Шрифт:
Глава 1 Пещера Гингемы
В пещере Гингемы было темно, как в жопе афроамериканца. Холодная сырость пронизывала до костей, да плюс ещё заиндевевшая на северном ветре проклятая кольчуга совсем не добавляла комфорта. Урфин был зол. Зол и голоден. Да ещё в этой долбанной пещере — хоть глаз выколи, да и запах, доложу я вам, совсем не способствовал позитивному настрою. Однако, в данный исторический период — это было самое безопасное место.
Заходить вглубь пещеры с факелом было слишком опасно — повсюду висели всякие сушёные колдовские причиндалы, которые могли вспыхнуть от любой искры. Ну а проводить эксперименты на предмет — как себя поведёт всякое горящее колдунство, низвергнутый монарх Магиланда не имел ни малейшего желания.
А вот деревянный клоун видел в темноте также хорошо, как и при свете солнца. Именно поэтому Урфин и пустил его вперёд на поиск лампы.
Конечно же проще всего было бы послать Гуамоко — он прекрасно знал пещеру и мог спокойно найти и принести этот ведьмин фонарь, однако филин улетел на разведку. Он должен был встретиться со своей филинской братией, узнать обстановку, а также установить — что же случилось со взводом Ватиса.
— Повелитель, правее, — прогундосил Эот Линг, — я здесь, я нашёл.
Добравшись на ощупь до клоуна, Урфин уселся на холодный каменный пол и начал колдовать над лампой. Заправив светильник маслом, он выбрал более менее сухой участок каменистой поверхности и положил на него трут. Ловким, отточенным движением он дважды ударил кресалом об кремень высекая сноп искр, которые воспламенили трут. Через несколько секунд дело было сделано, и Урфин встав на ноги поднял над собой лампу. Мерцающий огонь гингемовского фонаря осветил хищную улыбку клоуна, и теперь можно было смело следовать вглубь пещеры, спускаясь всё глубже и глубже под землю. Продвигаясь вперёд, Урфин старался не задевать свисавшие с низкого потолка пучки сушёных трав, лягушек и больших пауков. Нацарапанные на стенах магические знаки, плясали в колыхающемся свете лампы.
Вскоре, Урфин и Эот достигли чертога с высокими потолками, где располагался очаг.
— Эй, балбес, шуруй к медведю, ты мне больше не нужен, — проворчал Урфин.
Клоун оскалил острые зубы, послушно повернулся и, подражая дуболомам, начал маршировать в сторону выхода, там где держал оборону Топотун. Заодно, медведь охранял рюкзак с книгами, которые Урфин прихватил в библиотеке Великого Гудвина.
Урфин огляделся… Свет лампы выхватывал из темноты всевозможные горшки, банки и кувшины, связки сушёных змей, летучих и обычных мышей, гирдянды сушёных жаб. Джюс поднял лампу повыше и невольно вздрогнул — под потолком свисало подвешенное на цепях семиметровое чучело крокодила.
Ещё будучи в услужении у госпожи Гингемы, Урфин очень долго привыкал к этой жуткой туше гигантского чудовища. Ему всегда казалось, что эта тварь сейчас порвёт цепи и набросится на него. Полностью отделаться от страха перед монстром так и не получилось, а теперь крокодилья тень на потолке обзавелась двумя жуткими нетопыриными крыльями — именно эта тень и напугала Урфина. Всему виной была летучая мышь, которая сидела на шесте ниже крокодила, и чья тень слилась с тенью гигантского чучела — образовав некое драконоподобное чудовище.
— Ууу, тварь! — Урфин погрозил летучей мыши кулаком.
— Мама твоя, — мышь не полезла за словом в карман.
Урфин сплюнул и грязно выругался. «Ну ничего, повякай пока. Появится Гуам — разберётся с тобой» — подумал он. Когда-то на этих шестах восседали величественные филины, одним из которых и был Гуамоколатокинт, который теперь должен был найти своих бывших коллег.
