Чтение онлайн

– Верхотурцев Александр Трофимович! Награждается орденом «За заслуги перед Отечеством, второй степени, с мечами»! – возгласил церемониймейстер. Александр Трофимович пошел на подиум, и ему вдруг показалось, что под ногами у него не ковер, а плещущее море, и по этому морю плывет глазастая лодка, и в лодке стоит Президент, его спаситель.

Александр Трофимович шел по ковру и одновременно видел себя, идущего по зеленым волнам Средиземного моря. Две живущие в нем сущности раздвоились, мгновение держались порознь, и снова сошлись, когда рука Президента протянула ему драгоценный орден. Золото, серебро, вишневого цвета эмаль. Пальцы Президента коснулись груди Александра Трофимовича. Он почувствовал, как лег на грудь литой крест, сердце замерло в перебое.

– Поздравляю с наградой, Александр Трофимович, – произнес Президент. Александр Трофимович вместо ответа: «Служу Российской Федерации», смешался и вымолвил:

– Да, да, я благодарен! – заметил, как слабо улыбнулся Президент, извиняя его оплошность.

После награждения все перешли в Андреевский зал, где были накрыты столы, и служители разносили шампанское.

Президент с бокалом обходил награжденных и чокался.

– Как ваша нога, Степан Игнатьевич? Мне сказали, что кость срослась, – поинтересовался он у раненого офицера ФСБ. Президент мягко чокнулся с офицером.

– Мальчик, которого вы спасли, ведь он избранник, – Президент чокнулся со спасателем, на груди которого лучился орден. – Как знать, быть может, вы спасли будущего Президента России.

Президент подошел к Александру Трофимовичу. Было видно, как в бокале Президента летят пузырьки, а на щеке белеет слабый шрам от давнишнего пореза.

– Еще раз поздравляю, Александр Трофимович, – произнес Президент, – Операция в Сирии приближается к концу, но во многих частях мира по-прежнему неспокойно, – они чокнулись без звона, и Президент произнес: – Если вам позволит время, Александр Трофимович, задержитесь после церемонии на полчаса. Мне нужно вам что-то сказать, – и пошел к столику, где его с нетерпением поджидали дирижер, ракетчик и скульптор.

Когда кончилась церемония, Президент покинул зал, и всех проводили вниз, по широкой, устланной ковром лестнице, вежливый служитель остановил Александра Трофимовича и сказал:

– Вас, Александр Трофимович, приказано провести в Грановитую палату.

Когда Александр Трофимович сквозь резные золоченые двери вошел в тихую залу, ему показалось, что его окружила многолюдная, тесно стоящая толпа. Отовсюду смотрели большие глаза. Сияли золотом и драгоценными камнями старомодные одежды. Вокруг голов горели нимбы. Все, кто был запечатлен на росписях, все русские князья и цари, были исполнены строгого величия. Все поддерживали тяжелые каменные своды, давившие всей непомерной толщей. Золотые нимбы говорили о святости служения, о святости государства, о его божественном происхождении.

Александр Трофимович опустился на скамью, покрытую золоченой парчой. Был ошеломлен, подавлен и восхищен. Он рассматривал фрески, рассказывающие о сотворении мира. О райской жизни Адама и Евы и о земных трудах, которые они претерпели после изгнания из рая. Здесь было множество трав и цветов, взятых из волшебного гербария. Диковины птицы и животные, которые исчезли с земли и остались только в сказках. На небе сияли неведомые созвездия и летали светила. Государство Российское вело свое исчисление от сотворения мира. Было хранилищем райской красоты и святости.

В зал бесшумно вошел Президент. Сел рядом с Александром Трофимовичем на узорную скамью.

– Я иногда прихожу сюда один, когда нужно принять важное государственное решение. Эти глаза, эти лица не дают мне ошибиться.

Александру Трофимовичу казалось, что лицо Президента напоминает запечатленные лики. Со временем его лицо появится среди русских князей и царей. Он будет стоять, облаченный в драгоценные одеяния, и вокруг его головы воссияет нимб.

– Я пригласил вас сюда, Александр Трофимович, чтобы сделать вам предложение. Оно делается в присутствие этих великих мужей, которые по-прежнему состоят на службе у Государства Российского. Недавно я учредил пост вице-президента, и этот пост остается пустым. Я прошу вас занять этот пост.

– Я? – изумился Александр Трофимович, – Этот пост?

– Государство Российское переживает трудный период. Извне нас окружили могущественные враги. Изнутри государство точат ненавистники. Со мной все может случиться. Не хочу, чтобы мои деяния пошли прахом. Не хочу, чтобы те, кто придет после меня, отдали Крым. Не хочу, чтобы наша армия убежала из Сирии, как она убежала из Афганистана. Чтобы снова пилили русские ракеты и подводные лодки. Чтобы государственным языком стал английский. Мне нужен человек на посту вице-президента, который продолжит мое дело. Дело укрепления Государства Российского. Я выбрал вас. Вы жертвовали жизнью за Россию. Вы русский офицер, для кого дело чести и судьбы защищать Государство. К тому же, вы сопричастны чуду. Ваше чудесное спасение указывает на то, что вы угодны Богу. Принимайте мое предложение.

– Но я же не сведущ! Я авиационный наводчик, и, понимаете, те муравьи с капельками черного солнца! Я выходил на связь с позывным «Сапсан»! Что я знаю об управлении государством? Пусть роза превращается в звук, но этого мало. У меня нет опыта, нет влияния. Хочу вам сказать, в, детском доме был забор, крашенный в синий цвет, и в траве звенел кузнечик. Я его никогда не видел, а только слышал чудесный стрекот! Я не способен! Я ошеломлен, не знаю, что ответить!

– Я высказал мое намерение в виде просьбы. Но это приказ. Вы офицер, я ваш Верховный Главнокомандующий. Выполняйте.

– Но я не справлюсь! У той лодки оленьи глаза!

– Выполняйте, – произнес Президент. Его мягкое лицо стало жестоким. В голубых прозрачных глазах появилась тьма. – Вам в помощь будет приставлена женщина. Журналистка президентского пула. Она прекрасно знает аппаратные игры, расклад политических сил, имеет обширные связи. Не торопясь, она откроет вам политические секреты. У вас первые месяцы не будет серьезной работы. Только представительские функции. Праздники, конгрессы, парадные заявления. Желаю удачи, Александр Трофимович, – Президент коснулся руки Александра Трофимовича, словно передал ему часть своей власти. Поднялся и вышел. Александр Трофимович остался в Грановитой палате, под непомерным давлением сводов, среди русских святых и подвижников.

Вернувшись в кабинет, Леонид Леонидович Троевидов вызвал к себе журналистку кремлевского пула Лану Сергеевну Порфирьеву. Усадил в кресло, милостиво, улыбаясь, оглядел ее красивое молодое лицо с тонкой переносицей и серыми глазами, высокую шею с ниткой жемчуга, вырез темно-изумрудного платья, из которого чуть выглядывали незагорелые груди.

– Лана Сергеевна, вы знаете, я выделяю ваши публикации, которые появляются после моих поездок по стране. Вы прекрасно передали атмосферу, которая царила на встрече с коллективом Челябинского трубопрокатного завода. «Музыка русских сфер» – так вы описали грохот, скрежет и вой громадного цеха. «Балет машин» – так вы увидел движение множества механизмов, которые гонят раскаленный лист и гнут из него громадную трубу. Это прекрасно.