Чтение онлайн

И что делать дальше?

Ресурсы планеты можно было получить в любой момент, просто выжечь ее зарядами, смести совочком то, что останется от лесов и жителей — и начать добычу.

Но как быть с телепортацией?

С молодостью? Лекарствами?

Планета молча и упорно сопротивлялась. Ша-эмо писали директивы и приказы.

Принцесса росла.

Время шло…

— Что будем делать?

— Но что-то же делать надо!

Да, это самый страшный вопрос. Что именно можно сделать, когда нельзя ничего сделать? Но когда, когда это останавливало малолетних энтузиастов? Хорошо, по меркам народа даэрте вполне себе совершеннолетних, младшему — семнадцать, старшему аж двадцать три, у каждого уже по несколько деревьев, каждый может завести семью…

Но какая тут семья?

Когда на родной планете захватчики? Когда враг не дремлет?

Когда взрослые… а вот что они сидят и ничего не делают?! Хоть бы какую диверсию устроили! Ну, хоть бы что бы! Взорвали, расстреляли, травой прорастили… да мало ли, что можно придумать, умеючи?

Мысль о том, что им-то терять нечего, потому как молодые, глупые и ни о чем не думают, а взрослым терять есть что… тех же детей, за которых они смертельно боятся, молодняку в голову не приходила. Или заглянула, да и вылетела в окошко.

Впрочем, даже до молодежи доходила мысль о том, что есть диверсии, а есть мелкие пакости.

Диверсия — это когда ты наносишь серьезный и существенный ущерб противнику.

Мелкая пакость — это когда он отряхнулся, да и пошел, а тебе вломили промеж ушей так, что даже мозги в крестцовой области зазвенели.

Вот, как ни крутили и не вертели парни, но ничего серьезнее мелких пакостей придумать не могли. И сами это понимали.

Собьют они один истребитель?

Да, но у врага их еще три сотни. А может, и пять, и еще тысячу пришлют, не поморщатся… Убьют они одного… ладно, даже десять ша-эмо?

И что!?

Их, гадов, по определению, больше. Даэрте — одна планета, а у ша-эмо, в их проклятую Конфедерацию, сотни входят. Они даже и не заметят ничего…

Но что делать-то? Что-то же надо!

— А если… освободить королеву?!

Мысль родилась, блеснула — и не потухла, как это обычно бывает с хорошими идеями. Загорелась огоньками в глазах, засветилась зелеными искрами, даже трава шевельнулась, заблестела, зашуршала. Природа привычно откликнулась на энтузиазм даэрте.

Слово взял Элран.

— Мы практически ничего о ней не знаем. Где она, как содержится, кто ее охраняет…

— Мы можем это узнать, — тихо произнес Шавель. Тихоня, ученый, он оказался в этой компании потому, что видел и другую сторону вопроса. Дети ничего не боятся и пытаются что-то сделать. Родители боятся, и делать ничего не хотят. Но если позволять страху разъедать тебя… это как корневая гниль. Дерево все равно умрет, только мучиться будет дольше.

Поэтому надо что-то делать, но правильно, осторожно и аккуратно. Вот, он и попробует… только — что? Делать что-то надо, но что и как? Никто не знает, и не может ответить. Значит, надо самому. Решать, выбирать, нести за это ответственность.

А если и правда — королева?

Все знают, что без правителя даэрте… не народ. Без человека, которого приняла и увенчала Дубовая Корона, они мало что могут. Ша-эмо это тоже знали, и ударили в самое уязвимое место. Лишили народ даэрте их центра, их сердца, их надежды.

Почти уничтожили.

Но если и правда — попробовать?

Шавель помнил…

Зеленые глаза, волосы цвета весенней травы, проказливую улыбку…

— Как мы можем это узнать? — Элран был нетерпелив. Шавель потер лоб привычным жестом, разгладил морщинку над бровями. Как-то она сама складывалась, когда он говорил о серьезных вещах.

— Мы можем перехватить их переговоры. И даже поучаствовать.

— Как?! У них эта… эл…роника!

— Электроника, — отмахнулся Шавель. — Я последнее время интересовался этим вопросом.

И замолк, даже беспомощно. Как объяснить в нескольких словах то, что он понял?

Про электромагнитные волны, про облако эфира*, окутывающее планету, про то, что мозг даэрте — громадный компьютер. Даже сильнее и мощнее тех, что придумали ша-эмо.

*- ноосфера, прим. авт.

Надо только правильно его использовать. Это сложно, но шансы есть. *

*- есть теория, что человек использует свой мозг примерно на 10–15%, при творчестве до 25%. Остальные мощности ему задействовать лень. Глядя на некоторых товарищей — верю! 1% и то много! Прим. авт.

Он может попробовать при наличии правильных стимуляторов, и тогда…

Что тогда — Шавель договорить не успел. Элран взял его под руку.

— Так… Вель, давай ты все мне объяснишь, а потом мы расскажем остальным. Ребята, не в обиду. Веля я с детства знаю, он всегда перед людьми теряется.

Шавель благодарно кивнул. Что есть — то есть.

Молодые люди закивали. Если им все равно расскажут — отлично! Они чуточку подождут. Главное, у них появилась цель, и кажется, есть средство?

Если они могут на что-то воздействовать…

Они подождут, сколько нужно. Страшно ведь что? Ожидание невесть чего в бездействии! А когда есть цель и средство, когда от тебя что-то зависит, можно и подождать. Это уже не так тяжело и сложно. Это вполне реально.

Тем временем Элран отвел друга подальше от костра.

— Вель, без лишних подробностей. Что именно ты сможешь сделать?

— Перехватывать передачи… сообщения ша-эмо.

— Так… а изменить? Вмешаться?

Шавель выглядел изумленным.