Чтение онлайн

Глаза Рины вспыхнули двумя изумрудами и погасли, став просто зелёными.

— … и конфликта между ними нет…

Внезапно послышался глухой удар, и каменные своды затряслись. Черти испуганно замерли. Раздался ещё один удар, после которого Рина поморщилась и схватилась руками за виски. Пещера снова завибрировала.

— Родерик Майер-младший!!! Если ты не прекратишь буянить, я тебя собственноручно разорву на мелкие кусочки!!! — Рина сделала несколько шагов по направлению к берегу. Примерно на половине пути она остановилась и зажмурила глаза:

— Нет, я думала, что боль от отрастающих пальцев и ломающихся при регенерации костей — это нечто, но что так болезненно будет восстанавливаться зрение…

Несколько раз глубоко вздохнув, Рина, подняла голову к своду и попросила:

— Да пропусти ты его! Пока он всю гряду Хонаха в мелкий щебень не разнёс!

Горы снова загудели и позади чертей открылся узкий проход. Стоило Родерику проскочить между каменными стенами, как гора снова стала монолитной.

— О, госпожу Ри Хозяйкой Горного края признали…

И словно в подтверждение словам Микки, где-то снаружи раздалось басом хрипловатое призывное мяукание, в ответ на которое прозвучало более тонкое.

Озадаченный Рикки почесал в затылке кисточкой хвоста:

— Это что? Ирбис себе пару призвал?

Микки задумчиво кивнул, прислушиваясь к звукам извне. Пока черти полушёпотом бурно обсуждали случившееся, Родерик побежал прямо по воде к Рине, как раз успев подхватить её на руки, когда девушка оступилась.

— Ай, отпусти, я сама!

— Больше никогда я тебя никуда не отпущу! Надо будет — уволюсь со службы и буду тебя добиваться. Можешь мне поверить, я не отступлюсь. Я чуть с ума не сошёл, думая, что потерял тебя навсегда! — Родерик бережно прижал к себе Рину и аккуратно понёс к берегу.

— Не надо меня добиваться… Я ж не барышня обморочно-романтическая… И увольняться тоже не надо… И так в Инквизиции придурков хватает. Только ты, Рэндалл и Маркус нормальные… — пробурчала Рина, прижимаясь к фиолетовой мантии. — Не надо тебе бросать дело, которое у тебя хорошо получается. А увлечение музыкой этому вообще не препятствие…

— Ты уверена?

— Абсолютно. Я всего лишь умерла, но не выжила из ума… Вы сами-то, господин Старший инквизитор города Леарна, не боитесь связываться с Тёмной ведьмой?

Родерик качнул головой, с нежностью глядя на девушку:

– Нет. А раз эта ведьма сама озвучила вариант "связаться", то я готов хоть сейчас.

— Нет-нет-нет, сейчас я не совсем готова. Плевать на разодранную на ленточки одежду. Сомневаюсь, что смогу выстоять церемонию. Тело хоть и восстановилось, но из-за постепенно набирающих мощь Источников, чувствую себя разбитой и беспомощной, как котёнок…

Умывающийся на небольшом уступе Нирс протестующе замяукал, возражая такому сравнению. Котята — они же тоже разные бывают…

— Если понадобится, я тебя и всю церемонию на руках продержу. И до конца жизни пронесу… — Родерик коснулся губ девушки и, придерживая её голову, поцеловал…

Вот и подошла к концу эта большая история. Впереди будет ещё эпилог, а потом книга отправится на редактирование. Часть глав будет слита, какие-то могут быть переназваны.

Я ввалилась домой практически без сил. Моральных — так точно. Единственное, что утешало: несмотря на глубокую осень, день выдался на редкость тёплым и солнечным. Подниматься в спальню не было совершенно никакого желания, и я с удовольствием растянулась в любимом кресле в гостиной, перекинув ноги через один подлокотник и пристроив голову на второй.

— День добрый, госпожа Ри. Вы ничего не хотите нам рассказать? — на пороге появился Микки. Судя по тому, что он снимал с себя фартук, готовить ужин сегодня была его очередь.

