Чтение онлайн

Ничего не соображающая Лена, подумав о некрасиво растущем животе и вытаращившись на странную надпись «оргазм», разумеется, выбрала его. Не прошло и пары секунд, когда внизу живота стал разгораться пожал. За несколько ударов сердца он из нежного тепла превратился в безумно приятный огонь с пульсацией, щель между губок намокла. В промежности засвербело так сильно, как никогда не свербит в носу перед чихом, когда понимаешь, что не чихнуть невозможно. Наплевав на все и вся, Лена, просунув руку за резинку трусов, сделала несколько скользких продольных движений. Неописуемо сладких. И разрядилась… оргазм прежде всего поразил ее четко ожидаемой неизбежностью. Никогда так небывало, никогда не появлялась твердая уверенность в наступлении пика сексуального наслаждения, всегда имели место сомнения. Но вдруг, появляется знание, что стоит лишь чуть-чуть постараться…

Сладкий стон сдержать не смогла. На ногах устояла с трудом. Раза три приседала на ватных конечностях, пропуская по бедрам волны судорожного наслаждения, вцепившись левой рукой, сигарету давно потерявшей, за перила балкона. Но самое необычное ощутила потом, когда пик наслаждения схлынул, оставив приятную расслабленность — это чувство горечи, которое поселилось в горле, будто она накурилась на неделю вперед. Желание вдохнуть табачный дым пропало бесследно, словно его никогда и не существовало.

Муж ничего не заметил. Дети тоже. Возможно, из соседних домов кто-то что-то увидел, но наверняка ничего не понял. Вышла баба на балкон покурить, почесалась, повисела на оградке и забыла зачем выходила. Дура какая-то.

Лена обработала грибы, пожарила с яйцами, луком, картошкой, запекла под корочкой сыра, в общем, сделала вкуснятину с невыговариваемым названием. Добавила чесночно-сметанный соус и вуаля, ужин готов. Пальчики оближешь! При этом во время готовки непрерывно трещала по телефону, пользовалась ватсапом и вайбером, общаясь по видео; хвасталась кулинарным умением и, разумеется, не удержалась сообщить всем про обновку. Странно было, что дети и муж новейший айфон не замечали. Видеть, конечно, видели, но оставляли без внимания. Лене даже обидно стало. Ждала от Сереги концерт со сценой ревности и такой облом!

Во время ужина, когда дети как обычно похватали порции и скрылись в своей комнате, с чем безуспешно боролся исключительно нынешний муж, а не пофигинская мамаша, Лена специально выложила смартфон на стол.

— Не видишь, что ли. Серега? — не выдержала Дена.

— Что? — удивился муж, жуя запеканку и запивая ее пивом.

— Айфон у меня, видишь?! — Лена покрутила аппаратом перед носом мужа. — Последний, между прочим! Как наша машина стоит, дурак ты безглазый! — приврала, не поморщившись. Лишь бы внимание обратил. — На, изучи! — с этими словами в сердцах бросила ставший ей ненавистным прибор рядом с тарелкой мужа. А хотела попасть, кривоглазая.

— О-ох, — искренне простонал Сергей и все-таки отвлекся от вкусной еды. — Вечно ты проблемы из обычной херни высасываешь… сколько можно, Лен! Втемяшится тебе в бошку херня какая-нибудь — не выбьешь! — с этими словами все-таки взял телефон в руку. — Что ты от меня вообще хочешь, не пойму. Ну, поменяла мобилу, и что? Восхититься?

Лена сжалась от нехорошего предчувствия. Сердце колотилось как бешенное.

— Айфон семерка, старенький, заблокированный. Ну, махнула зачем-то на свой Самсунг, и что? Один к одному примерно. Я танцевать должен что ли? Ланка, я всегда тебе говорил, не гонись за понтами, но ты же не слушаешь, делаешь все по-своему… пользуйся, что я тебе еще сажу? Флаг в руки. Двадцатка ему цена максимум, а не наша ласточка, не гони, дура.

У Лены в голове будто лопнуло. Как? Новенький Айфон 13 спутать с характерной «Семеркой»? И дети внимания не обращают, и ведет себя аппарат волшебным образом, и найден был в бересте, и воздействует, и… мысли запутались напрочь. Но на «дуру» механически отреагировала.

— Сам дурак…

Все подтвердилось. Сомнения отринуты. Она стала обладателем артефакта, можно сказать, магического или колдовского — назови как нравится. В это не верилось. Точнее, не вписывалось в картину мира, усвоенную с малолетства, но факты… факты вопили об обратном. Разбираться с ними и разбираться, изучать и изучать возможности…но как? И что он, амулет, потребует взамен? Сердце Елены екнуло, и она полезла искать то самое пропущенное, подписанное не глядя, «Пользовательское соглашение». Увы, не нашла. В панике прислушалась к самочувствию и ничего необычного не ощутила. Еще раз покопалась в телефоне и ничего странного не выявила. Разве что заряд батареи всегда показывал сто процентов без подключения зарядного устройства, которое, кстати, к нему не прилагалось. Лишь размещение беспроводной зарядки имелось. Да и то одна видимость — это чувствовалось.

Разумеется, если суммировать обстоятельства находки, странные надписи, а главное, события на балконе при попытке курения, то любой здравомыслящий человек сразу догадался бы о ненормальности странного аппарата, о невозможности его существования в принципе, но Лены приняла его без раздумий.

— Пойдем, покурим, — предложил осоловевший от еды и пива, сытый до отрыжки Серега.

Вышли на балкон. Из-за хронического безденежья до сих пор незастекленного. В отличие от соседских сплошных стеклопакетов.

Лена, до сих пор пребывающая в сумятице чувств и мыслей, автоматически вытащила сигарету и сунула ее в рот. Зажигалку Серега поднести не успел. Острейшее чувство практически мгновенного возбуждения сковало ее крепче булатных цепей. Низ живота полыхнул объемным разрывом, влага в трусы хлынула, показалось, водопадом, сердце ухнуло и заколотилось на зависть барабанщику из «Бони-эм», румянец обрызгал лицо как будто из лейки, и нестерпимо захотелось залезть между губок рукой и натереть там все до чего можно дотянуться до изнеможения. Кончить жаждалось так сильно, как никогда ничего в жизни не желалось. Даже то, что случилось примерно три часа назад при предыдущей попытке отравиться никотином с нынешними ощущениями рядом не лежало. Хотя тогда казалось, что дальше некуда.

Пулей, ничего не соображая, опираясь на жалкие остатки стыда и общепринятые нормы морали, Лена улетела в туалет. Не включая свет, не закрывая дверь, женщина, ломая сигарету о резинку трусов, одним только указательным пальцем доставила себе такое наслаждение, что описать его невозможно…

— Тебя понос пробил, что ли? — голос Сергея доносился сквозь вату, и смысл сказанного до Лены не доходил. Она летала в космосе, умирала и рождалась, нестерпимо сладкие судороги трясли все тело, концентрируясь а бедрах.

— Не стони, детей от игры оторвешь, — со смехом комментировал муж, от сытой лености не желая пойти проверять — что это за звуки издает жена, из-за чего. О том, что она банально кончает он не просто не догадывался, его и тенью мысли подобное предположение не посетило.

Лена приползла на балкон, когда в руке у Сереги оставался дымящийся фильтр. Хотелось хапнуть свежего воздуха на волне полного счастливого удовлетворения. И между ног проветрить — мокрые трусы ушли в стирку. Подмываться почему-то не тянуло.