли, уверен, есть друзья и поважнее. Потому, возможно, он так долго и держится на плаву!

Кэйт, смущенная, смотрела на свой бокал, не решаясь поднять глаза на Кэйтлина, и тому стало ее жаль:

— Позволь, Кэйт, сказать тебе кое-что. Убежден, что большинство наших сотрудников в свое время стояли перед выбором: либо стать преступником, разумеется, не извращенцем или каким-нибудь последним подонком, а, скажем, грабителем банков, либо поступить на службу в полицию. Ловить преступников может лишь потенциальный преступник с врожденной хитростью. Поэтому многие из наших и процветают! Я, к примеру, не раз накалывал мужиков, к которым испытывал уважение. Речь, конечно, идет не о ловкачах, накручивающих газовые счетчики, или шулерах. Нет, я имею в виду крутых мужиков, организаторов едва ли не самых крупных банковских ограблений в стране. Они, Кэйти, часто вызывали у меня восхищение своим недюжинным интеллектом, но я чего только не делал, чтобы найти их и засадить за решетку. Каждый мечтает выиграть в лотерею или еще как-нибудь разбогатеть. Так вот при одной только мысли о том, сколько денег берут эти мужики в один раз, голова кругом идет. Что же до Келли, то он не нарушает закона, разве что изредка чуть-чуть выходит за его рамки. И все-таки, как ни крути, он прежде всего бизнесмен. Не такой, скажем, как… Не знаю, кого и назвать, ну не такой, скажем, как Генри Форд или ему подобные, признанные законом. Просто он представитель новой породы бизнесменов и лично меня восхищает! Уж если Келли смог заставить такого болвана, как наш старший констебль, наложить со страху в штаны, значит, человек он незаурядный. Разве не так?

Кэйт слегка улыбнулась, хотя пришла в еще большее смятение.

Значит, Келли удалось убедить старшего констебля в необходимости тестирования, и тот поверил в смысл этой затеи. Они с Патриком уже говорили об этом, и сейчас Кэйт слышала то же самое от Кэйтлина, даже в тех же выражениях. За то недолгое время, что они были знакомы, Кэйт научилась понимать Патрика с полуслова. Он не делил мир на белое и черное, а собственное мнение ценил выше бриллиантов из королевской короны.

— Смотри на вещи просто, Кэйт. Келли добился того, чего ты не могла добиться. И я рад. Потому что это расследование — одно из самых трудных в моей жизни. Четыре кошмарных убийства — и никаких следов, ничего, за что можно было бы ухватиться, разве что цвет машины этого извращенца, но и его никто точно не знает. Так что не упускай, дорогая, представившейся возможности и постарайся извлечь из нее максимальную пользу. Считай, что это подарок Господа Бога!

Кэйт немного отпила из бокала и вновь принялась за сандвич. Кэйтлин говорил разумные вещи, и она готова с ним согласиться, но если ее связь всем известна, то…

— Могу я вас спросить, Кэнни?

Кэйтлин отпил из бокала своего «Гиннесса», обтер рот тыльной стороной ладони.

— Давай спрашивай!

— Я хотела бы знать, что говорят обо мне и Келли?

— Что Говорят? Ясное дело что: «Кэйт Барроуз путается с этим мафиози». — Увидев, как Кэйт побледнела, Кэйтлин готов был себе язык откусить. — Да нет, Кэйт, я пошутил! Шутка плохая, очень плохая! И все-таки шутка! А если серьезно, то вот что о вас говорят: «Знаешь, Кэйт Барроуз встречается с Пэтом Келли!» — говорит один. «О! — отвечает второй. — Уж не тот ли это Пэт Келли, который занимается перераспределением собственности?» — «Да-да, — говорит первый, — он самый». — «Что ж, старине Келли здорово повезло!» Таково, Кэйт, общее мнение! Черт побери, дорогуша, ведь ни для кого не секрет, что не один старший офицер пытался в свое время залезть тебе под юбку! Не секрет, что ты женщина достойная, всеми уважаемая и к тому же отличный работник. Работаешь не за страх, а за совесть. В общем, ничто тебе не грозит, пока Патрика Келли не обвинили в чем-то противозаконном. А его и не обвинят. Нет для этого оснований. Верно? Так почему бы тебе не расслабиться? Нельзя быть такой суровой к себе!

