Чтение онлайн

В довершение ко всему у этого странного грота не было стен. Корни виднелись не только впереди, но и со всех сторон, там, где должны были находиться стены.

Кое-где Брекен различил оплетенные корнями крупные комья земли и камни, которые либо упали сверху, либо были подняты этими извивающимися живыми корнями с пола. Порой с корней, находившихся в постоянном напряжении, осыпались пыль, песок и мелкие камешки. Где-то посередине грота находился вертикальный корень, который периодически поднимался вверх и тут же опускался вниз. При подъеме корень захватывал с земли большой вытянутый кусок мела, который был во много раз больше самого Брекена; но уже в следующую минуту с грохотом ронял его вниз, поднимая облака пыли.

В некоторых местах корни, уходившие под земляной пол туннеля, вырыли такие глубокие ямы, что к ним страшно было даже приближаться.

Брекен долго наблюдал за этим жутким зрелищем. Наконец он повернул назад и по лабиринту многозвучных запутанных туннелей вернулся в круговой переход. Пробираться между этими кошмарными живыми корнями ему не хотелось. Он еще не был готов к этому.

Брекен и тут выказал себя умелым и предусмотрительным исследователем. Некий инстинкт, подкрепленный почтительным отношением к Древней Системе, понуждал его запомнить разведанный маршрут если и не навсегда, то надолго. Поэтому, подкрепившись и передохнув, он мысленно прошел его от начала и до самого конца, перебирая в памяти все характерные приметы пути.

Проделав это два-три раза, он настолько освоился с этим сложным маршрутом, что теперь мог бы пройти его даже с закрытыми глазами. После этого он принялся исследовать следующий туннель, используя прежнюю тактику, что позволило ему сэкономить массу времени.

Вскоре он уже научился проникать в центральную часть из трех разных туннелей; это привело его к выводу, что многоголосый лабиринт окружает Грот Корней со всех сторон. Сказать о том, что находится за ним, было невозможно. Для разрешения этой загадки нужно было обладать большой отвагой и помимо прочего редкой удачливостью.

Когда Брекен попробовал пройти через Грот Корней — а произошло это несколько позже, — попытка эта закончилась полнейшей неудачей. И не то чтобы он испугался самих корней или не сумел выбрать нужное направление в их дебрях. Причина была в другом.

Брекен прошел в тот раз всего десять ярдов, после чего им стали овладевать всевозможные сомнения. Он никак не мог взять в толк, зачем он вообще сюда пришел и куда хочет пройти. Плохо соображая, что с ним происходит, он покинул Грот Корней и опомнился лишь через несколько часов, дивясь своему поведению.

В следующий раз он предпринял более решительную попытку и углубился в Грот настолько, что корни скрыли от его глаз вход в туннель. Однако вскоре он заметил, что отметки, оставляемые им на земле, исчезают едва ли не мгновенно, потому что пол в гроте буквально ходил ходуном; к тому же у него вдруг возникло нелепое чувство, будто за ним наблюдают откуда-то слева. Но кто это мог быть? Крот? Зверь? Брекеном овладела паника, с которой он уже не мог совладать, и он поспешил убраться из Грота Корней, боясь только одного — что ему не удастся найти дорогу назад, ко входу в туннель.

Он сделал и третью попытку. В этот день на поверхности установилось полное безветрие и корней почти не было слышно. Сначала все шло хорошо, но затем Брекена внезапно сразила такая смертельная усталость, что ему отчаянно захотелось улечься спать прямо на корни... Он с трудом заставил себя повернуть назад и еле волоча ноги дотащился до туннеля. Таким образом, и третья попытка закончилась неудачей.

Самым удивительным было то, что все эти необъяснимые чувства и беспричинные страхи проходили, стоило ему оказаться возле входа в туннель. В корнях уже не чувствовалось ничего необычного — корни как корни, каких он видывал множество.

В конце концов Брекен решил устроить перерыв и отправиться на поверхность — ему пора было немного проветриться, ведь он провел в непрерывных изысканиях множество дней. Он потерял счет времени, полагая, что с той поры, как он покинул Ру, минуло пятнадцать или двадцать дней.

Когда же наконец он выбрался на поверхность, то не поверил своим глазам. Октябрь подходил к концу. Деревья по большей части были уже голыми, холодный ветер раздраженно трепал оставшуюся кое-где листву.

И тут до Брекена дошло, что он провел в туннелях Древней Системы много недель. Это обстоятельство ошеломило его — что это за система, если крот теряет в ней чувство времени?

Брекен поежился, чувствуя, как холод забирается ему под шкуру, и решил, что ему следует отправиться в гости. Единственным местом, куда он мог пойти, была нора Ру. Она радовалась и его приходу, и его уходу... Он рассмеялся и заспешил вниз, на склоны, с наслаждением вдыхая знакомые лесные запахи.

Оказавшись в норе Ру, он вновь рассмеялся, ибо увидел в ней таких кротов, с которыми ему еще никогда не доводилось иметь дела, — крошечных кротышей. Ру принесла потомство всего несколько дней тому назад и потому не слишком-то обрадовалась его неожиданному визиту. Впрочем, она и не гнала его — ведь он мог ловить для нее червей и оборонять ее дом.

Холодный ветер бушевал над лесом. Из-за корня, находившегося рядом со входом в туннели Ребекки, выглянула мордочка неведомого смельчака. Это был тот самый боевик, который отказался пропустить Меккинса в нору Ребекки, но обещал при случае передать ей его слова; потрясенный до глубины души тем, что случилось накануне, он вернулся сюда под покровом ночи с мыслью о том, что он сможет хоть как-то помочь Ребекке, хотя истинной причиной его возвращения было отнюдь не желание помочь, а ощущение немыслимой тяжести, которое не оставляло его ни на мгновение, — ведь он тоже косвенно участвовал в гнусном преступлении.

По тихим пустынным туннелям он пробрался к ее норе, решив про себя, что при малейшей опасности тут же оставит свою безумную затею и ретируется. Это был немолодой, видавший виды крот, драчливый уроженец Вестсайда, однако то, что открылось его взору в норе Ребекки, повергло его в такой трепет и ужас, каких ему еще никогда не доводилось испытывать.

Ребекка распласталась трупом у дальней стены. Тельца пяти ее детенышей валялись в разных концах норы, они походили на опавшие листья, слетевшие на жухлую траву, ко торой был устлан пол. С замиранием сердца он прошел между ними и оказался рядом с Ребеккой. Она еле слышно постанывала, и это значило, что она была жива.