Ледяная месть
Шрифт:
— В «Библиотеке» мы с ним познакомились, клуб так называется.
— Ну да, ну да…
— Меня Анжела зовут. Если тебе это интересно.
— Э-э… Ну, я знаю, что Анжела, — нашелся я.
— Кеша сказал?
— Да нет, просто ангел мне приснился. Просыпаюсь, иду на кухню, точно ангел… Анжела — это же от слова «ангел»?
— Возможно… Ангелы ведь всякие бывают, — с затаенной грустью улыбнулась девушка.
— Откуда ты узнала, что я творожники люблю? — спросил я, накладывая себе в тарелку сырные оладьи.
— Не знала я. Что было в холодильнике, из того и слепила.
— Да там у нас много чего… В основном пиво.
— На девяносто девять процентов, — меланхолично улыбнулась она.
— Будешь? — спросил я, протянув ей банку баварского пива. И тут же мысленно отругал себя. Ну, ясно же, что Анжела не пьет пиво.
— Буду, — неожиданно согласилась она, неторопливо откупорила банку, приложилась к ней с таким видом, как будто собиралась сделать маленький глоток, но не оторвалась, пока не выпила все. Затем смяла банку и выбросила ее в мусорный пакет.
— Ты сейчас куда? — спросил я.
— В смысле, куда? — не поняла она.
— Ну, живешь где?
— Квартиру с подругой снимаю…
— Думаю, квартира уже освободилась.
Все правильно, Кеша увел Анжелу к себе, а клиента отправил с ее подругой.
— Ты меня гонишь? — как-то отстраненно удивилась она. Казалось, ей было все равно, гоню я ее или нет.
— Гоню?! — всполошился я. — Ты не так меня поняла!
— А как надо понимать?
— Ну, сколько хочешь, столько здесь и оставайся…
— А Кеша?
— Что Кеша?
— Кеша тоже так скажет?
— Нет, Кеша так не скажет, — мотнул я головой.
— Почему?
— У него сегодня по плану другая…
— Кто?
— Ну, я не знаю. Кого снимет, с той и будет…
— Он что, бабник? — не очень расстроенным голосом спросила она.
— А ты этого не поняла?
— Ну, вообще, да, у него замашки настоящего бабника.
— Ага, гусар на выезде, — с насмешкой заметил я.
— Ты что, завидуешь ему?
— Завидую? Почему я должен ему завидовать?
— У него так легко с женщинами получается.
— И что? У меня с этим тоже без проблем…
— Ну, может быть. — Анжела отвела взгляд в сторону, чтобы не выдать свою иронию на мой счет, взяла тарелку с творожниками, пару банок пива и со всем этим богатством вышла из кухни.
К Кеше она отправилась. Чтобы накормить его завтраком. А не знает, что Кеша по утрам не ест, хотя пиву будет рад. А вот ей самой — вряд ли. В его жизни были более красивые девушки, чем Анжела, и ни с одной из них он не провел больше одной ночи…
Но шло время, а дверь в его комнату так и оставалась закрытой. Не торопился он выгонять Анжелу.
Я уже готов был сорваться с места, когда услышал в наушниках телефонный звонок, раздавшийся в одной из отдаленных комнат.
— Ну, здравствуй, здравствуй, — услышал я голос Нины. Обычно так приветствуют человека, которому не очень рады. Или рады, но с большими претензиями. — Что Нина?.. Я уже двадцать четыре года Нина… — Недовольство в ее голосе заметно слабело, зато крепли радостные интонации: — С какой это стати?
Я не слышал, о чем говорит собеседник, но мог об этом догадываться. Во-первых, ей звонил мужчина. Во-вторых, судя по ее интонациям, он предложил ей что-то интересное, но для проформы она должна была немного поломаться.
— Ага, любишь… Да, так я тебе и поверила, что серьезно… Я не могу приехать, у меня работа… Сам приедешь?.. Ну, хорошо, приезжай…
Она отключила телефон, пропела себе под нос что-то веселое, поднялась с кровати. Сначала она отправилась в душ, потом стала наводить красоту.
Тоскливо мне вдруг стало. Не нужна мне Нина, но все-таки обидно, что ее радует встреча с другим мужчиной.
А он не заставил себя долго ждать.
— Привет! — услышал я вдруг его густой, низкий голос с легкой дребезжинкой.
Нина ничего не сказала ему в ответ. Видно, обиду изображает… Претензии у нее к нему, но в дом она его, тем не менее, впустила.
— Ну, хватит дуться!
Судя по звучанию голоса, гость зашел в зал.
— Я не дуюсь…
— Это я должен дуться.
— Почему? — удивилась Нина.
— По кочану… Иди ко мне…
— Лева, пусти!
Насколько я понял, он привлек Нину к себе. Сопротивлялась она довольно вяло.
— Не пущу!
Сначала послышались шорохи срываемой одежды, затем легкий стук, с каким Нину повалили на диван. Больше она не вырывалась и не просила ее отпустить.
Я снял наушники, схватился за банку с пивом, осушил ее до дна. Закурил. Обида меня душила. Анжела с одним, Нина с другим, а я как хрен посреди огорода…
Кеша наконец-то появился на кухне. Судя по его самодовольному виду, все прошло на высшем уровне.
— Ты чего такой грустный? — весело спросил он.
— Ну, не всем же отдыхать, как тебе, — буркнул я. — Кому-то и работать надо.
— На прослушке висишь?
— Да есть такое…
— И что там интересного?
— Ничего. Только секс, — со скучающим видом проговорил я.
— Это Бурунов, что ли?
Кеша было в курсе моих дел. Иначе и быть не могло, ведь в любое время мне могла понадобиться его помощь, и он, как тот суворовский солдат, должен был знать свой маневр.