Урфин продолжал осматривать пещеру… Дрова частично превратились в труху, но в целом годились для костра. А что поделаешь — хочешь-не-хочешь, а придётся пока обживаться здесь. Домой соваться нельзя — там наверняка уже рыщут приспешники Према Кокуса. Да и вообще, что касается Блюланда то в этих краях его будут искать сильнее всего. Но всё-таки Урфин пошёл на риск — ему необходимо было добраться до книги Гингемы. Он уже один раз положился на грубую силу и всё это закончилось полным крахом. Однако, он хорошо умел учиться на своих ошибках — без этого из него никогда не вышло бы хорошего столяра.
А сунуться в пещеру Гингемы никто не посмеет, да что там сунуться — близко подойти никто не решится. Так что здесь можно будет забазироваться, собирать информацию и думать, что делать дальше.
Разведя костёр, Урфин довольно прищурился и усевшись на табурет протянул к огню руки и ноги. Он чертовски замёрз пробираясь через горный перевал и теперь блаженное тепло потекло по жилам. Жрать хотелось, как бегемоту, но дело было прежде всего. Немного обогревшись Урфин встал и направился к тяжёлой дубовой двери, той что вела в спальню Гингемы. Возле самой двери ему стало не по себе. Липкий ужас стал пробираться в душу. Урфин переложил лампу в левую руку, а правой выхватил палаш. Он подцепил клинком створку и тяжёлая дверь со скрипом отворилась. Комната размерами совсем не удивляла, а скорее даже наоборот, и большую её часть занимала кровать. Мыши, испуганные светом лампы, с визгом бросились кто куда, покидая изгрызанную перину колдуньи. Больше в комнате никого не было. Рядом с кроватью стоял небольшой грубый стол, на котором лежала большая книга Гингемы.
Ну наконец-то! Хоть книга на месте! Урфин облегчённо выдохнул — хоть тут удача от него не отвернулась.
Что поразительно — книга было совершено не тронута мышами. Видимо та жуткая аура, что исходила от этого фолианта, отпугивала даже мышей.
Да что-то там мышей?! Ещё год назад ему бы и в голову не пришла мысль, чтобы хотя бы прикоснуться к этой жуткой книге, представляющей из себя огромный том на несколько тысяч страниц в переплёте из человеческой кожи и обитый серебряными бляхами покрытиями колдовскими знаками. Но теперь ему, категорически, нужны были ответы на его вопросы и они наверняка были в этой страшной книге.
Вполне возможно, что ответы на вопросы были и в огромной библиотеке Изумрудного Города, однако у него не было времени на изучение такого количества книг, и помочь ему было некому — смотритель библиотеки смылся во время взятия города и залёг на дно, а полиция так и не смогла его найти. Урфина тогда очень сильно задел тот факт, что этот идиот смотритель остался верен этому тупому чучелу огородному, которое наверняка и читать-то не умеет. А ведь он — Урфин — мог его приблизить и возвысить. Без обмана. Он разослал глашатаев по всему городу, которые от имени нового короля обещали смотрителю целое состояние за возвращение на службу. Урфину очень нужны были знания хранящиеся в библиотеке, а без смотрителя там сам чёрт ногу мог сломать. Нет, это действительно уму непостижимо — ну как образованный человек мог сохранить верность тупому огородному пугалу?! Пугалу?! Безмозглому мешку с соломой… И всё это вместо того, чтобы коротать вечера за благородным напитком в компании человека, с которым можно обсудить прочитанное, поспорить, подискутировать… И к тому же — всё это за огромные деньги. И вместо этого идиот смотритель предпочёл какие-то демократические ценности…
Но делать нечего — пришлось Урфину Джюсу пытаться во всём разобраться самому.
А затем началась война…
Штаты опять послали агента Элли, которая подняла восстание в отравленных демократией провинциях. И вскоре НАУД (Непобедимая Армия Урфина Джюса) была разгромлена и вновь на престол уселась штатовская марионетка — чучело огородное. Страшила Мудрый… Обоссаться… Страшила, сука, Мудрый… Это всё равно, что — безрукий мастурбатор. Однако, силы за чучелом стояли более чем серьёзные и теперь он — Урфин Первый, могучий Король Изумрудного города и всего Магиланда сидел в этой обгаженной мышами пещере и боялся собственной тени.