Шрифт:
Легенда первая. Крик Кармы
Женщины-воительницы готовились к приезду западного племени Аташи. Расставляли дополнительные шатры, подогревали купальни, украшали главную площадь шкурами и рогами животных. Их привычный мир в который раз рушился, но они и не думали отчаиваться. Они готовились праздновать свое поражение особым способом.
Королева некогда великого матриархального рода Канари ходила меж шатрами, раздавая женщинам указания. Она улыбалась, шутила и хлопала самых отважных и приближенных к ней воительниц по плечам. Никто бы не смог распознать страх и тоску, затаившихся в ее израненной душе. А ведь королева Карма боялась как никогда. Сегодня был судьбоносный день. Впервые в жизни она доверит свою судьбу и судьбу всего племени… мужчине.
Подумать только! Да ее мать и бабка отказались бы от Кармы, узнай они о ее отчаянном решении. Но разве был у нее выбор? Северные кланы ликанов все чаще нападали на ее женщин. И если бы только воровали запасы на зиму, но ведь и убивали, и насиловали, и брали в рабство. Она больше не могла им противостоять.
Раньше, во времена правления царицы Сиры, мужчины поклонялись женщинам – сосудам жизни. Но глупый и жадный бог войны Кайр убил Сиру и принес в земли иных разруху, нищету, вымирание. Канари боролись до последнего. Увы, с каждым десятилетием их становилось все меньше, и держать оборону было все сложнее.
Дахр, верховный воин западного племени иных стал спасением Кармы. Несколько лун назад, пытаясь отбить атаку ликанов на восточной границе, Карма с сестрами едва не погибли. Но Дахр со своими сыновьями помогли ей. И каково же было удивление Кармы, когда мужчины не потребовали платы. Они принадлежали к тем иным, кто все еще помнил власть женщин над мужчинами. Дав Карме и ее женщинам отоспаться и набраться сил, Дахр пригласил ее на личный разговор. А после и вовсе немыслимо! Предложил их племенам объединиться в борьбе с общим врагом – северными ликанами из клана Диких. Тогда Карма резко отказала верховному воину Аташи, и поспешила вернуться домой. Она и подумать не могла, что после очередного набега врагов сама пошлет гонца к Дахру со своим согласием и обсуждением сделки. Ответ пришел незамедлительно. Верховный Аташи предлагал закрепить слияние племен браком Кармы и его старшего сына – Арана. Карма помнила высокого темноволосого мужчину, который дрался с ней бок о бок. Он не вызывал в ней отвращения, даже был мил глазу, и она согласилась.
Торжество было назначено на восход полной луны. В эту ночь.
Воительницы встали в два ряда, образовав широкий коридор для гостей. Женщины были взволнованы предстоящим событием. Но не все из них обрадовались решению королевы, многие были возмущены и не могли скрыть презрения на лицах, когда мимо проходили иные мужчины. Западное племя славилось разнообразием своих воинов. Если женщины Канари принадлежали к одному роду, то мужчины Аташи представляли собой сборную солянку из наемников всех рас.
В конце колонны стояла Карма, ожидая Дахра с Араном. Металлический нагрудник отражал свет костров и подчеркивал статус королевы племени. Дахр, подойдя, подал ей руку, как равной себе, и за его спиной показался Аран. Молодой мужчина осмотрел невесту и довольно улыбнулся, оголив острые клыки. Карма почувствовала облегчение. Ее не смущала вампирская сущность ее будущего мужа. Главное, что он был достаточно силен, чтобы голыми руками убить дюжину ликанов. На целую секунду она даже смогла представить их совместную жизнь. Это было хорошим знаком.
Но неожиданно в толпе раздался рев зверя.
– Ликан, – выкрикнул кто-то из женщин, лязгнув мечем.
– Свои! – тут же закричали мужчины.
А уже через секунду к Карме выскочил незнакомец. Он пал у ее колен и сжал ее ноги, уткнувшись носом в живот. От поразительной наглости королева едва не задохнулась. Но совсем ей стало дурно, когда ликан с рыком заявил:
– Моя!
Она в ужасе уставилась на злое лицо Дахра и попыталась оттолкнуть от себя ликана, но все было тщетно. Тот и не думал ослаблять хватку.
– Рут! – процедил Дахр. – Знай свое место. Сейчас же отпусти королеву.
Мохнатая макушка, которую Карма имела сомнительную честь созерцать, лишь крепче зарылась под ее кожаную юбку. Ее терпению пришел конец. Достав клинок, она оттащила мужчину за волосы и приставила лезвие к его горлу. На секунду ее поразил океан, таившийся в его глазах. Столь яркого голубого цвета, что даже в лунную ночь было ясно видно.
– Видит луна, видит небо и звезды, – прошептал мужчина, – что ты моя. Моя дайра. Единственная. Ради тебя я буду жить. А без тебя погибну.
Никогда прежде мужчина не говорил ей подобных слов. Карма знала, что однажды встретив дайру, ликан уже не мог думать о других женщинах. И теперь, как гром среди ясного неба, этот мужчина утверждал, что она его единственная.
– Забери его, – процедил король Дахр.
Аран тут же достал свой меч, резко дернул за руку Рута и прижал лезвие к его горлу.
– Что происходит? – пораженно спросила Карма. Ей все еще было трудно осознать услышанное.
– Это правда, – заявил Дахр. – Рут не врет. Ты пара ему. И он не сможет жить, зная, что ты принадлежишь другому. Он попытается убить моего сына и любого, кто будет претендовать на тебя. Он будет мешать.
Карма перевела взгляд на лицо ликана. Длинная борода и растрепанные волосы почти скрывали все черты. Но эти глаза… Они так странно манили ее. А его слова… «Ради тебя я буду жить». Святая Сира, как бы ей хотелось, чтобы кто-то жил ради нее. Оберегал. Заботился. Чтобы хоть раз ей довелось побыть слабой. Довериться, зная, что есть кто-то сильнее ее. Но сила эта не во вред ей, а во благо.
Она смотрела в глаза-океаны и видела обреченную покорность. Смирение. Рут понимал, что так не во время влез в важное событие со своим естественным порывом. И он был готов принят смерть во благо племени. Во благо его женщины.
– Разве нельзя обойтись без жертв? – спросила Карма Дахра. – Зачем тогда это все? – Она развела руками, обводя взглядом иных мужчины и женщин. – Мы хотим объединиться ради совместного будущего. В мире, добре и порядке. Так зачем начинать его с пролития невинной крови?
Женщины, уставшие от войн, поддержали свою королеву одобрительным воем. Остальные промолчали. Мужчины же ждали решения своего короля. Но Дахр был непреклонен. Он так и заявил, что не будет единства меж их племенами, пока не произойдет соединения двух родов.