Чтение онлайн

Забава вышла из бара и пошла, не спеша вдоль улицы Гагарина. В туманной осенней мгле моросил дождь. Серый асфальт с окружением казались мрачными. В воздухе расползалась сырость. Город замер в ожидании большей непогоды.

Ей хотелось обдумать, решить, что сказать брату. Она в жизни не представляла себя в роли шпиона. От одной мысли, что придется каждый день ходить на работу, лгать людям, становилось не по себе. Получалось, она будет шутить, улыбаться, а потом?

Несмотря на сочувствие Гребенкину и то, что она должна помочь собственной семье с деньгами, так не хотелось разрушать чужие судьбы. Быть причиной перемен. Как сказал бы Тимур «Ни один коллектив не заменит семьи. Это публичная жизнь, не путай ее с личным, детка». Отец внушал им, что у людей есть два лица и два тела. Одно, социальное, для публики и второе – личное и интимное. И чем четче они разделены понятия, тем лучше в жизни установлены личные границы. Как и многим, ей придется выбирать между интересами долга перед семьей и совестью.

Она шла, поглощенная размышлениями. Спустилась к Омке, а затем к туннелю под Юбилейным мостом. Забава бросила взгляд на возвышающееся здание из желтого кирпича. Там располагалась компания «Дом». Обернулась и не заметила машину, выезжавшую из туннеля.

Шофер резко ударил по тормозам. Колодки «Ауди» завизжали, оглушая. Капот оказался у ее бедер. Резко ударил. Опрокинул ее, запаниковавшую, навзничь, в подтаявшую кашу, оставшуюся от шедшего накануне снега.

Из машины вылетел мужчина средних лет. Подскочил к ней, наклонившись.

– Вы целы?

Он сел на корточки, встревоженно оглядывая ее, пытаясь определить, травмирована ли она. Насколько сильно?

Забава дышала неровно, по-шальному перепугано вытаращившись на него. По бедру разливалась ноющая боль. Ткань брюк и безнадежно испорченного белоснежного пальто стремительно пропитывалось грязной, талой водой.

– Можешь сесть?

Она кивнула, пытаясь подняться. Голова кружилась от падения и удара.

– Откуда взялась?

Девушка раздраженно моргнула, поморщившись. Сидеть в луже становилось невыразимо мерзко.

– Из пены морской, – огрызнулась она, ощущая себя отнюдь не Афродитой, а скорее болотной гарпией.

Мужчина усмехнулся, поддерживая ее, помог подняться на ноги.

– Как твое имя? – спросил он, разглядывая растрепанную и перемазанную в слякоти девушку. – До машины дойти сможешь?

Забава уставилась на него.

– Зачем?

Высокий блондин с голубыми глазами. Одет в джинсы и куртку.

– Думаю, тебя стоит осмотреть врачу. Здесь недалеко травмпункт, – сообщил он, настойчиво беря её за талию и ведя к машине.

– Я вроде бы целая.

По внутренним ощущениям Забавы все было в норме. У нее скорее дольше будет болеть вывих на ступне, чем ушибленное бедро.

– Удар был несильным. Я сама виновата, не смотрела, куда шла.

Мужчина улыбнулся и открыл заднюю дверь.

– Ты попала в ДТП, и я настаиваю на осмотре врачом.

Забава замерла, разглядывая незнакомца. Настаивает?

Тот фиксировал одной рукой дверь приоткрытой, а другой прижимал ее. Она подумала, что он весьма привлекателен. И довольно настойчив.

– Надеюсь, тебе есть восемнадцать? Может нужно позвонить родителям?

Вопрос выбил из ее колеи. Она, обдумывая, стоит ли ехать с человеком, который только что сбил ее, усмехнулась. На лице, на руках и на пальто столько грязи, что, наверное, сложно разглядеть сколько ей лет? Ее бабушка всю жизнь убеждала окружающих в том, что грязевые маски чудесно помогают сохранить возраст. Теперь Забава заподозрила, что возможно та имела в виду замаскировать его совсем. Жаль, что при этом страдает обольстительная функция.

Девушка бросила взгляд в салон, заметила детское кресло и решила, что зря паникует. Вон, у человека детское сиденье для безопасной перевозки детей. Скорее всего, он вовсе не маньяк, который сбивает жертв и везет в лес добивать.

– Я совершеннолетняя, – сообщила она, понимая, что так и стоит у машины.

– Ну, слава богу. Я подумал, придется объясняться с твоими родителями.

Забава сняла пальто. С помощью поддержки надежных рук села в машину. Она ощущала, как от каждого движения ноет бедро. Незнакомец потянул ремень безопасности, пристегнул.

– Раз такой день, стоит подстраховаться, – пошутил он, разглядывая ее с нескрываемым интересом. – Так у тебя есть имя?

– Забава, – она смутилась от его взгляда и улыбки.

– Алексей.

Он, как ни в чем не бывало, захлопнул дверь. Сел за руль и завел машину. Все это время в туннеле не проехало ни одной машины. Пока ехали, он не сводил серьезного взгляда с дороги. Вероятно, решив, что им достаточно приключений на сегодняшний день.

Забава смогла спокойно осмотреться. Салон сверкал чистотой. Не было лишних предметов. Ни детских игрушек, подушечек, салфеток или чего-то такого, что указало бы на присутствие ребенка у владельца машины. Напротив, в салоне было настолько безлико, что в какой-то момент ей подумалось, что так выглядят салоны таксистов, только те более пыльные. И на самой машине не было никаких опознавательных знаков такси. Да и водитель выглядит не как типичный таксист. У него не свойственная водителям одежда. Явно новая, а ткань качественная. Куртка дорогая. У мужчины густые прямые волосы и опрятная стрижка. Она не имела возможности разглядывать его черты лица, зато вдоволь могла позволить себе изучать затылок, шею и его руки. Последние были ухоженными, без каких-либо украшений. От него пахло приятным парфюмом, кожа на лице тщательно выбрита. Сам он широкоплеч и атлетически сложен.

– Запоминаете меня, чтобы подать в суд? – спросил он, несомненно в шутку, тем самым смутив её.

– Что? О, извините, я задумалась, – Забава невольно покраснела, не удивляясь собственной реакции. Мужчина, не просто красив, а немыслимо симпатичен. По гулкому учащенному сердцебиению, она безошибочно поняла, она волнуется слишком сильно. – Нет. Думаю это мне впору переживать, не подадите ли вы на меня в суд.

Он усмехнулся глазами, скользнул по ее лицу и снова перевел взгляд на дорогу.