Левиафан
Шрифт:
Дэрин нахмурилась. Это не пришло ей в голову. А в самом деле, почему? Снег — это всего лишь вода, то есть водород и кислород. Дэрин всегда казалось удивительным, что из двух газов получается одна жидкость, но ученые уверяли, что ничего странного в этом нет.
— К сожалению, чтобы разложить воду на элементы, нужна энергия, а для ее выработки опять-таки необходима пища. Экосистема корабля построена на способности живой природы к саморегуляции.
Доктор Баск окинул взглядом ледник и сказал:
— А в этом ужасном месте живая природа отсутствует как таковая.
Капитан кашлянул и сделал шаг вперед. Вокруг воцарилась мертвая тишина, только сопели ищейки да ветер посвистывал в вантах.
— Рано утром мы отправили в Лондон пару почтовых крачек. Они отнесут весть о нашем бедственном положении в адмиралтейство. Не сомневаюсь, что ближайший корабль немедленно поспешит к нам на помощь, невзирая на войну.
Дэрин перевела дыхание. Слова капитана даровали проблеск надежды. Может быть, не все так плохо, как описывает доктор Баск…
— Но эвакуация сотни членов экипажа в военных условиях займет не меньше месяца, — продолжал капитан. — А наших запасов пищи хватит максимум на неделю, даже если вполовину сократить рацион. Учитывая другие ресурсы, протянем чуть дольше.
Глаза Дэрин полезли на лоб. Какие еще ресурсы?! Главный ученый же сказал, что на леднике ничего нет!
Капитан выпрямился. Стоявший за его спиной доктор Баск угрюмо опустил голову.
— Я, как капитан, отвечаю прежде всего за безопасность экипажа.
Он сказал — экипажа, подумала Дэрин. То есть людей. Он имеет в виду, что людям придется питаться животными? Или…
— Возможно, скоро нам придется сделать нелегкий выбор, — произнес капитан. — Жизнь экипажа или жизнь «Левиафана».
— Черт побери! — прошипел Ньюкирк.
— До этого не дойдет, — сказала Дэрин, выхватывая у него из рук бинокль. — Мой чокнутый парень спасет нас.
— Что?! — изумился Ньюкирк.
— Пусть начинают раскручивать лебедку. Я готова к подъему.
— Мне кажется, это невежливо, — прошептал мичман. — Капитан еще не закончил говорить!
Дэрин окинула взглядом ледник. Белоснежные просторы, сияющие алмазным блеском в лучах восходящего солнца, прекрасные и совершенно безжизненные. Но где-то поблизости скрываются люди, которые знают, как выживать в этой ледяной пустыне, а капитан сам сказал подняться с первыми лучами солнца!
— Хватит прохлаждаться, мистер Ньюкирк! Мичман вздохнул:
— Как пожелаете, ваше превосходительство. Прикажете подать вестовую ящерицу?
— Я сам ее вызову, а вы пока принесите сигнальные флажки.
Как только Ньюкирк отправился за флажками, Дэрин поднесла к губам свисток и выдула короткую трель. Внизу в толпе несколько человек завертели головами, но Дэрин не обратила на это внимания.
Вскоре на вантах мелькнуло зеленое тельце ящерицы. Когда зверушка взбежала на хребет «Левиафана», девочка щелкнула пальцами — и посыльная, проворно вскарабкавшись, уселась у нее на плече, как попугай.
— Держись крепче, — велела ей Дэрин.
Ворот начал раскручиваться, веревка провисла петлей вдоль борта. Ньюкирк вручил Дэрин семафорные флажки и отступил на несколько шагов.
Та показала большой палец, и мичман, кивнув, отпустил канат.
Чем выше она поднималась, тем прозрачнее становился воздух.
У поверхности ледника белыми вихрями клубилась едва заметная поземка, но когда Дэрин поднялась над ней, вся долина открылась как на ладони. Со всех сторон вздымались укрытые снегом горы. Рельеф древнего моря явственно проступал из-подо льда.
Дэрин вытащила из чехла бинокль. Так, с чего начать? Первым делом она внимательно осмотрела снег вокруг «Левиафана». Не появилось ли за ночь новых следов? Но она обнаружила лишь несколько коротких, недавно протоптанных тропинок — видно, члены экипажа отходили от корабля, чтобы облегчиться или выкурить трубочку. Одна цепочка следов была существенно длиннее прочих. Ага, это же следы Алека!
Но высмотреть, откуда пришел странный гость, оказалось весьма непросто. Он умело прятал следы, шаркая ногами, и вдобавок петлял между скал. Однако он не рассчитывал, что кто-то станет выслеживать его с воздуха. К тому моменту, когда след пропал из виду, Дэрин была совершенно уверена, что Алек пришел с востока, со стороны австрийской границы.
Солнце вышло из-за гор, и снег ослепляюще засверкал. Дэрин обрадовалась, кожей ощутив прикосновение тепла. Глаза у нее слезились от мороза, а вестовая ящерица вся дрожала, как клещами вцепившись в нее лапами. Ящерицы-фабрикаты не были холоднокровными, но мороз делал их сонными и медлительными.
— Держись, зверушка, — подбодрила ее Дэрин. — Скоро для тебя будет задание!
Дэрин снова поднесла к глазам бинокль, скользя взглядом по восточному краю долины, и вдруг увидела…
Следы? Но их определенно оставил не человек! Они были огромными, словно по леднику прогулялся великан. Что там Ньюкирк болтал о свирепых снеговиках?
Следы вели к скальному оползню или к чему-то такому, что издали выглядело как оползень. Дэрин пригляделась к скоплению камней, и постепенно сквозь кажущийся хаос проступили геометрические очертания внешних стен и крытых строений.
— Чтоб мне лопнуть! — воскликнула она. Неудивительно, что Алек корчил из себя джентльмена! Ведь он жил в самом натуральном замке.
Но все же что могло оставить в снегу гигантские следы? Двор замка был пуст, конюшни слишком малы, чтобы вместить нечто настолько крупное. Она пробежалась взглядом по периметру крепостных стен и наткнулась на распахнутые ворота. Дэрин вздрогнула. От них начиналась еще одна цепочка свежих следов.
Девочка вспомнила недавний спор с Алеком о преимуществах фабрикатов и машин. Кажется, он упоминал шагоходы, эти уродливые подражания животным? Что же у него за семья, чтоб ее черти взяли, если у них есть свой собственный шагоход?