Чтение онлайн

— И ты считаешь, что объект подчинится приказам, исходящим от другого робота?

— Откуда ему знать, что наш Чайл — робот?

— Да, пожалуй, верно. Он излучает инфракрасные лучи, а потому логично было бы предположить, что их и воспринимает. Он также должен знать, что способен, в отличие от нас, функционировать в местных температурах. И мне кажется, что Чайл вполне способен убедить его.

— Но если объект действительно прибыл с другой планеты, он вполне может принять нас за роботов с ограниченным запасом энергии, а Чайла — за примитивную форму местной жизни. Главная проблема заключается в том, что нам неизвестно происхождение этого объекта, — сказал Майк.

— Тебя явно занесло куда-то не туда, дорогой. Раз мы пытаемся как-то установить с ним контакт и надеемся, что он нас поймет, стало быть, мы считаем его творением рук человеческих, — жена спорить не стала, но он тем не менее добавил:

— В любом случае, попытка того стоит.

Она связалась с роботом.

— Привет, Чайл.

— Да, Бронвен?

— Изменения есть?

— Никаких. Стоит лицом ко мне, очевидно, выжидает, какой следующий шаг я предприму. Охладился до температуры окружающей среды. Я бы сказал, что теперь никаких сомнений в том, что он робот, у меня не осталось.

— Источника атомной энергии не наблюдается?

— У меня нет оборудования, позволяющего непосредственно определить подобного рода излучение.

Бронвен знала это, но все равно спросила. И, получив ответ, расстроилась.

— Попробуй поговорить с ним прямо…

— Я сделал все, что мог.

— Пусть на сей раз твоя информация носит характер приказа. И, если он как-то ответит, прореагирует, прикажи ему следовать за тобой на «Диброфиаде». — Последовала недолгая пауза.

— Безрезультатно, Бронвен.

— Ну а если б ты получил от него такой приказ, послушался бы?

— Только предварительно проверив, что этот приказ исходит от человеческого существа или же получен с одобрения человеческого существа.

— Итак, мы снова ничего не доказали.

Чайл не ответил ей, у него не было причины интерпретировать это замечание как вопрос, обращенный непосредственно к нему. У людей подобные высказывания встречаются часто, они не требуют ответа и называются риторическими вопросами — это он уже давно усвоил. В эфире повисло неловкое молчание.

— Есть тут одна мыслишка. Позволишь попробовать мне, а, Бронвен? — Голос Линга звучал несколько неуверенно. Капитан корабля кивнула. И не стала спрашивать, в чем заключается идея Роба.

Тот обратился к Чайлу:

— Вот что, Чайл. Этот робот поместил куб насколько возможно близко к тому месту, где он находился перед тем, как обрушился край скалы. Похоже, эта вещица ему не безразлична. Попробуй поступить вот как, только без крайностей. Подойди к кубу, сделай вид, что собираешься снова поднять его. А потом расскажешь нам, как он, то есть робот, будет реагировать на это.

Снова пауза. Шестеро космонавтов напряженно ждали и пытались вообразить, что происходит там, в двадцати километрах от них.

— Он встал между кубом и мной и, похоже, не намерен уступать дорогу.

— В физический контакт не вступил?

— Нет. Вы же сказали — не доходить до крайностей. Ну что, попробовать убрать его с дорога?

Линг вопросительно взглянул на Бронвен, затем — на всех остальных. Капитан тоже оглядела присутствующих. А потом кивнула.

— Да, Чайл. Только постарайся обойтись без насилия. Отодвинь его, и все дела.

— Понял вас, Бронвен, — ответил робот. Люди снова включили свое воображение, снова пытались представить, что там происходит.

— Реакция неоднозначная, — зазвучал в наушниках голос Чайла. — Сперва он напрягся и пытался противостоять, после того как я вступил в физический контакт.

И немного отступил назад. И при этом испустил короткий, но интенсивный пучок инфракрасного излучения, схожий по своей природе с тем, что мы зафиксировали у маленьких кубиков. А затем откуда-то извне последовал аналогичный сигнал. Тут робот перестал толкать меня, схватил за руку и дернул. И перебросил меня через край обрыва. И я теперь падаю и вряд ли смогу предпринять какие-либо эффективные меры в течение, как минимум, пятидесяти пяти секунд.

Линг растерянно заморгал. Потом широко, во весь рот усмехнулся.

— А ты определил источник того второго сигнала, а, Чайл?

— Лишь направление. Расстояние определить не удалось. Слишком уж он был непродолжителен. Однако успел заметить, что исходил он из точки, находящейся у края Биг Дроп, в районе местонахождения куба под номером двадцать пять, в семидесяти пяти метрах от границы, отделяющей этот куб от куба под номером тридцать семь.

— Прекрасно. Отправляйся туда тотчас же, как только приземлишься. Встретимся там.

— Хорошо, Роб. Вы больше не хотите, чтоб я следовал за тем роботом, прозвучало это как утверждение, а не вопрос.

— Не волнуйся. Он от тебя, как мне кажется, не отстанет.

— Понимаю. — Все остальные тоже понимали это и поспешно начали надевать защитные костюмы. Правда, на выходе пришлось немного задержаться.

— Итак, слушайте, — сказала Бронвен перед тем, как члены экспедиции надели шлемы. — Мы направляемся к Биг Дроп, ни один из вас не выдержит падения с высоты двадцати километров. Что на Земле равносильно падению с высоты приблизительно четырехсот пятидесяти метров. Я не слишком доверяю этим цепям, но на сей раз, пожалуй, придется привязаться.

— На каком расстоянии будем держаться? — осведомился Майк.

— В пятидесяти метрах от «Золотых» и в двадцати — от остальных членов экспедиции. Если кто-либо помимо Чайла приблизится к самому краю, Роб будет страховать, а Шейла может попробовать спуститься. Пятьдесят метров — достаточное расстояние для того, чтоб дать ему возможность для маневра, а нам — время помочь, если возникнет такая необходимость. Катушку для провода понесу я.

— Да его не хватит и на пять процентов от высоты, с которой предстоит спуститься.