Чтение онлайн

Криво улыбнулся улову.

Череп, изображенный на стержне, несмотря на миниатюрные размеры, выглядел зловеще. Жуткое впечатление облику добавляли не только узкие глазницы и распахнутый в немом крике зубастый рот, но и пламя, охватывающее его с двух сторон. Довольно известный символ прошлого. Тэо слышал о нем, но до сих пор никогда не встречал.

Не водоворот той стороны, но ничуть не лучше. Знак поклонников демонов, некромантов, которых топили в море во времена Единого королевства. Предков указывающих.

Он подержал стержень на ладони и без сожаления бросил в яму. Конечно, тот стоил хороших денег, но алчность никогда не побеждала его разум. Пружина умел оценивать риски и понимал, что редкая вещица может обладать магией.

Темной магией, если уж быть совсем точным. Тэо слышал рассказы о человеке, откопавшем старый фонарь, а затем из него появились тени, убившие всю деревню. Или о купце, везшем редкую бутылку вина, ощутившем жажду, вскрывшем пробку и выпустившем зимнюю стужу – мор, который шестьсот лет назад выкосил половину Фихшейза. Не говоря уже о таких мелочах, как блюдце в одной антикварной лавке, которое в один не слишком прекрасный день взорвалось, убив осколками посетителей и продавца.

На всех этих предметах был нарисован вот такой вот череп.

К шауттам подобные вещи. Пускай даже они и стоят пятьдесят с лишним марок, и на эти деньги можно безбедно шиковать пару лет.

В башне что-то тихо звякнуло. Тэо нахмурился, решив, что ему почудилось. Он остановился в дверном проеме, прислушиваясь. Но звук не повторился.

Здесь было довольно светло из-за отсутствия крыши и перекрытий потолка, давно сгнивших. Но под лестницей, жавшейся к стене, в самых дальних углах, припадая к земле, лежали густые тени. Из-за неприятного, затхлого запаха место показалось Тэо неуютным. Ему почудилось, что кто-то наблюдает за ним. Он сделал шаг назад, и тут из мрака на него прыгнул человек.

Прыгнул настолько стремительно, что, будь на месте акробата кто-то другой, нападающий, вне всякого сомнения, до него бы дотянулся. Пружина же оттолкнулся от земли носками, сделал сложное сальто назад, подтянул ноги к груди в группировке, чтобы не задеть ими каменную притолоку. Земля была скользкая, да еще и плащ мешал движениям, так что он не стал задерживаться на стопах, скользнул вниз, на еще одну группировку, совершая длинный перекат, разрывая дистанцию.

Обернулся и обомлел.

В дверях молча бился старикан с растрепанной, неопрятной и кое-где черной бородой. На его тощей шее болтался металлический ошейник, к которому была пристегнута толстая, сейчас натянутая цепь, скорее всего прибитая к стене где-то под лестницей.

Глаза старика были пусты, а оскал волчьих зубов ужасен. Тэо, до этого никогда не видевший заблудившегося, смотрел на него со смесью отвращения и жалости. Грязное существо, созданное магией той стороны, разлившейся по Летосу после Катаклизма, все еще оставалось похожим на человека.

За спиной акробата рассмеялись, и он, обернувшись, увидел трех крупных мужиков. Они походили друг на друга настолько, что можно было без всяких сомнений назвать их братьями. Лохматые и бородатые, похожие на медведей. Самый здоровый был со сломанным носом и обезображенной верхней губой, которую не скрывали даже усы.

Второй, державший арбалет, стоял без шляпы, и мокрые волосы сосульками облепляли его лоб.

Третий, который смеялся, с серебряным кольцом, украшенным тусклым фиолетовым камнем, на указательном пальце правой руки, сказал:

– Гляньте, как этот припадочный дунул от батяни!

– Здорово дунул, – прогудел человек со сломанным носом. – Ты так даже к выгребной яме не бежишь. Ты чей, парень, и чего забыл в нашем замке?

– Мимо проходил. Уже ухожу.

– Скованный с тобой, чужак. Куда тебе теперь идти? Чок, возьми его.

Средний навел на Тэо арбалет.

– Эй! – сказал тот, сохраняя спокойствие и оценивая местность в надежде найти какое-то укрытие. – Я не сделал ничего плохого.

– Не сделал, – согласился Сломанный Нос. – Но сделаешь. Расскажешь указывающим о бате, а мы этого не хотим. Никто не желает захлебнуться в море.

– Сюда сто лет никто носа не совал. Какого шаутта ты приперся? – Средний прищурился, целясь.

– Постой, Чок. Чего болт пачкать? – Младший достал из-под плаща широкий короткий тесак и направился к акробату.

– Только не убивай! Батяне отдадим. Овцу сбережем! – крикнул брату старший.

Тэо следил за приближением человека и в нужный момент быстро шагнул в сторону, оказавшись с ним на одной линии, чтобы тот перекрывал траекторию полета болта.

Младший шагнул влево, и Тэо скопировал его движение, вновь оставшись за ним, да еще и отодвинувшись назад, сохраняя расстояние. Повторил это несколько раз, являясь зеркальной копией противника, издевательски ему улыбаясь.

– В сторону, Ульрих! – рявкнул стрелок. – Отвали в сторону!

Но тот, раздосадованный этой незатейливой игрой, потерял голову и пер на акробата. Тэо перекатился через спину, сильно выбрасывая ноги назад, придав телу инерцию. Пружинисто вскочил, все так же используя живую преграду от стрелка.

– Свали, урод! – крикнул старший, и Ульрих наконец-то послушался, присев на корточки, но акробат сделал колесо в сторону в тот момент, когда в него выстрелили. Расстояние уже было большим, так что он без труда ушел от болта и увидел, что из пролома в стене появился еще один человек.

Тощий невысокий парень в темной куртке с низко надвинутым на лицо капюшоном и с ржавыми вилами в руках. Он оказался позади Чока, который, ругаясь, перезаряжал оружие, и мощным замахом вонзил вилы тому в спину.

Три зубца пробили шерсть, вареную кожу и плоть, окровавленными наконечниками выскочив из груди. Человек закричал от боли, выгибаясь дугой.

Младший отвлекся от Тэо, бросился назад, на помощь братьям. А акробат, решив, что совершенно не его дело лезть в конфликты между местными, кинулся прочь.