Чтение онлайн

— Также в защите, номер сорок семь, Джейк Броуди.

Броуди срывается с места, вызывая взрыв пронзительных криков у девушек из the swagger на его остановке.

— И в центре — капитан вашей команды. Номер двадцать четвертый, Истон Блейк, — заканчивает диктор, энергично раздувая мое имя.

Толпа ликует, но именно Майя заставляет меня улыбаться, когда я катаюсь навстречу своим товарищам по команде у синей линии. Она складывает руки рупором у рта.

Возможно, это мое воображение, но, клянусь, я слышу, как она выкрикивает мое имя, когда от меня летит снег, когда я останавливаюсь на острие клинков, чтобы присоединиться к своим партнерам по линии.

Я обмениваюсь взглядами с парнями.

— Сделаем их.

Они вторят моим чувствам, надевая перчатки, прежде чем пришло время занять наши стартовые позиции.

Как только игра начинается, темп становится молниеносным. Мы чувствуем отчаянное желание UMass набрать очки и выйти из этой ситуации победителями, но мы не позволим этому случиться.

К концу первого периода воздух пропитан их опрометчивостью. Тренер указывает нам оставаться сосредоточенными на поддержании стабильного темпа.

В середине второго периода они становятся неаккуратными, пытаясь ускорить процесс. Мы пользуемся преимуществом, оказывая сильное давление на своих игроков, когда они допускают ошибки. Мы первыми забиваем им, и это только заставляет их играть более яростно.

В начале третьего периода, когда я сижу на скамейке запасных, Маккинли перемещается с шайбой. Один из защитников врезается в него, чтобы отобрать шайбу. Он принимает удар на себя, затем встряхивает запястьем, когда UMass уходит в отрыв, как только шайба оказывается у них. У него проблемы, он отстает, в то время как наши парни преследуют наших соперников, чтобы остановить игру.

— Тренер, — говорю я.

— Выходи.

Я перемахиваю через борт.

— Маккинли!

Джек слышит меня, направляясь к скамейке запасных, когда я заменяю его. Наши парни закрывают любую игру, которая пытается проникнуть через их стену. Ник Бриггс отбирает шайбу у одного из нападающих и пробивает себе дорогу.

Ноа выходит на открытое место, занимая его, когда три игрока UMass сходятся на Бриггс. Он переводит шайбу за красную линию и отдает пас Мэддену.

— Вперед! Давайте сделаем так, чтобы это произошло! — Я кричу.

У Мэддена на заднице крутой парень UMass. Это портит его удар, отправляя его в погоню за гусями, чтобы переиграть его.

— Сюда, сюда! — Я занимаю позицию для приема шайбы.

Он посылает удар так быстро, что я ловлю его на свою клюшку, чтобы проконтролировать. Затем я ухожу, бросаясь в атаку.

Когда игра развивается быстро, вы должны быть быстрее. Не только для того, чтобы видеть, что происходит, но и для того, чтобы быть на два шага впереди других парней.

Я преуспеваю в том, что могу читать лед за считанные секунды, когда на меня оказывают давление. Я нахожу свое начало. Звук, когда я бью по шайбе, — это чистое, блядь, волшебство.

Как только он попадает в сетку, я ищу в толпе лицо Майи в той секции, где она сидит.

— Черт возьми, да, чувак! Это было чертовски красиво, — говорит Ноа.

— Дай мне две минуты, — говорю я в спешке, когда он наталкивается на меня для праздничных объятий.

— Ок.

Он направляется к нашему менеджеру по экипировке, держа клюшку, чтобы сменить ее перед началом следующей игры. Пара наших товарищей по команде меняются местами.

У меня как раз достаточно времени, чтобы добраться до секции Майи. Она перестает хлопать в ладоши и улыбаться от волнения, а затем таращится на меня, когда я машу ей рукой.

Все вокруг нее в студенческой секции Хестона возбуждаются, скандируя мое имя. Она обводит взглядом присутствующих, широко раскрыв глаза. Я показываю на сетку UMass, затем на нее, рот растягивается в широкой улыбке, когда до нее доходит, что я делаю.

— О, мой бог. — Ее слова едва слышны, заглушенные окружающими нас звуками, но я разбираю их, читая по ее пухлым губам.

Она прячет лицо, плечи трясутся от смеха. Ее подруга подталкивает ее локтем, пока я жду.

Часы не начнут снова, пока шайба не упадет. У меня не так много времени, и я рискую получить штраф, если задержу игру. Судья предупреждает меня, чтобы я приводил свою задницу в порядок, резким свистком, но я не двигаюсь, пока она не узнает.

Я стучу по стеклу перчаткой.

— Майя! Давай, детка. Ищи меня. Это важно.

Наконец она опускает руки и встречается со мной взглядом. Ее смущенное раздражение чертовски мило.

Я наклоняюсь ближе, мой шлем упирается в плексиглас (прим. защитное стекло), когда я произношу «это было для тебя». Она медленно улыбается мне, криво качая головой. Я киваю, посылая ей воздушный поцелуй, от которого ее щеки приобретают самый красивый оттенок розового.

Фанаты в секции кричат ей в знак поддержки. Когда она встает, чтобы прижать ладонь к стеклу, где лежит моя перчатка, они сходят с ума, разражаясь неистовыми возгласами.

С самоуверенной ухмылкой и подмигиванием я отталкиваюсь от доски. Судья бросает на меня недовольный взгляд, когда я останавливаюсь в центре льда.

— Закончил со своей девушкой? — Центрфорвард UMass усмехается.

Уголок моего рта приподнимается, когда я опускаюсь в позицию, чтобы помериться с ним силами.

— Я никогда с ней не закончу. Теперь мы готовы поиграть в хоккей, принцесса? Или вы, ребята, планируете еще немного покататься на коньках со своими членами в руках?

Его возмущенный рык смешон. Я ухмыляюсь, поправляя хватку клюшки, готовый к тому, что шайба ударится об лед.

Чертовски приятно, когда я выигрываю у него вбрасывание.

Еще лучше, когда мы берем победу за эту игру.

И зная, что Майя будет ждать меня после того, как она посмотрела, как я играю?

Сладкая, блядь, победа.

МАЙЯ

После игры мы переместились в Лэндмарк. У меня болит живот от смеха. Истон продолжает обнимать меня за талию, чтобы поддержать.