Чтение онлайн

– Дорогой, – ослепительно улыбаясь, ответила ему супруга таким уверенным тоном, словно нисколько не сомневалась в том, что сумела бы выйти целой и невредимой, даже если бы случился вселенский пожар. – Ты помнишь майора Дунстана и его жену?

Ах, теперь ясно, почему это лицо мне показалось таким знакомым. – Себастьян замолчал и еще раз бросил взгляд на людей, которых на самом деле он совершенно не помнил: словно видел их впервые в жизни. Впрочем, это давно его не удивляло: в отличие от многих провалы в памяти, которые порой случались с ним после контузии, не пугали его и не смущали, а, напротив, иногда даже казались благом. – Разве можно забыть старых друзей или того, с кем…

– …подружился во время путешествия, – с готовностью подсказала Элинор. – Майор скрасил наше пребывание в Бате своими остроумными анекдотами и веселыми шутками.

При всей благодарности, которую он испытывал к жене за то, что она вовремя пришла ему на выручку, ему претила сама мысль о том, что Элинор прекрасно понимает его трудности и всегда готова подставить ему плечо. Себастьян не желал выглядеть перед ней беспомощным, что, по его мнению, не возвышало его в глазах супруги. Ему самому хотелось быть ее спасителем. Только так все должно быть, черт возьми!

– Мы очень рады, что вы вернулись домой и что так хорошо выглядите, – сказала жена майора, пристально глядя на Себастьяна.

Тот вежливо поклонился, глядя на ее густо припудренную шею.

– А я рад видеть, что вы… – он старался подыскать подходящие для комплимента слова, – так прекрасны, что достойны быть спутницей самого короля.

Женщина просияла:

– Благодарю вас.

Элинор улыбнулась и сказала:

– Майор и его супруга часто в письмах задавали мне вопрос, когда ты приедешь.

– Как это любезно с их стороны, – заметил Себастьян.

– Когда джентльмен все время в отъезде, как же ему произвести на свет наследника? – игриво подмигнув Себастьяну, заявил майор.

– С этим не поспоришь, – согласился тот, покосившись на жену. Он заметил, что после слов майора Элинор опечалилась и опустила глаза.

– Так чем вы здесь занимаетесь, милорд? – заинтересованно спросил майор.

Элинор отвечала ему какой-то заученной фразой, а Себастьян качал головой. Осанистый майор прав: и в самом деле, что он тут делает?

Всякий, кто живет в Англии, знает, что Себастьян, не щадя жизни, сражался в Королевской британской пехоте под командованием Веллингтона, пока полученные в бою ранения не вынудили его служить отечеству, занимаясь более спокойными делами. Ни для кого не секрет, что Себастьян, будучи одним из столпов высшего общества, вернулся домой для выполнения другой возложенной на него важной миссии – зачать наследника. Это естественно на первый взгляд…

Разумеется, никогда нельзя судить о чем-то по первому впечатлению. Однако у Себастьяна и в мыслях не было отлынивать от выполнения супружеского долга.

Однако была одна вещь, которая и в голову не могла прийти тому, кто смотрел со стороны на союз Себастьяна и Элинор. Если бы об этом стало известно в обществе, это стало бы настоящим потрясением для окружающих.

Да что там говорить: даже тот факт, что Себастьян теперь работает на агентов по внутренним делам герцога, не идет ни в какое сравнение с той тайной, которая тщательно скрывалась от постороннего взгляда.

Скажите на милость, разве пришло бы кому-то в голову предположить, что Себастьян и его молодая очаровательная супруга стали конкурентами в ожесточенной схватке личных интриг? Что, пока супруг работал, выполняя тайные задания герцога в отдаленных французских портах, его дражайшая половина зарабатывала себе дурную славу в истории Лондона? И узнай кто-нибудь этот секрет, вряд ли это им когда-нибудь забудут и простят.

Дело было в том, что прекрасная Элинор была разведчицей герцогини, и была у нее на хорошем счету.

Его жена – шпионка? Представив это, Себастьян не мог удержаться от улыбки.

В своей нелегкой работе Элинор пускала в ход все, что угодно, только не показные эмоции и эффектные широкие жесты. Действуя по поручению герцогини и от ее имени, она защищала святая святых семьи – супружескую верность, держа оборону по всем фронтам. Причем война эта велась не в чужих краях, а на своей земле – в роскошных английских будуарах.

Как же, черт возьми, это могло случиться?

Каким образом за годы их разлуки Элинор удалось превратиться в человека, который шокировал весь Лондон?

Что касается Себастьяна, о «подвигах» жены он узнал только благодаря тому, что сам служил в британской разведке.

Из сведений, которые ему удалось раздобыть, явствовало, что герцогиня Веллингтон – забытая мужем жена – взяла Элинор под свое крылышко. Оба супруга – герцог и герцогиня – относились с огромным уважением к отцу Элинор, который в свое время был выдающимся военным хирургом и много лет с беззаветной преданностью служил отечеству.

Несомненно, уважение к былым заслугам доктора Прескотта со временем перешло на его дочь, Элинор, которая и сама проявляла незаурядный ум и блестящие способности.

Как этим двум дамам – герцогине и Элинор – в конце концов, удалось спеться и сообща разработать этот хитроумный план, до сих пор оставалось для Себастьяна загадкой.

Должно быть, эта мысль впервые пришла женщинам за чашкой чаю. Если так, то, скорее всего это был не простой чай. Вероятно, что кто-то, как это нередко бывает, щедрой рукой плеснул в заварочный чайник шерри. Судя по всему, без изрядной доли этого напитка тут не обошлось. Себастьян живо представил эту картину. Две дамы сидят за столом и пьют чай, что-то оживленно обсуждая. С каждым новым глотком глаза у женщин блестят все сильнее, а детали их совместного плана становятся все рискованнее и экстравагантнее, пока, наконец, одна из них не убеждает другую в том, что у их совместного детища, несомненно, есть достоинства.

Как понял Себастьян, заговорщицы задались целью разыскать двенадцать писем, написанных некоей дамой и разосланных двенадцати женщинам в разных концах Англии. Эта сумасбродка утверждала, что была изгнана из высшего света, потому что стала любовницей герцога. Ее звали леди Виола Хатчинсон, и она проживала сейчас не то в Бельгии, не то в Ирландии. Эту затаившую обиду сочинительницу некоторое время никто не видел. Но очевидно, угроза того, что содержание этих писем будет предано огласке, подтолкнула герцогиню к решительным действиям.