— Знаете, Кэнни, чтобы добиться того положения, которое я занимаю сейчас, мне приходилось сражаться не на жизнь, а на смерть! Вы даже представить себе не можете, что я пережила!

— Нет, не могу. Но если вся эта история так тебя беспокоит, перестань с ним встречаться — только и всего! Впрочем, надо быть дурой, чтобы поступить подобным образом. Когда мы работали с тобой в Энфилде, тебя окрестили «энфилдской матерью Терезой». [26] Ну что плохого в том, что ты делаешь, детка? Он хоть когда-нибудь тебя скомпрометировал?

— Нет.

— И о том, о чем не следует, спрашивал?

— Нет! Конечно же нет!

— Зачем тогда все эти трагедии и душевные муки?! Знаешь, просто все женщины обожают страдать и устраивают себе Голгофу. Лично мне Келли симпатичен. Надежный партнер, хороший друг, наверняка трахается будь здоров! Так что оставь все, как есть. На работе это не отражается. Так кому какое до тебя дело! Через неделю еще кому-нибудь станут перемывать косточки.

Кэйтлин прав: ведь она не делает ничего дурного! Только бы Флауэрс держал язык за зубами, и проблема сама собой отпадет!

Ей так хотелось в это верить. Это было просто необходимо!

— Да, вы правы: я нервничаю безо всякой причины!

Она залпом допила свое виски.

Кэйтлин рассмеялся и, прежде чем принести ей еще бокал, произнес:

— Вот так, дорогуша, и надо разделываться со всеми проблемами!

Кэйт зажгла сигарету, с жадностью затянулась. Будь сейчас Патрик рядом, все проблемы исчезли бы мигом. Проблемы и сомнения! И все-таки одна мысль ей не давала покоя: как удалось Келли, черт побери, заставить их принять ее идею? Вот чем было вызвано раздражение Флауэрса по отношению к ней. Кэйт стучала во все двери, пытаясь пробить свою идею, а Патрику это удалось без особого труда! И вдруг Кэйт ощутила глухую досаду, сама не зная, откуда та взялась.

После чая Илэйн и Джордж сидели в гостиной у телевизора и смотрели информационную программу «Новости с Темзы». С того самого вечера, когда Джордж объявил о предстоящем ему увольнении, супруги как бы заключили между собой перемирие. В Грэнтли только и было разговоров что об убийстве Леоноры Дэвидсон, и Илэйн не могла не думать о том, что произошло оно в ту самую ночь, когда Джордж отправился на прогулку. Она без конца твердила себе, что это всего лишь совпадение, что в ночи, когда происходили другие убийства, он находился дома, а в канун Нового года, когда она ушла на вечеринку, лежал больной в постели!

Услышав, что диктор упомянул о «Потрошителе из Грэнтли», Илэйн насторожила уши. На экране теперь был полицейский участок и на переднем плане — молодая женщина. Слушая ее, Илэйн следила за реакцией Джорджа.

«Сообщение о расследовании по делу „Потрошителя из Грэнтли“. Все мужчины, проживающие в Грэнтли, в возрасте от четырнадцати до семидесяти лет, обязаны сдать на анализ кровь и слюну. Таким образом, тестированию подлежат почти пять тысяч человек. Столь широкомасштабное тестирование проводилось лишь однажды — в 1983 гбду в Эндерби, округ Лестер, после двух изнасилований с убийствами. Тесты помогут максимально сократить список подозреваемых. На все фабрики, в школы, конторы и центры регистрации безработных направляются передвижные лаборатории, и уклоняющиеся от тестирования будут взяты под подозрение. Мы будем постоянно держать вас в курсе нашего расследования».