— Да что рассказывать? В Ковене с самого рассвета торчала. На комиссии Военного Совета.

Микки нахмурился:

— И?…

— Сняли надбавку за увечья, полученные за время службы.

— Ох-ох-ох… — запричитал подошедший Рикки. — Минус денежки…

Я усмехнулась:

— Ну-у-у… Как сказать… По инициативе того же советника, который инициировал мою проверку, сегодня поковырялись ещё и в моих Источниках. Брррр… Ощущение, что всю душу вынули и грязными руками заляпали. Не буду томить долго: двадцать девятый порядок у меня. А так как считывание данных с обоих Источников показало, что такой уровень был достигнут ещё во время службы, мне пересчитали "Содержание лица, ушедшего в отставку". Главный Военный Советник как узнал, ржал молодым конём, несмотря на преклонный возраст. Потом предложил заодно пересчитать коэффициенты по моим боевым навыкам, чтобы не растягивать удовольствие и окончательно разорить казну сразу. Не размениваясь на мелочи. Казначей Военного Совета как узнал о результатах созыва комиссии, так сразу намекнул, что "инициатива покарает инициатора" в ближайшее время. И что-то мне подсказывает, что один весьма прыткий советник в данный момент составляет прошение о досрочной отставке.

— И сколько в итоге выходит? — поинтересовался экономный Рикки, доставая записную книжку, в которой вёл учёт доходов-расходов.

— Размер надбавки раза в три умножь.

— О, денежки в плюсе. Это хорошо.

— Губу не раскатывайте — жалованье не прибавлю. Раз уж навязались ко мне на службу обратно — страдайте!

А что? С моей смертью все их обязательства передо мной прекратили действие и договоры о найме автоматически закрылись. Но Рикки подсчитал все затраченные на них за время службы деньги, собрал расписки, по которым они передавали часть жалованья мне в учёт долга, покопался в законах и составил новый договор найма и сказал, что если не подпишу, то обратится в суд о признании его действующим в одностороннем порядке, чтобы, будучи добропорядочным гражданином, не оказаться должным. Научила засранца на свою голову. Окончательно паж меня добил тем, что перевёл затраченную на его исцеление магию в денежный эквивалент и объявил, что должен мне ещё лет триста службы. Радостный Микки тут же вписался поручителем-созаёмщиком на равных правах и в конечном счёте вышло ещё по сто пятьдесят лет найма каждому. И это я ещё лет по двадцать оспорила!

Родерик наблюдал за нашими препирательствами с искренним имилением, только изредка укладывал меня обратно в кровать, когда, забывшись, пыталась вскочить на ноги и накостылять обоим пажам по рогам, попутно завязав их хвосты морскими узлами, присыпав колючками и остым перцем.

Увы, после того, как им удалось вернуть меня из-за Грани, почти два месяца мне пришлось проваляться в кровати, восстанавливаясь. Опустошённые Источники забирали очень много сил, чтобы прийти в норму. Ещё и магия Горного края сливалась с ними скачкообразно. Фактически всё время за мной ухаживали Родерик с Марианной, пажи и яростно ругающийся Мартенс, которому пришлось метаться между мной и Гарольдом. Мой старый друг умудрился даже отчитать Микки и Рикки, порекомендовав добить меня в следующий раз, а не заморачиваться с оживлением и тащить домой. Исключительно с точки зрения рациональности и целесообразности. А ещё экономии. Несмотря на взятый из Хейерса приличный запас зелий и ингредиентов, подозреваю, что местные травники неслабо обогатились за счёт Мартенса. Родерик пытался ему дать денег или оплатить затраты, но… Нужно знать моего приятеля, чтобы понять бессмысленность этих попыток. Пока не доведёт дело до конца — ни гроша не возьмёт. Потом, в принципе, тоже. Он с друзей плату не берёт категорически. Даже если ему пришлось бы заложить свой дом, добывая деньги на лечение. Нет, добиться возмещения можно. Только он максимально урежет счёт, включив в него только те позиции, которые действительно помогли пациенту. А остальное опустит, сказав, что не сработавшие экспериментальные приёмы исключительно за его счёт.