Легенды танкистов

Заскучавший ефрейтор Ганс Шмульке сидел на подоконнике в немецкой казарме и пытался подобрать на губной гармошке слышанную недавно у иванов мелодию «U samowara ja und moja Masha». Получалось не очень…

Информационный щит у домика диспетчерской, где экипажи получали задания, свидетельствовал, что сервер на перезагрузке второй час — можно побездельничать или, наоборот, заняться чем-нибудь полезным. Со второго этажа были видны открытые створки дверей ангара, за которыми вырисовывался огромный силуэт — ясно, опытный командир «Мауса» инструктирует новичков: командование намедни приобрело супертяжелый Е-100 и первые выезды на новинке были не самыми удачными, портя руководству статистику.

Со стороны библиотеки доносились жизнерадостный хохот и шуточки про лягушатников — экипажи с восторгом изучали поступившую документацию о машинах французской ветки. Шмульке отложил гармошку, понимающе ухмыльнулся и выглянул из окна — справа, сразу за плацем и принадлежащей американцам казармой виднелась синяя ограда, за которой суетились рабочие, именуемые иванами непроизносимым словом «tadjiki»: строительство жилых помещений и ангара для французов шло полным ходом, наверное скоро доставят первый контингент. Во смеху-то будет…

Между прочим, недавнее появление такой экзотики, как китайский экипаж, произвело фурор что у немцев, что у соседей. На новоприбывших явились посмотреть даже ожиревшие от безделья американские самоходчики — поселили китайцев в наспех отремонтированной подсобке, а танк, изрядно смахивающий на сильно понерфленный Т-54, поставили в углу двора под навес. Политрук русских — опытный командир «Черчилля», живший на базе еще со времен ЗБТ, презрительно назвал изделие восточных умельцев «праворульным контрафактом», сплюнул и ушел.

Китайцы, понятно, смертно обиделись, выходили только на утреннюю с вечерней поверки и ради получения боевого задания у диспетчера — ни с кем не общались, поглощали лапшу кастрюлями и с нехорошим интересом посматривали на собаку, спасенную иванами из будки в Пагорках еще в прошлом году. Помянутый комиссар громогласно пригрозил, что если с Жучкой что-нибудь случится, он лично запулит в форточку представителей Поднебесной фугас из СУ-14 без оглядок на пролетарский интернационализм.

— Тоска зеленая, — Ганс Шмульке обернулся на голос. Ага, любимый командир любимого VK4502, унтер-офицер Фюрст. — Если не перезагрузили сервер за час, значит это на полный день…

— Так точно, — подтвердил ефрейтор и сказал, понизив голос, — слышали, за оградой нашей базы аэродром строят? Неужто появится поддержка с воздуха?

— Не думаю, они сами по себе, — вздохнул герр Фюрст, но прервался на полуслове. — Слышишь? Что там опять стряслось?..

Судя по яростным воплям, около русского ангара разгорался безобразный скандал. Неужто опять сцепились экипажи «Пантеры-II» и Т-54, выясняя, кто круче? Этих ненормальных приходилось разнимать по три раза в неделю, сажая всех оптом на гауптвахту после очередной драки.

— Пойдем посмотрим!

Унтер офицер и Ганс Шмульке едва не кубарем скатились по лестнице и, выскочив на плац, направились к разбуянившимся иванам.

— Да это подрасстрельная статья! — громыхал изловивший неведомого злодея мехвод с КВ-220. — Шпион это, товарищи! Рядовой Иванов?!

— Я, товарищ старший сержант!

— Бегом за политработником!

С этими словами здоровенный мехвод (на премиумах у русских ездили внушительные дяди, комплекцией больше смахивающие на медведей) тряхнул за шиворот насмерть перепуганного парнишку в белом комбинезоне с разноцветными буквами «Google», вышитыми над нагрудным карманом.

— Пустите! — слабо вякнул пленный. — У меня служба! Задание!

— Знаем мы ваши задания! На какой разведцентр работаешь?

— Эй, мистер, полегче, — подошли трое американцев из экипажа легкого M2lt. Вели под руки еще одного недомерка в белом, похожего на «шпиона» словно на родного брата.

— Сэр, вы его задушите, аккуратнее! Глядите, мы второго поймали!

— Если быть точным — их трое, — заметил Ганс Шмульке, прислушиваясь к ругани на родном баварском диалекте и звукам сочных оплеух: следующего соглядатая извлекли из командирской башенки «Тигра» в германском ангаре.

— Четверо, — хмыкнул господин унтер-офицер, указав на очень разозленных китайцев гнавшихся с бамбуковыми палками в руках за очередным близнецом. Последний увернулся от удара, спрятался за широкой спиной подоспевшего русского комиссара и пискнул «Спасите!».

— Тихо, тихо товарищи! — командир «Черчилля» поднял руки ладонями вперед, останавливая разгоряченных и тяжело дышащих танкистов из братской КНР. — В чем дело?!

— Сьпиена! — выдохнул китаец. — Biao zi! Za zhong!

— А вот по матушке вовсе не обязательно, — строго указал комиссар, — особенно в присутствии старших по должности и званию… Та-ак, давайте разбираться. Кто такие?

Субъектов в одинаковых костюмах пинками согнали в кучку. У агента, выловленного при осмотре «Тигра», по физиономии расплывался роскошный синяк — похоже, приложили гаечным ключом.

— Изъяли при обыске, — аккуратные германские механики передали русскому блокнотик с записями. — ТТХ, вооружение, модули, личные дела членов экипажей, даже число доппайков и канистр со стопятиоктановым бензином на складе!

— Точно, на высшую меру вполне тянет, — согласился комиссар. — В военное-то время. На кого работаем, граждане?

— На Google! — жалобным хором ответили подозреваемые. Один всхлипнул и разрыдался. — Маунтин-Вью, Калифорния!

— Союзнички, значит? — политработник с подозрением взглянул на американцев. — Жду объяснений!

— Ни малейшего понятия, сэр! — козырнул стафф-сержант Ривера с M2lt. — Частная корпорация, наверное! Промышленный шпионаж!