Чтение онлайн

– Нет, парень, – ответил Джеймс. – Ты мне нужнее здесь. Будешь вместо меня охранять Эллин.

– Но, сэр, – возразил Нед, – вы ведь сами обучили меня фехтованию. Я мог бы прикрывать вашу спину. Позвольте мне поехать с вами.

– Ты мне нужен здесь, Нед, – повторил Джеймс, – чтобы прикрывать мое сердце.

Юноша замолчал, кивнул и попытался улыбнуться, когда Бритта от всей души благодарила Джеймса. Потрепав ее по плечу, он повернулся к Эллин. Она зажала рот рукой, глаза ее наполнились слезами, и Джеймс стиснул зубы. Нужно держать себя в руках: если он будет слишком долго смотреть на нее, он никогда не уедет.

– Я вернусь за тобой, Эллин, – тихо произнес он, а потом произнес то же самое уже громко, чтобы все, кто находился во дворе, могли его услышать. – Я вернусь за ней! – пообещал он, обращаясь к Роуз.

Та кивнула, схватившись рукой за горло. Наклонившись, Джеймс в последний раз прильнул к губам Эллин.

– Я вернусь, – прошептал он, оторвавшись наконец от нее.

– Я буду ждать. – Эллин опять разрыдалась.

Выпрямившись в седле, Джеймс кивнул своим людям и пришпорил жеребца.

Нейл был уже здесь, Джеймс это чувствовал. Он не спеша въехал в лагерь, ища глазами брата и кузена, а также стараясь найти в толпе знамя Маккарри. Нелегко было отыскать его среди такого скопления народа. В Лохейбер со всей северной и северно-западной Шотландии съехались представители кланов, и людей собралось столько, что яблоку упасть было негде. Джеймс медленно ехал по центральной тропинке лагеря. В стороне от нее стояла группа волынщиков и тренировалась в игре на своих музыкальных инструментах: пронзительные звуки взмывали над толпой, поднимаясь высоко в воздух. Рядом с ними расположились на нежной зеленой травке игроки в кости. Другие стояли тесными группами и беседовали. Те, что были знакомы, хлопали друг друга по спине в знак приветствия либо о чем-то шептались, низко склонив головы. Макдональды из Слита махнули Джеймсу, приветствуя его, когда он проезжал мимо. Маккензи, остановив его, спросил, как дела на востоке. Похоже, все знали, где он был.

– Джейми! Мы здесь! – послышался справа крик Дункана.

Джеймс повернулся в седле и увидел кузена. Помахав ему руками, Нейл с Дунканом быстро направились к нему, а за ними, не отходя от них ни на шаг, шагал паренек из клана Маклаудов. Джеймс спрыгнул на землю и сразу угодил в объятия Нейла, который дружески похлопал его по спине. Потом ту же процедуру проделал и Дункан.

– Ты совсем не изменился, – заметил Нейл.

– Все еще влюблен? – ухмыльнулся Дункан.

Джеймс кивнул:

– Мы обручились. Дали в церкви друг другу обет верности.

– Я счастлив за тебя, Джейми, – тихо сказал Нейл.

– Спасибо. – Джеймс почувствовал, что беспокойство, снедавшее его, пока он добирался до Лохейбера через всю Шотландию, исчезает. Все у них с Нейлом будет хорошо.

Дункан первым направился к лагерю.

– Наш отряд расположился вон там. Нейл должен был встретиться с другими вождями, но он знал, что ты приедешь, так что мы решили тебя дождаться. Приятно, когда мы не одни, а в хорошей компании.

– И в какой же мы компании? – улыбнулся Джеймс.

– Приехали Гленгарри, Кеппох, Килганнон и Грант, – ответил Нейл.

– Грант? – удивился Джеймс.

– Да, – подтвердил Дункан. – Твой приятель Дэвид где-то здесь. Я его не видел, да, признаться, и не очень-то искал.

Джеймс расхохотался:

– Я оставил его с женщинами! – Он помахал рукой членам клана, которые уже спешили к нему, чтобы с ним поздороваться. – Когда мы выступаем?

Дункан воздел глаза к небу:

– Пока еще об этом и речи нет. Сначала будем разговоры разговаривать.

– Это верно, – подхватил Нейл. – Поговорить нам придется. Нелегко было собрать членов клана вместе, а уж проследить за тем, чтобы они не разбежались... На это стоит посмотреть.

– Ну, Данди наверняка с этим справится, – заметил Джеймс.

Нейл с Дунканом переглянулись.

– Он уже уехал к Грэмам, – улыбнулся Дункан.

Нейл кивнул. Лицо его приобрело задумчивое выражение.

В лагере царило праздничное настроение. У каждого клана был свой участок, однако люди свободно расхаживали по всей территории, запросто заходя друг к другу в гости. Бывшие враги, они трапезничали вместе, обменивались шуточками, подкалывали друг друга. Были также вполне предсказуемые разногласия, бурные споры о том, кто какое место займет в предстоящих сражениях, на кого Данди обратит свое благосклонное внимание.

Джеймс, опасавшийся, что его не пропустят к Данди, вскоре убедился, что страхи его напрасны. Как только кузен Эллин его увидел, он тотчас же сам к нему подошел и спросил, кто он – Джеймс или Нейл? Убедившись, что это Джеймс, Данди радушно приветствовал его в Лохейбере и поинтересовался, как поживает Эллин. Джеймс рассказал ему, что когда он уезжал, с Эллин было все в порядке, с ней остались Би и Роуз, не утаил он и про смерть Малдена. Данди потрясло это известие, и он попросил рассказать ему обо всем подробнее. Джеймс выполнил его просьбу и упомянул о своих подозрениях насчет участия Фрейзера во всей этой истории. Внимательно выслушав его, Данди предложил вместе отыскать Фрейзера, когда закончится война. Джеймс с радостью согласился.

Казалось, кузен Эллин успевает везде: встречает вновь прибывших, до самого рассвета ведет переговоры с вождями кланов, следит за порядком в лагере.

Многих радовала готовность Данди выступить в поход с шотландскими горцами и не предпринимать никаких шагов, не посоветовавшись с ними.

Он объединял людей своими зажигательными речами, заверял вождей кланов, что те получат вознаграждение от короля Якова за участие в этой войне, обещал, что все их затраты будут возмещены. Однако от Джеймса не укрылось беспокойство, притаившееся в его глазах.

И в глазах Нейла – тоже. Нейл теперь был постоянно занят. Джеймс видел, как изменился его брат, как он становится лидером – что Нейл им станет, Джеймс знал всегда. Это было приятно, однако в то же время Джеймса томило чувство утраты. Нейл занимался делами, которыми ему никогда не суждено будет заниматься. Он стал вождем клана не только на словах, но и на деле. Вновь, уже во второй раз, жизнь пыталась развести близнецов: первый раз – когда Джеймс познакомился с Эллин. Это совершенно естественно, убеждал себя Джеймс, так и должно быть. И все-таки ему было грустно от того, что нити, связывающие их с братом, начали ослабевать.