Лея Леса
Шрифт:
Салея фыркнула.
— Откармливайте. Зелень, овощи, фрукты…
Алеся Юрьевна сама сидела за столом. И уничтожала уже восьмой апельсин. Хотелось ей так…
— Даниил Олегович, — подумала о другом Таня. Как-то оно только сейчас пришло в голову. — Скажите, а можете вы сами кому-нибудь этот корень продать? Чтобы мы этим не занимались?
— Продать? — удивился мужчина. — Такое сокровище?
— Почему нет? Нам не нужен, а кому-то жизненно необходим. Но у меня ни связей, ни знаний, ни защиты… сами понимаете.
Мужчина нахмурился и кивнул.
— Если доверите?
— Отличная идея, — поддержала Салея. — И пять процентов от суммы ваши. За посредничество.
— Я…
— Считайте — на фрукты.
— Да тут целый базар купить можно будет!
— Купите, — без размышлений согласилась Салея. — И можете намекнуть, что есть товар интереснее. Старше.
— Есть?
Салея безразлично пожала плечами.
— Возможно.
Даниил Русланович прищурился. Салея ответила ему совершенно невинным взглядом. И абсолютно непроницаемым. Словно полог леса — сверху. Зелень и все тут, а что под ней? Мамонт? Динозавр? Поселение?
Не понять…
— Такие деньги лучше хранить в банке.
— Откроете счет на Таню.
— Как скажете, — глупых вопросов про доверие не последовало. — Девочки, давайте мы отвезем вас домой, а сами поедем к доктору? Я своими глазами вижу, но пока пятьдесят выписок не получу, что моя жена здорова, не успокоюсь.
Девушки переглянулись — и поднялись.
— Вызовете нам такси?
— Какое такси! Доставим до дома с ветерком!
Возражающих не было. Разве что Таня подмигнула Руслану.
— А то такси все равно тебе оплачивать.
Возражающих так и так не прибавилось. Было ноль — осталось ноль.
— Все в порядке? — Людмила Владимировна почти светилась своим светом.
— Да, все отлично, — кивнула Таня. — И хорошему человеку помогли, и они нам помогут.
— Это в чем? — голос Людмилы Владимировны построжел. Натура такая, воспитанная в СССР. Помочь человеку — правильно. Брать за это оплату — недостойно. Так научили, так она и будет жить. И точка. Таня примиряюще улыбнулась.
— Бусь, оказалось, что у Руслана отец крутой.
— И мальчик учится в медколледже?
— У него мать болела, уезжать он не захотел, а мединститута у нас нет,
— Ага. И?
— Его отец пообещал нам помочь пристроить корень женьшеня. За пять процентов.
— Тогда все в порядке, — успокоилась бабушка. Это уже не вопрос помощи, это товарно-денежные отношения. Вот если бы он этот корень бесплатно пристроил, в награду за помощь… не-не, это нехорошо. А если он тоже свою выгоду получит — нормально.
— Сейчас мы Гнома выгуляем…
Гулять, честно говоря, не хотелось. Набитые животики тянуло на подушки и к уюту. Но…
— А я его уже выгуляла, — сообщила Людмила Владимировна.
— Как?
— Мы с ним договорились. Он сегодня не рысачит, а я его повожу подольше. Мне тоже надо суставы разрабатывать…
Таня пригляделась к бабушке. Потом Салея.
И обе девушки кивнули.
— Нормально. Воспаления нет, болевых ощущений нет.
— Бусь, но ты тоже не рысачь какое-то время, ладно?
— Обещаю. Давайте — душ и спать, — предложила бабушка.
И предложение было с радостью принято.
— Даня, колись!
— Чего тебе надобно, морда?
— Даня, колись по-хорошему, а то топором на… верну! Откуда дровишки?
— Из лесу, вестимо.
Даниил Русланович, равно как и его сын, были в превосходном настроении. В платной клинике за энную сумму Алесю буквально по атомам проглядели. Какая разница, какое время?
Плати!
Тебя и в полночь примут со всем радушием!
Так вот, Алесю проглядели вдоль и поперек, никаких следов онкологии не нашли, и Даниил Русланович не удержался от маленькой такой шалости. Позвонил своему приятелю-онкологу. И плевать, что дело к ночи… ради такого случая? Тут и приятель возмущаться не станет.
Раньше бы позвонил, но в государственных поликлиниках и больницах даже за деньги анализы мгновенно не проведут. Не получается у них такое…
А убедиться точно хотелось.
Даниил чувствовал себя почти пьяным от счастья.
Помнил, как они стояли в коридоре, проглядывали распечатки, анализы, УЗИ, прочие исследования — и шалели от счастья.
Какие метастазы?
Какие раки-буераки?
Здорова, здорова, ЗДОРОВА!!!
Истощена, что есть — то есть. И выглядит старше своего возраста, и чувствует себя пока отвратительно. Но — никакого рака!
Разве это не счастье? Разве для счастья что-то еще нужно? Да гаром гори все те миллионы, которые не дадут и дня жизни близкому человеку!
И позвонил он на подъеме душевном другу Владьке.
Владька, без которого Алеся, честно скажем, и до помощи не дотянула бы, как раз был на работе. Сначала не поверил, потом предложил приехать, потом проверил — и пребывал в таком же шоке. Мало ему было анализов? Ему еще и опыт, и глаза, и руки… все вещало, почти верещало, что женщина-то здорова!
Но — КАК!?
Последний, кто такое совершал, помер аккурат пару тысяч лет назад. На кресте (варвары, дикие люди, такого человека распяли!). А с тех пор… не, таких чудес не было. А Данька, этот гад, делиться не хочет… гррррр!