Чтение онлайн

Вести прием во дворце Кирилл отказался, не нравился он ему, народ собирался у подножия пирамиды Кеоцикаля, где скомфортом разместились царь и первый советник с писарями. Стулья, стол, навес.

На аудиенцию стремились попасть люди разных профессий, социальной принадлежности, Кеоцикаль никому не чинил препятствий, Кирилл решил ничего не менять, главное, чтобы вопрос был важный.

Разумеется, народ в первую очередь волновал продовольственный вопрос, сколько и кому будет выдано маиса из государственных закромов. Следуя традициям земных политиков, Кирилл кивал, что-то записывал и обещал разобраться.

А вот у шестнадцатого по счету просителя была не самая обычная проблема. Старый индеец упал на колени и громко запричитал:

— Бессмертный владыка, молю, обрати свой взор…

— А ну, прекрати, — бросил Кирилл. — Не трать наше время, встань и четко объясни, с чем пришел.

Человек в набедренной повязке, с проколотым носом с опаской выпрямился. Вбиваемые в голову традиции дают о себе знать. Никто не может стоять выше царя, Кирилл с самого момента пробуждения здесь игнорировал многие ацтланские устои. Сперва по незнанию, затем специально. Он отменил всякие высокопарные обращения, пышные представления, а за явное подхалимство обещал скидывать виновников с вершины пирамиды. Один из личей, переусердствовавших с лестью, уже успел полетать. Телекинез закинул непонятливого мертвеца на четверть километра.

— Владыка, мое имя Охтли, я староста деревни, расположенной недалеко от северных водопадов.

— Ты проделал длинный путь, добился аудиенции, — ответил Кирилл. — Наверняка не просто так.

— Да, владыка, наша деревня третий месяц подряд страдает от нападений. Мы ничего не можем сделать, лишь на тебя уповаем.

— Кто на вас нападает?

— Жуткое чудовище. Оно всегда приходит в темное время, каждую пятую или шестую ночь. Обычно оно просто летает над деревней, громко вопит, скребется за стенами хижин, но последний месяц начали пропадать люди. Все, к кому я обращался прежде, отмахивались от меня как от назойливой мошки.

— Опиши чудовище.

— Оно похоже на худого человека с крыльями и без головы, зато на плечах есть два больших красных глаза. Они светятся во тьме. Это точно нельзя забыть.

В памяти всплыли упоминания чего-то подобного на Земле. Встречу с неопознанным существом, прозванным человеком-мотыльком, который тоже имел крылья и два светящихся красных глаза.

«Определенно, не простое совпадение. Надо разобраться лично, заодно отработаю магию против реального противника».

— Умулькутли.

— Да, мой царь? — откликнулся первый советник.

— Ты когда-нибудь слышал о похожих существах?

Лич помотал головой.

— Ни разу. Наш мир большой, в нем есть много живности, о которой мы ничего не знаем.

— Вы пытались убить гада своими силами?

Деревенский староста скорчил грустную мину.

— Ему нипочем стрелы, камни и дротики. Один из моих внуков и еще двое юношей погибли, пытаясь поразить это отродье Миктлана. Их сердца просто перестали биться, когда свет из глаз чудовища стал ярче луны.

— Значит, оно наделено магической силой… Что ж, Охтли, мы решим твою проблему. Переночуешь в моей пирамиде, в комнате для слуг, через день или два отправимся в дорогу.

— О, владыка, ты так великодушен!

— Иди уже.

— Мой царь, — тихо заговорил первый советник. — Не проще ли поручить дело кому-то из слуг?

— Я давно хотел проехаться по своим владениям, осмотреть их, к тому же невиданное раннее чудовище с магической силой может оказаться полезным. Сам подумай, свет, убивающий живых людей… Вдруг он и драконов способен прикончить.

— Воля твоя, владыка.

Некоторые жрецы-личи для усиления способностей используют колдовские посохи из золота, кости, дерева или оружие типа мечей, кинжалов, топоров. Кириллу советовали тоже сделать себе концентратор, раз прежний не подходит, но его категорически не устраивал ни один из вариантов. Он поступил иначе — заказал у лучшего кузнеца Ачтилана тяжелый железный лом в полтора метра длиной с наложенными укрепляющими чарами. Дешево и сердито. В самом крайнем случае можно превратить недоброжелателя в сочную отбивную.

Из Ачтилана к северным водопадам отправилась целая процессия, которую возглавлял Кирилл. Двадцать воинов-ягуаров, жрец-лич с тремя послушниками и двое крестьян, староста деревни Охтли с внуком. А чтобы живые не тормозили мертвых, не нуждающихся в отдыхе, их тащили на носилках воины-ягуары.

Транспортом царю и жрецам служили зомби-лошади, выглядели неупокоенные животные просто отвратительно. Наполовину сгнившая плоть, облезшая шкура, торчащие кости. Мухи по какой-то причине избегали нежить, однако бактерии делали свое дело. Охтли и его внуку пришлось дышать через тряпки, вонь разлагающегося мяса невыносима.

Что поделать, живые лошади испытывают паническую боязнь перед немертвыми, а редкие исключения из этого правила ценятся дороже золота.

Оказавшись за пределами Ачтилана, Кирилл смог заценить глубинку. Вдоль реки Чаулок тянулись оросительные каналы и поля маиса, на которых усердно трудились крестьяне. Им в отличие от нежити нужно заботиться о прокорме себя, своих семей, часть урожая отдают государству в качестве налога. Маис заменяет ацтлани хлеб, это основная культура, выращиваемая в стране, по легенде ее принесли на Отрию из Мира Первого Солнца.

Местная кукуруза была сильно меньше земной, о селекции аборигены имеют лишь смутное представление.

«Мда, тут не на одну сотню лет работы».

Само население жило в тростниковых хижинах или лачугах из сырцового кирпича, быт достаточно примитивный, даже железные инструменты не получили широкого распространения. Из животных ацтлани держали лошадей, коз, уток. Самой экзотикой оказались рептилии илькетуки, используемые в качестве тяглового скота.

Размеры и пропорции как крупного быка, шесть ног с копытами, зелено-коричневая шкура, крокодилий хвост, вытянутая морда с высоким алым гребнем.