Чтение онлайн

Мы следовали за ним так быстро, как только могли, стараясь удержаться на отвесном склоне. Кассий мчался впереди, даже не озаботившись вытащить оружие. Взобравшись еще выше, он спрыгнул со стены прямо на бронированную башку ближайшей твари. А затем, с трудом балансируя на продолжающем движение звере, командор извлек силовой меч и нанес удар.

Огромный броненосец, похоже, ничего не заметил.

— Назад! — выкрикнул я. — Назад! Занять огневые позиции!

Издали казалось, что твари ползут медленно, но вблизи их скорость ошеломляла. Выглядело это так, словно нам навстречу несся «лендрейдер», балансирующий на единственной гусенице.

— Оставайтесь на стене! Держитесь выше! — рявкнул в шлемах голос Кассия.

Он снова ударил. Я оглянулся через плечо. На сей раз зверюга ответила на удар взмахом головы, который чуть не сбросил Кассия с его насеста. Однако в следующую секунду броненосец возобновил движение, и командор сумел восстановить равновесие.

Скауты изготовились стрелять, но я не спешил отдать команду, так как опасался, что залп заденет командора.

— Цельтесь поверх меня! — приказал Кассий.

Мы выпустили ливень зарядов, пролетевших над головой командора. Тот пригнулся и снова вонзил меч в бестию. Он нанес удар в правую боковую часть головы зверя, ниже того места, где стоял. Тиранид чуть сбился с курса, но затем вернулся обратно.

— Еще!

Он ударил. Мы выстрелили. Тварь нависла над нами, словно мы были горсткой насекомых.

— Еще! — выкрикнул командор в последний раз, когда до столкновения осталось не больше секунды.

Он по самую рукоять всадил клинок в башку зверя, а мы дали залп. Чудовище наконец-то отреагировало. Оно съежилось, отползая подальше от выстрелов, и лениво потянулось к причиняющей боль булавке. Его вес сместился, и передняя часть туловища оторвалась от стены. В первый раз показались огромные поры и присоски, помогающие гиганту удерживаться на склоне. Когда они отлипли, вес тиранида сместился еще больше, и еще больше присосок оторвалось от поверхности. С силой идущего на таран боевого корабля броненосец медленно обрушился на соседа, ползущего сбоку. Оба чудовищных зверя на секунду замерли, оглушенные столкновением. Над ними в строю тиранидов образовалась прореха. Никому из нас не надо было объяснять, что делать.

Мы помчались к отверстию, пока броненосец не очнулся. Когда мы влетели в расселину, образовавшуюся в хребте, тварь вновь присосалась к подложке и поползла обратно. Стены сдвигались вокруг нас, и я из последних сил бросился вперед. Кольцо замкнулось, но мы уже прорвались на другую сторону и заскользили по толстому слою слизи, оставленному тиранидами. На краткий миг мне удалось восстановить равновесие, но тут Хвигир врезался в меня, и мы оба покатились вниз. Мы съехали по стенке пещеры и плюхнулись в лужу густой слизи, скопившейся на дне.

Перекрывая стоны и проклятия, доносившиеся из вокса, я велел отделению отчитаться. После короткой заминки они ответили. Медленно, стараясь не упасть снова, я встал на ноги и проверил, как дела у остальных. Кассий тоже поднимался. Хвигир держал тяжелый болтер над головой, чтобы тот не намок. Наррон и Пазан соскребали с себя мерзкую жижу, а Вителлий просто стоял как столб, с ужасом оглядывая свои вымазанные слизью доспехи.

— Я весь извалялся в дерьме, — сообщил он.

Меня так и подмывало сказать, что это дрянь мало чем отличается от вонючего болота, в котором он родился, однако я удержался. Сейчас у нас были дела поважнее.

— Послушники, встать. Проверить оружие. Проверь оружие! — рыкнул я на Вителлия. — Приведите себя в порядок, нам надо двигаться дальше.

Я отошел чуть в сторону, чтобы проверить собственный пистолет, и не сумел удержаться от мысли, что еще ниже упал в глазах новобранцев. Кассий расхаживал вокруг них, лично поздравляя каждого. Плевать. Как только я доставлю его на «Сердце Соты», попрошу о переводе в боевое подразделение. Отказать мне они не смогут.

Я услышал, как Вителлий спрашивает остальных:

— Как думаете, что это за место?

— Паршивое место, — отозвался Хвигир.

Наррон уже работал над гипотезой:

— Может, что-то вроде пищеварительного тракта. Или вентиляционная отдушина.

— Может, ствол биопушки? — предположил Пазан.

— Здоровенная получается пушка, — буркнул Вителлий. — Я только надеюсь, что ничего крупнее из этой дыры не полезет.

На этот раз я не стал мешать их глупой болтовне. Я проверил пистолет, и — слава Императору — он был в порядке. Недаром наше оружие сохраняется сотни лет. Сунув пистолет в кобуру, я активировал ауспик, чтобы посмотреть, что нас ждет впереди. Взглянув на показания, я перезагрузил прибор. Показания не изменились. По инерции я сделал пару шагов, но разум мой в этом не участвовал. Он застыл от ужаса. Что-то огромное двигалось нам навстречу по жерлу пещеры. Это был не броненосец, не карнифик и даже не биотитан, а та самая искра жизни, о которой говорил Кассий. Впереди росло и кормилось существо, готовое появиться на свет, — существо, во много раз превосходящее все, что мы видели прежде. Отпрыск «Кракена». Еще один корабль-улей.

— Брат Тиресий?

Лейтенант остановил меня, когда я шел по коридору «Сердца Соты».

— Брат Адрий? — удивленно отозвался я. — Я полагал, что вы сейчас в отлучке вместе с магистром Фрасием.

— Мы только что вернулись, — отрезал лейтенант, окидывая меня тяжелым взглядом. — Магистр желает тебя видеть. Иди за мной.

Он зашагал прочь, ожидая, что я за ним последую. После минутного колебания я подчинился. Лейтенант не сказал больше ни слова, так что мы двигались в угрюмом молчании. Он довел меня до покоев магистра и ушел. Залы были еще погружены во мрак, мозаики по стенам оставались неосвещенными. Комнаты не ждут возвращения хозяина, так же как и мы. Я ожидал другого. Мы думали, что загодя узнаем о возращении магистра и успеем подготовиться, чтобы решительно предъявить ему наши требования. Но он пробрался на корабль как вор в ночи и застал нас врасплох.

Между панелями одной из стен прорезалась щель, и залу затопил свет. В облаке этого света стоял магистр Фрасий. Кажется, я уже описал вам характер нынешнего магистра ордена: осторожный человек, незначительный человек; человек, который во всем уступает своим предшественникам; возможно, отчаявшийся; мелочный, склонный делать ошибки. А теперь я хочу, чтобы вы стерли из памяти этот образ. Без зерна величия в душе ни один смертный не может стать космодесантником, и ни один космодесантник не может стать магистром до тех пор, пока не обретет хотя бы часть этого величия. Фрасий не был исключением, и за последние несколько лет он достиг еще большего.

Магистр отличался недюжинным ростом и мощным, даже по нашим меркам, телосложением, но лицо его оставалось худощавым. Его длинные черные волосы не тронула седина, в то время как магистр Торкира уже совершенно поседел, и бороду он подстригал короче, чем предшественник. Фрасий носил неброскую мантию цветов нашего ордена, а под ней церемониальную кирасу из чешуйчатой брони, свободно застегнутую на груди. Я знал, что магистр был свирепым бойцом, искусным тактиком и человеком непоколебимой храбрости, но в тот момент видел в нем лишь препятствие, вставшее на пути ордена к уготованной нам судьбе.